Дракон, на котором мы летели, был совершенно равнодушен ко всему. Ну может, и не ко всему, но на присутствие двух некромантов он никак не реагировал. Размеренные взмахи огромных перепончатых крыльев и легкое покачивание навевали дремоту, и я зевнула, с удовольствием отмечая, что в душе наконец-то воцарилось спокойствие. Само собой, без помощи Арта. Арт… При мыслях о вампире опять возникло двойственное чувство — одновременно и надежда снова его увидеть, и, наоборот, желание забыть.

Вообще, сегодняшнее утро казалось каким-то неправильным. Скомканное прощание, кольцо, этот глупый разговор по дороге…

Я тихонько вздохнула.

— Что вздыхаешь? — с сочувственной улыбкой спросил Ари, видимо догадываясь о моих мыслях.

— Да вот думаю, кой демон меня за язык тянул о предках Арта говорить, — буркнула я. — Могла ведь догадаться сразу, что их в живых нет, а все ж ляпнула. Обидно, под конец и весь разговор изгадила.

— Брось. Вот в этом себя винить точно не стоит.

— Но Арту было неприятно.

— Поверь, Арту много чего бывает неприятно слышать. Однако эта его боль уже утихла.

— Надеюсь, что так. — Я поджала губы, помолчала, но потом все-таки спросила: — А почему Арт сказал, что его отец ушел сам? Зачем?

Эльф задумчиво посмотрел на меня.

— Знаешь, в то время когда Грег еще только собирал союзников, его радикальные взгляды вампиры поначалу не особо поддерживали, — сказал он. — Быть может, не поддержали бы и потом, но именно в то время убили Ноланию Вайленбергскую, мать Арта. По всей видимости, какие-то светлые фанатичные маги — от женщины только пепел остался. А в этом случае даже архивампир не сможет ничего сделать, ведь без тела душе некуда вернуться.

— Я это знаю. — Я с непониманием кивнула. — И что?

— У вампиров своеобразные понятия о семье, — нехотя продолжил Ари. — Увлечений у них может быть много, но серьезное чувство — только одно. Они могут очень долго искать вторую половинку, как бы родственную душу, но когда найдут, так и живут с ней до конца. Дроннорд, потеряв жену, от горя почти обезумел, потому и поддержал Грега, слишком жаждал мести. Однако он все же понимал, что никакой местью Ноланию не вернуть. Архивампир может жить вечность, но зачем ему она, когда в жизни не осталось смысла? Потому, когда дети подросли настолько, что их можно было оставить, Дроннорд ушел за ней.

— Ох, ничего себе, — пораженно выдохнула я.

— Угу. Так что для вампиров лучше всю жизнь искать и не найти, нежели найти и потерять.

— Да уж. — Мне вспомнился настоятельный совет Савелия забыть о вампире.

А ведь если все действительно так, то магистр был прав. Теперь понятно, почему Ари рассказывал с такой неохотой: эльф знал, что его слова причинят мне боль. Увлечений может быть много. Вот и я такое увлечение. Забавное спасение от скуки на время, пока не найдется какая-нибудь вампирша типа той актрисы Милены. И спасибо Арту хотя бы на том, что он понимал это и сдержался, а то осталась бы я с разбитым сердцем. Впрочем, кого я обманываю?

Какие у меня шансы стать той единственной? А никаких. И даже не хочу думать, что со мной будет в тот момент, когда Арт женится. Запоздал ты, Савелий, со своим предупреждением, эх запоздал…

Ари тем временем откинулся на драконьей циновке на спину и прикрыл глаза.

— Ну что ты опять? — буркнул он.

— Знаешь ведь.

— Да выбрось ты его из головы, ведь хватает на свете нормальных мужиков. Много ты их видела? Вот то-то же. Может, найдешь скоро. Сама того не ожидая.

— Может.

В это мне не верилось, но спорить с Ари не хотелось. Я задумчиво покрутила кольцо на пальце. Даже странно, что Ари ничего про него не сказал, а ведь Арт все-таки волновался, раз сделал такой подарок.

— И потом, представь себе хотя бы ну… сто лет рядом с ним, — все еще не открывая глаз, продолжал эльф. — Арт ведь не от мира сего, Тень, а другого выбора у тебя уже не будет. Ты понимаешь, что он такое? Только личное желание отделяет его, к примеру, от Грега, но ничто не мешает стать таким же. Будь это обычный вампир, я бы и слова не сказал, но задай себе вопрос: ты действительно уверена, что готова провести всю жизнь с высшим архивампиром?

Я было открыла рот для ответа, но тут душу кольнуло легкое сомнение. А вдруг он прав? Проскользнувшая мысль была мелкой, гаденькой, но этого мне хватило, чтобы промолчать.

— Вот именно. — Эльф вздохнул, правильно истолковав ответную тишину. — Ты уже не уверена, Тень, и это нормально для любого человека. Потому послушай совета, выбрось все из головы, и пусть оно идет, как идет. Своим чередом.

— Пожалуй, действительно так и стоит сделать, — в этот раз полностью согласилась с ним я. — Что-то я и впрямь принимаю все слишком близко к сердцу.

Ари удовлетворенно улыбнулся и окончательно погрузился в дремоту. Я решила последовать его примеру и не открывала глаз до тех пор, пока дракон-экспресс не приземлился на поле перед леорскими стенами.

В Академию мы зашли через двор факультета некромантии. Здесь, как и обычно, было безлюдно, лишь пара адептов лениво сметала остатки прошлогодней листвы.

Скоро будет очередной набор некромантов. Год назад мы с Ари так же шли по дорожке в зал Грента, тут и познакомились…

— Тоже ностальгия? — полюбопытствовал эльф, отвлекая от воспоминаний.

— Есть немного. — Я посмотрела на него, отметив легкую грусть в янтарном взгляде. — Жалеешь, что так все вышло?

— Отнюдь. Несмотря ни на что, этот год был лучшим в моей жизни.

— Так уж и лучшим. — Я недоверчиво хмыкнула.

— Ну одним из лучших точно, — поразмышлял Ари. — Был еще, конечно, первый год в Дейморе…

Так, разговаривая и вспоминая, мы медленно дошли до кабинета Анхайлига. Ари уже открывал дверь, когда я краем глаза увидела в противоположном конце коридора женский силуэт в черном балахоне. Миранда? Но некромантка исчезла быстрее, чем я смогла ее разглядеть.

— А, прибыли, — едва увидев нас, поприветствовал Анхайлиг. — Что-то вы подзадержались, я ждал вас еще вчера.

— Вчера мне было куда хуже, — буркнула я.

— Да уж вижу. — Анхайлиг, прищурившись, посмотрел на меня неожиданно пронзительным взглядом, а потом одобрительно хмыкнул: — Н-да, кем бы ни был Артур, но постарался он на славу. А ведь, в сущности, мальчишка еще… Но, как оказалось, и опасный противник. Будем знать.

— Какой же он противник? — Я с непониманием посмотрела на магистра. — Он ведь помог нам.

— Всякое может случиться, Тень, — неопределенно ответил тот. — С вампирами ни в чем никогда нельзя быть уверенным. Но давайте лучше вернемся к вам. Тень, ты сейчас пойдешь к целителям, пусть тебя осмотрят и назначат лечение. А тебя, Ари, чтобы я уже к вечеру в Академии не видел. Марш обратно на практику!

— Но…

— Никаких «но»! — отмел все возражения магистр. — Мне и так перед эльфами за тебя извиняться пришлось и оправдания подыскивать. Короче, дракон-экспресс отлетает через два часа, и ты обязан быть на нем.

Эльф вздохнул, но отпираться больше не стал.

— Казначея-то предупредили? — уточнил он.

— Еще вчера, — ответил Анхайлиг и поторопил: — Ну давайте уже, идите. У меня дел полно.

Нам не оставалось ничего иного, кроме как кивнуть и направиться к двери, но уже на выходе Ари вдруг обернулся.

— Анхайлиг, я тут Миранду видел, — сказал он.

— И что?

— Разве ее не инквизитор забрал? — к моему изумлению, уточнил Ари.

— Забрал, — согласился магистр. — Допросил, а потом отправил в Академию. Она ничего страшного не сделала, ничего особо важного не знала, так что для него интереса больше не представляет.

— А-а, — протянул эльф. — Понятно.

Едва мы вышли из кабинета, я буквально вцепилась в его рукав.

— Так что, Миранду поймал инквизитор?

— Типа того. — Ари хмыкнул. — Сначала мы, потом он.

— И что? Он ее допрашивал?

— Да я-то откуда знаю? Судя по словам Анхайлига, да.

— Вот и хорошо. — Я улыбнулась с чувством глубокого удовлетворения.

— Ладно, я пойду. — Ари виновато пожал плечами. — Мне бы хотелось побыть с тобой подольше, но Анхайлиг прав — самовольный побег с практики, да еще и такое длительное отсутствие в Альваоре не одобрят.

— Да я понимаю.

Эльф улыбнулся и, прощаясь, обнял меня за плечи. Потом развернулся и быстрым шагом направился к лестнице, ведущей в Центральный корпус. Что ж, а меня ждал факультет благ и исцелений.

По коридорам светлого факультета я шла в напряженном ожидании, но опасения не оправдались. На всем пути встретились только двое старшекурсников, которые не проявили ко мне ни малейшего интереса. Такое запустение в это время в общем-то и неудивительно — большинство адептов на практике. Лишь на этаже целителей молодой парень в белоснежном балахоне вежливо уточнил, к кому я иду, а узнав причину, посоветовал обратиться к магистру Данилевичу.

— Прямо по коридору, третья дверь налево, — подсказал он.

— Спасибо, — поблагодарила я и вскоре уже входила в указанную палату.

Магистр Данилевич оказался сухоньким старичком с небольшой бородкой и живыми, но почти выцветшими водянистыми глазами. Едва заметив меня, он, улыбаясь, устремился навстречу.

— Нечасто к нам некроманты заглядывают, нечасто, — поприветствовал магистр. — Хотя вашего брата я помню. Н-да. Так с чем пожаловали?

— Мне бы консультацию получить, — я замялась, — по своему здоровью.

— А что у вас со здоровьем? — Магистр с интересом обошел вокруг меня, выводя руками непонятные пассы. — Так-так, любопытно, магические ожоги, полное энергетическое истощение, — бормотал он. — А вот похуже — выжигание магических артерий и совсем недавнее фатальное ножевое ранение. Гм. Интересно. Как же ты выжила-то, девочка?

— Никак, — честно призналась я. — Вампир оживил.

— А-а, тогда понятно. — Старичок поскучнел. — Жизненную силу не так просто восстановить, а твой вампир это сделал мастерски.

— И ничего он не мой, — зачем-то не согласилась я.

— Да-да, конечно, — рассеянно отмахнулся целитель. — Ну магические ожоги сойдут через недельку-другую, хотя насчет вот этих шрамов на руке не уверен.

— А как насчет моих способностей мага? — Я с надеждой посмотрела на него.

— Хм-хм. — Данилевич покряхтел и снова задумчиво поводил надо мной руками. — Ну тут тоже не так все страшно. Судя по состоянию, силы постепенно восстановятся, думаю, к следующей зиме будут более-менее в норме. Я сейчас тут кое-что подлатаю, а там все само собой пойдет.

— Спасибо вам. — Я облегченно вздохнула.

— Да чего уж. — Целитель усмехнулся в бородку. — Главное, ты сама покамест магию не пытайся пользовать, хотя… ты и не сможешь. Вампир-то твой умно поступил, блоки, где надобно, уже поставил.

— Он не мой, — снова буркнула я.

— Ну да, ну да, — закивал Данилевич. — Ты давай-ка ложись вот сюда да подремли чуток, пока я работать буду.

Из палаты старичка-целителя я вышла через два часа, бодрая и в хорошем настроении. Теперь бы в столовую заглянуть, может, там еще осталось что-нибудь съедобное? Совершенно случайно. Мысленно одобрив это решение, я решительно двинулась к столовой, но буквально через пару шагов меня окликнули:

— Эй, Тень, — это был какой-то незнакомый адепт-целитель, — там тебя архимаг ищет.

— Э-э? — Я изумленно захлопала глазами. — Архимаг? Меня?

— Тебя, тебя, — раздраженно подтвердил тот. — Где его кабинет, знаешь? Вон туда, по лестнице, четвертый этаж. Поторапливайся, чего столбом стоишь?

Я нервно кивнула и почти бегом устремилась в указанном направлении, гадая, чего вдруг самому архимагу от меня понадобилось. На одном дыхании миновав два лестничных пролета и длинный коридор, я остановилась перед нужной дверью и нерешительно замерла.

А может, ну его? Сделаю вид, что никакого старшекурсника не встречала, пойду к Анхайлигу и…

— Ну кто там? — внезапно раздалось из-за двери. — Входите!

Вздрогнув, я посмотрела на свои так и не коснувшиеся двери руки, но выбора уже не оставалось. Пришлось глубоко вздохнуть и войти.

В обители главы Леорской Академии я была впервые. От кабинета Анхайлига она почти не отличалась: такой же заваленный бумагами стол (над которым склонился Виттор), такие же кресла и книжные шкафы. Разве что статуэтка на небольшом постаменте изображала не Многоликую, а женщину из белого мрамора, которая, подняв руки, держала хрустальный шар.

— Добрый день, — робко поздоровалась я.

— А, это ты, Тень. — Архимаг Виттор поднял голову. — Хорошо, что заглянула, я как раз собирался поговорить с Анхайлигом насчет тебя.

— Зачем?

— Затем, что твой курсовой экзамен признали недействительным. — Архимаг пожал плечами. — Мне жаль, но необходимо его пересдать.

— Чего? — опешила я. — С чего это?!

— Тень, давай называть вещи своими именами. Ты ведь имела доступ к силе Велиара? К его памяти? Верно?

— Да, но я сдавала сама!

— Если ты действительно сдавала экзамен сама, то сможешь и пересдать.

— Как?! — Я с отчаянием смотрела на Виттора. — У меня силы нет! Она еще не скоро вернется! Вы же знаете, что я не смогу!

— Пойми правильно, это не только мое желание, — пояснил он. — Это просьба нескольких магистров, и формально они имеют право настаивать на переэкзаменовке. А учитывая, что ты говорила на экзамене о проверке своих сил и как себя вела, у них есть на то все основания.

У меня даже руки опустились. Что теперь делать? Неужели после всего того, что я пережила, меня просто так возьмут и отчислят ни за что?

— Я понимаю твое состояние, — продолжил тем временем архимаг, — а потому не против смены профильного экзамена. Подумай, может, тебе хватит сил на что-то другое? Воззвание, к примеру?

Издевается он, что ли? Знает ведь, что тут меня точно ждет неудача.

— Нет, спасибо. Но я…

Я осеклась, вдруг осознав, что на самом деле оставалась еще одна дисциплина, где я вполне смогу обойтись и тем, что имею. Если повезет, конечно, но ведь другого выхода нет. Быть отчисленной из Академии без права восстановления я точно не хочу, значит, надо попробовать.

— Но ты? — уточнил архимаг.

— Но я, пожалуй, действительно воспользуюсь вашим разрешением и буду сдавать другой предмет.

— И какой?

— Экзамен на ядодела. Вы не будете против?

— Яды? — Взгляд пронзительных голубых глаз архимага Виттора заставил меня невольно поежиться. — Ты уверена?

Уверена я не была, но ничего иного мне не оставалось.

— В моих способностях можно сомневаться, но яды не допускают обмана, не так ли? — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал не очень жалостливо.

— Что ж, пусть так. — Архимаг вздохнул и покопался в бумагах. — Сдавать будешь через три дня, с факультетом ведьмаков. Допуск тебе сделают. — Он выудил из кипы желтоватый листок. — Вот, отметься.

Я расписалась в ведомости, обнаружив, что кроме меня там еще человек восемь, и с недоумением посмотрела на Виттора:

— Так я не одна?

— А как ты думаешь? Вас, таких должников, в Академии полно.

— Понятно. — Себя я должником не считала, но несправедливость пришлось проглотить.

— Ну раз все понятно, то не буду больше тебя задерживать, — сказал архимаг. — Хорошего дня, Тень.

— Хорошего, — буркнула я и вышла в коридор.

Чего уж тут хорошего? Интересно, он действительно такой вежливый, или это тонкая издевка?

Ладно, в конце концов, что есть, то есть. Теперь следует хорошо подготовиться, а для этого необходимо узнать, что вообще меня на экзамене ожидает и кто будет его принимать. Хотя в последнем вопросе тайны не было: скорее всего, экзаменатор — магистр Литиция.

Все же стоило это уточнить, а потому я решилась снова заглянуть к Анхайлигу.

— Ну что тебе целители сказали? — спросил тот, едва я перешагнула порог.

— Жить буду, — ответила я. — Может, и колдовать тоже. К зиме.

— Вот и славно, — кивнул магистр удовлетворенно. — Кстати, тебе на будущее: Виттор там что-то заикался о пересдаче экзамена.

— Угу, — я мрачно кивнула, — через три дня назначили. Я как раз по этому поводу и пришла, хотела узнать, что…

— В смысле? — оборвал Анхайлиг. — Какие три дня? Откуда?

— Ну меня вызвал архимаг Виттор и назначил время пересдачи, — пояснила я. — Я уже в ведомость занесена.

— Тень, ты сдурела? — Анхайлиг подскочил с кресла. — Какого демона бумаги подписала? Я бы договорился об отсрочке!

— Но архимаг отчислением грозил…

— Грента с два бы он отчислил! — рыкнул магистр. — А вот что будет, когда ты завалишь экзамен? Как ты собралась сдавать боевую часть?

— Не боевую, — мотнула головой я, уже понимая, что совершила большую глупость.

— А что?

Анхайлиг уставился на меня, а потом лицо его стало страшным.

— Какие. К демонам. Яды?! — Глаза магистра в этот момент утратили всякое сходство с человеческими. — К Литиции, — прошипел он. — Немедленно!

Я пулей вылетела из кабинета.

Радости на лице магистра Литиции от моей новости не возникло. Скорее даже наоборот: едва услышав о пересдаче, она скривилась, словно у нее свело челюсть.

— Ненормальная девчонка, — сделала вывод магистр, — я не желаю принимать у тебя экзамен. Мне на совести еще один труп не нужен.

— Но… вы не можете отказать мне, — растерялась я.

— Могу и откажу.

— Ваш предмет есть в списке факультета некромантии!

— По старому недоразумению. Его давно следовало бы убрать.

— Он есть!

— Послушай, Тень, — оборвала Литиция мрачно. — Вы учили только общие вещи, а на экзамене будут настоящие яды, изготовленные по всем правилам ядоварения. У тебя нет знаний, чтобы различить их, я их вам просто не давала. А подготовить тебя времени уже нет!

— Послушайте, магистр Литиция, — я непроизвольно сжала пальцы на искалеченной руке, чувствуя, как горят от злости щеки, — разрешение на экзамен мне выдал архимаг Виттор, а потому давайте вы просто проведете его, хорошо?

Литиция резко выдохнула.

— Хорошо, — она поджала губы, — раз так. Но я тебя предупреждала. И чего ты замерла? Марш за учебниками, а потом в лабораторию!

Следующие три дня для меня превратились в один сплошной кошмар. По словам Литиции, меня могли спросить все что угодно, и потому требовалось знать все возможные компоненты, дозировки и порядок изготовления каждого из ядов. Выучить все я, само собой, не успевала, и магистр это прекрасно понимала, но за оставшееся время вознамерилась забить мою голову по максимуму.

Я практически не спала, ела урывками, причем во время еды ловила себя на том, что подозрительно всматриваюсь в безобидную кашу или бесцветный бульон на предмет их схожести с каким-либо ядом. Однако наутро перед экзаменом я проснулась и в панике поняла, что все равно не готова. Казалось, я забыла даже то, что учила месяцами, а уж о том, что узнала за последние три дня, и говорить нечего.

Кое-как сладив с подступающим беспокойством, я все-таки собралась с силами и направилась в назначенную аудиторию.

На пятом этаже Центрального корпуса было людно: туда-сюда сновали старшекурсники, потрясая стопками исписанных бумаг, с деловым видом прохаживались магистры. А перед нужными мне дверьми, изрядно нервничая, толпились ведьмаки. Как ни странно, в общей панике мне стало спокойнее — вроде как все переживают, значит, не одной страдать.

Очереди на сдачу не было: адептов комиссия вызывала поименно, а потому я прислонилась к стене в стороне от толпы и настроилась на ожидание. Главное, чтобы не слишком долгое, нервы-то не железные.

Однако постоять в одиночестве не удалось — один из ведьмаков вдруг отделился от своей компании и подошел ко мне.

— А я тебя знаю, — произнес он. — Ты Тень, из той компании, которая призрака на Светозара натравила.

Я с подозрением покосилась на ведьмака, но не похоже, чтобы тот желал мне зла. Наоборот, в глазах парня читалось любопытство.

— Грегори, — представился он. — Да ты не беспокойся, я на вашей стороне и тоже кое-что тому парню устраивал в свое время. Конечно, не настолько запоминающееся, как призрак, но все же.

— Да ну? — Я недоверчиво хмыкнула. — И чего?

— У тебя фантазия хорошая? Вот представь эту надменную светлую физиономию, расцвеченную яркими зелеными пятнами, — хохотнул ведьмак. — Всего-то настой боровянки и пыльцы пустынника серого да простенькое темное заклинание, а какой эффект!

— Так вот кто это был. — Я широко улыбнулась. — Как же, как же, видела. И впрямь эффектно.

— Ну так! — Грегори взирал на меня с гордостью.

— А до настойки-то сам додумался?

— Ну-у, не совсем, — честно признался он. — На самом деле идею мне подали. Этот рецептик несколько лет назад один из ваших придумал, из некромантов. Родрик его звали, большой мастак по подлянкам был в то время.

— Знаем, — кивнула я, вспоминая, что именно с этим типчиком любил нас сравнивать Савелий, когда хотел выгородить перед Анхайлигом.

— Слушай, — ведьмак вопросительно посмотрел на меня, — так ты что тоже на пересдачу? Вроде у вашей братии плохих отметок не было?

— Да это не совсем пересдача. — Я вздохнула. — Просто кафедру меняю. По необходимости.

— А-а, тогда ясно, — протянул Грегори. — И как готовность?

— Средне, — я скривилась, — но, надеюсь, вытяну. Жить-то хочется, а если завалю, меня Литиция живьем схарчит. А вы как? Подготовились?

— А то! Смотри. — Он достал из-под балахона почти пустую фляжку и поболтал передо мной остатками пенистой болотной жидкости. — Во, крутое зелье. Выпьешь — ум активируется. Оно у нас так и называется — «Зелье ума». Хочешь?

— Не, — поморщилась я. — Спасибо. Выглядит оно как-то… Ты уверен, что его вообще можно пить?

— Всенепременно! Что ты на вид смотришь? Это старое, проверенное средство, о нем легенды ходят! Говорят, один парень раз пять экзамен заваливал, а потом изобрел это зелье, выпил — и сдал. Ну он, конечно, еще ночью до того потряс свитком из окна, заклиная: «Шара приди», — заговорщицким шепотом добавил ведьмак, — но то слабое заклинание, не всегда помогает. А вот зелье стопроцентно.

— Надо же. — Я растерянно хмыкнула. Грегори в этот момент напомнил мне одного ненормального коробейника. — А что-нибудь менее мистическое и более приближенное к теме экзамена имеется?

— Шпаргалки, что ль? — понял тот. — Так понятное дело, кто ж без них сейчас обходится? Вон, видишь, парень высокий у входа? Он принес кучу шпор, запихав в карман. Представляешь, карман малюсенький, а там помещаются полотна длиной в руку.

— Удобно, — оценила я.

— Какое удобно, Тень, ты что?! — махнул рукой ведьмак. — Как он, по-твоему, их перед комиссией доставать будет? Смотри на меня, вот что счас самое то!

Он провел рукой над подолом балахона, и на, казалось бы, однотонной коричневой ткани стали проявляться мелкие зеленоватые буквы. Грегори воровато огляделся, провел по балахону другой рукой, и буквы исчезли.

— Ничего себе. — Я с изумлением покачала головой.

— Видала? — с гордостью похвастался он. — Три ночи убил на написание шпаргалок. И еще два дня до того зелье видимости и невидимости варил. Ух, рецепт сложный оказался, приходилось в лаборатории на занятиях химичить попутно. Главное, в первый раз почти сделал все и чуть-чуть дозы попутал, так такая хренотень получилась, ужас! Представляешь, на вид — слизистая губка, только пенится, зараза, да еще воняет, как натуральное драконье дерьмо.

— Фу-у. — Этот рассказ определенно что-то мне напоминал.

Кажется, я даже вновь ощутила запах, которым «благоухал» балахон главы ведьмаческого факультета.

— Фу — это мягко сказано! — Грегори фыркнул. — Литиция вылетела из лаборатории стрелой, наши все тоже, даже Грабовский только заглянул и почти тотчас сбежал якобы на экзамен какой-то. Только у Тария выдержки хватило все это убрать. Тарий это ведьмак наш, выпускник, — пояснил он.

— Знаю, — я кивнула, — встречались.

— Ну вот. — Парень вздохнул. — Выговор мне, конечно, сделали, но зато теперь никаких проблем с переэкзаменовкой!

— Да уж, — согласилась я, хотя, учитывая, сколько времени и сил ведьмак убил на составление своей прогрессивной шпаргалки, возникал только один вопрос: а просто выучить предмет было не проще?

Но вслух я говорить об этом не стала, тем более что внимание переключилось на появившегося в коридоре мужчину в строгом темно-зеленом камзоле. Он был средних лет, в коротко остриженных волосах незнакомца едва начинала пробиваться седина. На первый взгляд в нем не было ничего необычного, кроме массивной серебряной броши в виде дубового листка, приколотой на груди.

— Смотри, смотри, — зашептал Грегори. — Это ж мужик из Северной школы травников! Обалдеть, он-то что тут забыл?

— Кто? — поперхнулась я, а травник уже быстро прошел мимо нас и исчез за экзаменационными дверьми.

— Травник! Самый настоящий! Интересно, не по твою ли душу он заявился?

— Похоже, что по мою, — кисло улыбнулась я.

— Фигово. — Ведьмак сочувственно покачал головой. — Точно «Зелья ума» не хочешь?

— Точно. Не хватало еще, чтобы при всей комиссии у меня живот прихватило.

Грегори пожал плечами, мол, как хочешь, и замолчал, а потом потянулось долгое ожидание. По моим меркам, даже слишком долгое — последний сдававший адепт вышел из аудитории почти полчаса назад, а больше никого так и не вызвали. Предчувствие, что связано это с травником и что меня ждет какая-то пакость, становилось все сильнее, и, когда из-за двери раздалось: «Тень!» — я даже не удивилась.

— Ни пуха, — прошептал Грегори.

— К демону, — слабым голосом послала ведьмака я и на негнущихся почему-то ногах вошла в просторную аудиторию.

На этот раз комиссия была в другом составе. Главенствовал по-прежнему архимаг, но кроме него из светлых была только магистр Амалика. Анхайлиг, Литиция и ведьмак Грабовский меня не пугали, и все бы хорошо, если б не травник, который особняком стоял около стола с разноцветными колбами.

Он бросил на меня быстрый взгляд, от которого по коже побежали мурашки. А еще неожиданно появилась паническая мысль, что все-таки стоило заранее помолиться богу Курсу, о котором упоминал Анхайлиг еще на первом занятии.

— Доброго дня! — Травник улыбнулся тонкими губами. — Я магистр опасных трав Северной школы травников. Во избежание недоразумений напомню всем присутствующим, что кафедра ядов находится под нашим шефством, а потому экзамен провожу я. Надеюсь, возражений нет? — Он вопросительно оглядел комиссию.

Ох, ничего себе. А я и не знала… Понятно, почему Литиция нервничала, ведь в моем провале виновата будет и она.

— Нет, — подтвердил архимаг. — Прошу вас, работайте.

— Хорошо, — продолжил травник и снова посмотрел на меня. — Я верю, что вы прекрасно подготовились к теории, Тень. На эту кафедру приходят очень редко, потому неподготовленных тут не бывает. А потому, думаю, мы сразу перейдем к практике. Перед вами пять сосудов. — Он указал на стол. — Здесь безопасный напиток и четыре яда различной сложности. Вы должны выпить безопасный и указать мне на самый опасный яд. Задание понятно?

— Да. — Я кивнула, уже понимая, что все совсем не так, как планировалось.

Три дня меня пытали теорией в надежде, что я сдам хотя бы ее, а оказалось, кроме практики, ничего и не будет? Да еще какой практики… В общем, похоже, все усилия Литиции пошли прахом.

Сама магистр стояла рядом с Анхайлигом и Виттором мрачная, как демон.

Я поднапряглась и посмотрела на колбы остатками темного зрения. Вторая выглядела самой безобидной, да и от пятой вроде тоже ничего страшного не исходило. Зато остальные образцы мерцали темнотой, вот только понять, который из них слабей, а какой сильней, по такому смутному мерцанию было невозможно. Н-да, зрение мне тут, видимо, не поможет. Что ж, будем разбираться, как учили.

Первая, красная колба содержала простенький, но противный состав для кишечных колик. Я поняла это, едва принюхавшись: медянка и вересклет — травы с резким запахом обладали свойством вызывать спазмы. Вторую, голубую, я пропустила — не пахнет ничем, словно вода. В третьей, желтой, было что-то жгучее, резкое. Я не знала и половины трав этого яда, но догадывалась, что смерть от него наступит за пару минут. Четвертый, оранжевый, оказался ядом лишь слегка сильнее первого, и то я поняла это благодаря едва уловимому запаху белого кростыля. А вот пятый, зеленый, пах пряностями и совсем слабо какой-то незнакомой травкой. Нет, знакомой. Запах ее всплыл из прошлого, но я никак не могла зацепиться за него и вспомнить, что это. Хотя, может, на одном из занятий с Литицией я его и чувствовала. Тогда это очень слабый яд. Что ж, значит, отдаю оранжевую, выпиваю голубую? Я протянула руку к голубой колбе и вдруг застыла. Вспышка памяти. Таверна. Арт. Напиток Освальда. Вот откуда я знаю эту травку! Но она неядовита! Вторая тоже, только в большой дозе может нанести вред. Но это значит, тут два безопасных напитка?

Я взглянула на травника. Нет, даже от Литиции такого подарка не дождешься, а уж от него и тем более. Но что тогда? Взяв в руки голубую колбу, я снова принюхалась. Вода. Ну не может она ничем не пахнуть! Специально скрыли? Но как? Хотя неважно как, главное — зачем?

Закрыть зелье, чтобы вообще ничего не почувствовать, мог только профессионал, и он тут был. Значит, там действительно сильный яд? А какие яды сильнее того, что в оранжевой колбе? Если только настойка могильника трехлистного? А вдруг тут действительно вода, и я все себе напридумывала?

Рискнуть и завалить экзамен? Или нет?

От внутреннего напряжения слегка подрагивала рука, и в голубой водной ряби мне на миг почудился насмешливый взгляд Мораны. Что ж, пусть так. Я вздохнула, решаясь, и одним залпом выпила содержимое зеленой колбы. А потом молча отдала травнику голубую.

— Почему вы решили, что этот яд самый сильный?

— Потому что вы скрыли его, — ответила я и уже наудачу ляпнула: — Да и настойка могильника, как меня учили, куда сильней всех трав вон того третьего яда.

Брови травника едва заметно дрогнули. Значит, я угадала!

— Кто научил вас взгляду Истины? — жестко спросил он. — Ведь только так вы могли узнать, что это за яд. А насколько мне известно, это выходит за рамки первого курса Академии. — Он почему-то зло уставился на побледневшую Литицию.

— Выходит? Значит ли это, что вы превысили полномочия на этом экзамене? — встрепенулся Анхайлиг.

— Своих полномочий я не превышал. Я лишь создал то, что просил меня архимаг, так что эти вопросы решайте с ним. А сейчас я хочу знать, откуда адептка первого курса знает закрытые приемы Северной школы травников?

Ух ты блин! И ведь теперь не скажешь, что ответила наугад, ведь тогда экзамен не зачтут…

— Итак?

— Меня… бабушка учила, — выдала я первое, что в голову пришло.

— И кто твоя бабушка? — вкрадчиво уточнил травник.

— Травницей она была. Умерла год назад.

— Что ж, ей повезло, что умерла.

Я сжала зубы, стараясь не ляпнуть в ответ какую-нибудь колкость. Еще немного подождать. Еще капельку. Главное, ничего не испортить.

— В общем, так. — Анхайлиг взял разговор в свои руки. — Тень ответила верно?

— Да.

— Сомнений в результате экзамена в этот раз ни у кого нет? — уточнил магистр.

Тишина.

— Вот и славно. Значит, поздравляю Тень со сдачей, — резюмировал Анхайлиг и посмотрел на меня. — Иди, отдыхай пока. Попозже зайдешь ко мне, документы на практику тебе оформлю. И, Тень, — добавил он с усмешкой, — на этот раз запомни — у меня помощников нет.

Я быстро кивнула и, пока никто не передумал, выскочила в коридор.

— Ну как? — сразу же подскочил ко мне ведьмак. — Сдала?

— Ага. — Я с облегчением улыбнулась.

— Сложно?

— Жутковато, но ничего, справилась.

— Грегори! — раздалось в этот момент из-за дверей.

Ведьмак глубоко вздохнул и на мгновение поднял глаза к потолку.

— Благослови меня Курс, — жалобно простонал он и скользнул в аудиторию.

Мысленно пожелав Грегори удачи, я неспешно направилась к лестнице. Кажется, неприятностей снова удалось избежать, теперь можно и отдохнуть.