Это было очень странное пробуждение, как будто я балансировала на грани сна и яви. С огромным трудом разлепив глаза, я попыталась сфокусировать зрение. Со второй попытки мне это удалось, и я тут же увидела Эдварда, который сидел около кровати и с беспокойством смотрел на меня. Увидев, что я открыла глаза, он протянул руку, нежно погладил меня по щеке и задал свой любимый вопрос:

- Как ты себя чувствуешь?

Даже улыбнуться с первого раза, и то не получилось - мышцы не слушались. Я хотела что-то спросить, но мысли никак не хотели формироваться в голове. Из этого странного состояния меня вывел звук, который резко ударил по расслабленным нервам, активизируя мышцы и приводя в порядок разум. Где-то недалеко заплакал ребенок. Я резко вскинула руку, проверяя живот, при этом чуть не уронив капельницы, соединенные с моей рукой. Один из приборов пронзительно запищал, но я не обратила на него внимания. Обнаружив пустоту на том месте, где еще недавно находился мой ребенок, я попыталась сесть, но сильная рука тут же уложила меня обратно.

- Белла, успокойся. Все в порядке.

Наверное, все вопросы были написаны у меня на лице, так как он добавил:

- Она в порядке. Главное сейчас - ты.

Услышав слова эти слова, я немного успокоилась, о чем не забыл сообщить прибор, перестав пищать. Я попыталась улыбнуться.

- Ренесми? – говорить было тяжело, получился только невнятный шепот.

То, как Эдвард отреагировал на мой вопрос, вызвало умиление. Его губы растянулись в блаженной улыбке, а глаза засияли. Таким довольным я его ещё никогда не видела.

- Ренесми, - твердо ответил он.

Дверь открылась, и на пороге показалась Эсми со свертком на руках. Мой ребенок. Моя Ренесми, моя девочка. Эдвард помог мне сесть, устраиваясь позади и обнимая за плечи, а Эсми положила малышку мне на колени.

Несмотря на то, что она была новорожденной, девочка была красива, как куколка. Чистая светлая кожа, пухлые щечки, большие карие глаза и темные с рыжеватым отливом волосы. Она смотрела на меня очень внимательно, почти по-взрослому. Потом ее глазки начали закрываться и, широко зевнув, она тихонько уснула.

Я чувствовала себя счастливейшим человеком на земле. Все, что можно было пожелать, у меня было. Была семья, рядом был любимый человек, а теперь ещё и ребенок. От счастья слезы потекли по моим щекам.

- Ренесми Каро Мейсен Каллен, - тихонько прошептала я и поцеловала дочку в лобик, - ты самая красивая девочка, которую только можно представить.

- Белла, а откуда такое интересное имя? – входя в комнату, спросила Розали.

Я заулыбалась и через плечо посмотрела на Эдварда. Он покачал головой, давая понять, что ничего никому не объяснял.

- Розали, вы с Элис хотели, чтобы имя было уникальным и в то же время продолжало традиции семьи, - я ненадолго замолчала, прежде чем продолжить. - Мою мать звали Рене - это я в Вольтере выяснила. А остальное просто: Рене+Эсми, Карлайл+Аро, вот и получилось Ренесми Каро.

- Мне нравится,- отозвалась Элис, входя в комнату вместе с Джаспером и Карлайлом.

- Белла, спасибо тебе, - если бы это было возможно, то Эсми сейчас бы плакала от счастья.

***

Время полетело с огромной скоростью. Как только Ренесми появилась на свет, я очень быстро пошла на поправку. Вот только детей я больше иметь не смогу. С одной стороны, меня это печалило: Эдвард мечтал о сыне, и мне очень хотелось сделать ему такой подарок, а с другой, то, что Ренесми вообще появилась на свет, можно считать чудом и благодарить небеса.

Я не успела заметить, как моей милой дочери исполнилось полгода. Первые дни после её рождения всегда начинались одинаково, а именно - со спора. Кто сегодня будет ее кормить, кто - купать, кто пойдет гулять, и у кого на руках она будет спать. Даже то, что она была нашей с Эдвардом дочкой, не давало нам преимущество перед остальными родственниками.

Не менее жаркие споры были о том, чем ее кормить, сколько раз в день и нужно ли ребенка будить, если пора кушать, а он еще спит. И список тем, на которые мы спорили, увеличивался каждый день: нужна ли пустышка, закаливание, массаж. Дом ломился от обилия разнообразных игрушек, а Элис закупала одежду для Ренесми на несколько лет вперед. За полгода своей жизни Несси, как окрестил ее Эмметт, ни разу не спала в кроватке, а только на руках. Восемь нянек следили за каждым ее вздохом днем и ночью. Все это напоминало всеобщее помешательство, но доставляло всем столько радости и счастья, что оставалось только надеяться, что Ренесми не станет самой избалованной девочкой в мире.

С виду она походила на обычного человеческого ребенка. Карлайл сказал, что генетически мы с ней одинаковые, хотя в Ренесми все же было три четверти от вампира и всего одна четверть -от человека. Питалась малышка детской молочной смесью: возможно, вампирская сущность в ней и проявится, но сейчас явно преобладала человеческая. А вот в развитии она опережала человеческих сверстников. Чуть раньше дочка научилась держать головку, переворачиваться и сидеть, а еще обладала силой, которую пока не могла контролировать. Стоило ей сжать кулачок, как любая игрушка рассыпалась на мелкие кусочки или превращалась всмятку. Стало понятно, почему Элис не видела ее рождение: она унаследовала мой щит. Будет ли Несси читать мысли - все же, это умеют трое ее близких родственников - пока оставалось загадкой. У меня этот дар раскрылся только в семнадцать лет, когда впервые проявила себя сущность вампира, и, возможно, у Несси будет также. Но я была категорически против того, чтобы Ренесми попробовала кровь. Впрочем, все были со мной согласны: им хватило проблем и со мной.

После рождения Несси я вновь отказалась от крови, не желая идти на охоту. Через несколько дней появилась жажда, а через неделю она стала настолько сильной, что я невероятными усилиями сдерживала себя, чтобы не броситься на поиск крови. Видя мои мучения, Эдвард силой вытащил меня из дома и отправил на охоту. Карлайл предположил, что если отказываться от крови не резко, а постепенно, то этот процесс не будет таким болезненным. Его идея сработала, но для ее осуществления понадобилось несколько месяцев.

Впрочем, все это было мелкими неприятностями по сравнению с той радостью, что окружала меня каждый день. Я открыла для себя совершенно другую сторону жизни, где не было страха, ненависти и боли, где каждая минута была пронизана заботой, доверием и любовью.

***

Сегодня у нас праздник, Несси исполнился год. Нарядно одетая, она сидела на руках у Розали, и с интересом разглядывала торт с одной свечкой. Рядом лежали восемь коробок с подарками. Уже отзвучали поздравления и затихли веселые игры, наступила кульминация праздника – оставалось попробовать торт и посмотреть, что прячется под красивой упаковкой.

Сейчас взгляд Несси перемещался с розочек на торте на яркую упаковку подарков. Наконец, определившись, что привлекает ее больше, она сползла с рук Розали и двинулась к торту. Довольно улыбаясь, все смотрели, как она погружает ручки в крем, а потом несмело слизывает его с пальчиков. Эту семейную идиллию прервал Эдвард, покашливанием привлекая к себе внимание.

- Мы тут с Беллой подумали и решили, что было бы неплохо устроить еще один праздник.

Элис тут же взвизгнула от восторга и захлопала в ладоши.

- Что будем праздновать? – спросил Эмметт, пока остальные заинтересованно смотрели на Эдварда.

- Нашу свадьбу, - просто ответил Эдвард, беря мою руку и целуя её.

- Наконец-то, а я уже стала думать, что мы не дождемся, - проворчала Розали, при этом буквально извлекая Несси из торта.

- Поздравляю! Когда гуляем? – отозвался Эмметт, потирая руки. - А то я уже решил, что нам с Розали предстоит очередная церемония. Теперь мне хоть не придется есть свадебный торт, - скривился от воспоминаний Эмметт. Все рассмеялись, отлично зная, что каждые несколько лет Эмм с Роуз устраивали себе свадьбу с обязательным поеданием торта.

- Мы думали через полгода, в конце весны, - ответила я.

- Да, свадьба будет грандиозной, - снова подала голос Элис, - я все сделаю, не волнуйтесь, вам понравится, - и тут же замолкла, что-то разглядывая в будущем. - Белла, ты не могла бы снять щит, а то все расплывается. Мне надо посмотреть наряды, - деловой тон неугомонного эльфа вновь вызвал всеобщий смех.

*** (Карлайл)

Я сидел на диване, обнимая Эсми, и с удовольствием смотрел на своих детей. Элис сегодня превзошла сама себя, настолько красивой стала наша гостиная, наряженная для такого большого праздника, как первый день рождения Ренесми. Гирлянды из цветов соседствовали с разноцветными воздушными шариками, а огромный торт и гора подарков с трудом уместились на столе.

Радость и веселье заполняли наш дом. Со всех сторон слышался громкий смех, наполняя мою душу счастьем. Десятилетиями горькая мысль о том, что я не должен был обращать Эдварда, преследовала меня. Но за последние два года все изменилось. Сначала он встретил Беллу, а потом появилась Ренесми. Эти два события изменили его, позволив взглянуть на свою жизнь совсем с другой стороны. Впрочем, Несси изменила нас всех.

Я до сих пор не могу привыкнуть, что я дедушка. Каждый раз, мысленно произнося это, я начинаю улыбаться. Мне очень хочется услышать, как моя внучка скажет мне «дед», но все это еще впереди. А пока первая улыбка, первые шаги и еще многое другое навсегда останется в моей памяти. Несси растет, продолжая радовать меня своими успехами. Когда я вижу ее, уверенность, что она - награда, посланная нам свыше за наш образ жизни, не покидает меня. Что может быть лучше, чем видеть счастливые улыбки на лицах жены и детей, слышать их веселый смех и просто радоваться жизни.