День перед поездкой в Сиэтл тянулся долго. Меня беспокоила Элис и то, что она не видит четкую картинку будущего. Даже если я опускала щит, картинка все равно мерцала и менялась: то нам все удавалось; то мы их вообще не находили. Было еще несколько менее определенных вариантов, таких, как большой бой в городе и раскрытие тайны вампиров. Она сказала, что так бывает, когда вмешивается кто-то посторонний. Он еще не решил вмешаться, и поэтому будущее неясно.

Начиная охоту, мы разбили Сиэтл на части. Сначала стоило осмотреть районы, в которых происходили преступления. Полагаясь на обоняние, мы прочесывали квартал за кварталом. В большом городе всегда труднее вести охоту, чем в лесу: запах бесследно исчезает за несколько часов. И даже напав на след, его очень легко потерять.

Первая ночь прошла без особых результатов. Следы были, но старые. Только в одном районе был замечен относительно свежий след, но проследить его не удалось. Волки тоже не сидели без дела, осмотрев за ночь лесной массив на юго-востоке от города, впрочем, они тоже никого не обнаружили.
Утром, собравшись в заброшенном доме на окраине города, мы обсудили ситуацию. Погода стояла пасмурная, поэтому решили не прерывать поиски и днем, по необходимости выходя на связь по телефону. Работать днем было, конечно, сложнее: ночью можно было передвигаться на вампирской скорости и одновременно осматривать крыши домов. Днем же приходилось идти человеческим шагом.

Но даже так это были для меня счастливые часы: я шла с Эдвардом, держась за руку и иногда отвлекаясь на разговор. Быть просто рядом с ним для меня было безграничным счастьем. Заходя в кафе, чтобы перекусить, мы сидели за столиком и молчали - слова были нам не нужны. Мы просто хотели раствориться в друг друге, обмениваясь короткими, нежными поцелуями и понимая, что скоро нам придется столкнуться с суровой реальностью.

Дневной осмотр результатов тоже не дал, а Элис по-прежнему ничего конкретного сказать не могла. Ночью половина семьи будет осматривать Ньюкасл и расположенную рядом лесопарковую зону, а я с Эдвардом, Эмметтом и Розали хотели осмотреть склады. Недалеко от порта ими была занята огромная территория. Ни одного странного преступления не произошло в этом районе. Возможно, именно там и было их убежище.

Время перевалило за полночь, дождя не было и даже небо очистилось от облаков. Эмм с Роуз проверяли территорию южнее порта, а нам с Эдвардом досталась северная сторона. Встретиться решили около центрального портового терминала. Чтобы ничего не упустить, мы старались осмотреть как можно большую территорию. Благодаря своей скорости Эдвард двигался между зданиями, осматривая узкие переулки и крыши, а я шла прямо по улице, проверяя многочисленные подворотни и тупики. Но все равно, каждый раз он меня обгонял и ждал уже на перекрестке. Легкий поцелуй, нежный взгляд, и вот мы опять расходились, чтобы через несколько минут встретиться вновь. Все это походило на забавную игру и, стараясь его опередить, я начинала забывать, чем именно мы занимаемся.

До конца квартала оставалось два дома, когда я уловила знакомый запах. Его я не спутала бы ни с чем. Дрожь прошла по моему телу от понимания, что след был совсем свежий.

«Макс! Что он делает в Сиэтле?» - запаниковала я.

Следуя по запаху, я пересекла улицу и по пожарной лестнице поднялась на крышу. Я спешила, совершенно не предвкушая радости от встречи со своим другом, напарником, братом, и только парализующий страх заставлял двигаться вперед.

Мысли путались. «Что Орден делает в Сиэтле? Сколько их? Почему Макс один, без напарника?»

Оставалось совсем недалеко до центрального портового терминала. Я боялась, что он случайно может увидеть Эдварда, Эмметта или Роуз. Нельзя позволить им встретиться. Вот и последняя крыша. На другой стороне широкой улицы в тени между складами стояли Каллены. Спустившись на землю, я бросилась к ним.

В нескольких метрах от цели меня сшибла тень, метнувшаяся из соседнего переулка. Сильные руки схватили и потащили в сторону. Эдвард, Эмметт и Розали кинулись мне на выручку. Но я уже вырвалась, оказавшись между Максом и Калленами. Встав посреди улицы и разведя руки в стороны, я закричала:

- Стойте, это свои, - но меня никто не слушал. Макс резким движением отшвырнул меня в сторону. Его действия спровоцировали Эдварда - я еще не успела встать на ноги, а он уже налетел на Макса.

- Эммет, стой, - мой вопль остановил его - еще секунда, и он бросился бы на помощь брату. – Помоги мне их разнять, это свои, - вновь крикнула я, бросаясь к Эдварду с Максом. Через несколько минут все закончилось. Хотя, если бы не помощь Эмметта и Розали, то я сомневаюсь, что мне хватило бы сил остановить драку. Блондинка держала Макса, прижав того к земле, а Эмметт медвежьей хваткой вцепился в Эдварда, не давая ему вновь броситься в атаку. Я стояла посередине, поглядывая то на одного, то на другого и разведя в руки в сторону, в очередной раз сказала:

- Успокойтесь, это свои!

Вначале я обратилась к Максу.

- Макс, это моя семья, - я показала на Калленов, - пожалуйста, держи себя в руках.

Последовала пауза, он молча смотрел на меня, ничего не понимая.

- Макс?! – я ждала от него ответа. Через несколько долгих мгновений он кивнул. Жестом, попросив Розали отпустить его, я повернулась к Эдварду.

Успокоить разъяренного вампира гораздо сложнее, чем Охотника. Глаза Эдварда были почти черные, рычание до сих пор срывалось с губ. Но, несмотря на серьезность ситуации, я залюбовалась им. Таким, я его еще ни разу не видела, но эта агрессия вызывала во мне странное чувство: сейчас он привлекал меня физически, я хотела его! Ужаснувшись своим мыслям, я подошла к нему, взяв в свои ладони его лицо, заглянула в глаза, и спокойно заговорила:

- Эдвард, успокойся. Это Макс, он мой напарник. Он не хотел причинить мне вред, - постепенно глаза моего защитника стали светлеть, а взгляд вновь становился осмысленным.

- Эмм, отпусти, все в порядке, - продолжая смотреть Эдварду в глаза, скомандовала я. Как только Эдвард освободился, он тут же обнял меня и, прижав к себе, зашептал:

- Извини меня… Извини, я слышал, что ты сказала… Прости, но я не смог сдержаться, когда он швырнул тебя. Ты в порядке? - улыбнувшись, я погладила его по щеке и кивнула. Потом тяжело вздохнув, прошептала:

- Пойдем, надо с ним поговорить.

Выражение лица Макса, когда мы подошли, не поддавалось описанию: шок, недоверие, боль, непонимание. Его мысли метались из стороны в сторону:
«Изабель жива. Она жива! Но она в компании вампиров! Почему? Что она с ними делает? Неужели она сама стала вампиром? Нет, этого не может быть. Я не хочу в это верить. Я не могу потерять ее, еще раз. Я не могу убить ее сам!».

- Макс, успокойся, - повторила я, - почему ты один, где твой напарник? - но он меня не слушал.

- Изабель, мне жаль, но ты нарушаешь закон. Пойдем со мной, мы все исправим.

- Макс, посмотри на цвет их глаз, они не обычные вампиры, - в свое время именно цвет глаз Калленов заставил меня засомневаться в себе и не начать охоту на них немедленно. Он удивлено рассматривал меня и Калленов.

- Что ты хочешь сказать? Я не понимаю. Они вампиры! - голос Макса звучал растерянно.

- Макс, это длинная история. Сейчас не место и не время ее рассказывать. Почему ты один? Ты давно в Сиэтле? Что ты здесь делаешь? - мой голос приобрел командные нотки, и он, наконец, сдался.

- Да, уже больше месяца. Поступила информация, и мне надо было ее проверить. Я нашел целый клан вампиров, там только новорожденных шесть или семь. Я сообщил в Совет, но они отказали: видимо, решили, что у меня совсем поехала крыша, - он замолчал, с тоской глядя на меня.

- Макс, мне жаль, - виноватым голосом прошептала я, - я не могла сообщить, что жива. Ты знаешь, что произошло в Нью-Йорке?

-Да, мы потом очистили город. Я не мог поверить, что тебя больше нет. Ты всегда выбиралась из таких передряг, что вспомнить страшно, один некромант чего стоил! А тут - кучка каких-то кочевников, и тебя больше нет.

- Кучка кочевников? Макс, ты о чем? Ты не знаешь, с кем мы столкнулись? – я даже застыла от удивления. Его взгляд и мысли ясно давали понять, что он не понимает, о чем я говорю. Я почувствовала облегчение от того, что Макс не предавал меня, и одновременно стыд за то, что вообще могла плохо думать о нем. Он не знает, что на самом деле произошло в Нью-Йорке, и мои прошлые догадки, скорее всего, верны - за предательством стояла личная выгода всего одного человека, высокопоставленного члена Совета, того, без одобрения которого не проходила ни одна операция Ордена.

Я замолчала, обдумывая новую информацию, но тишина затягивалась. Теперь заговорил Эдвард. Его голос звучал спокойно, как будто несколько минут назад ничего не произошло:

- Как я понимаю, вы напарник Беллы. Мы пришли в Сиэтл для того, чтобы уничтожить клан, который вы обнаружили. Если вы нам скажите, где их убежище, я думаю, мы справимся, - Макс оторвал взгляд от меня и стал рассматривать моих спутников. На его лице не было эмоций, но мысленно он пытался решить, можно ли им доверять.

«Она так спокойно стоит рядом с ними. А они? Они будто ее охрана. Они что, защищают ее от меня? Да я сам кому угодно за нее голову оторву. Даже этому громиле. Кто они ей? Друзья? Почему она назвала их семьей? Что их связывает?»

- Я хочу участвовать, – наконец, приняв решение, заговорил Макс. - Если Изабель, - он голосом выделил мое имя, - вам доверяет, то думаю, что мы с вами сработаемся. Для пятерых это будет трудная задача, но если грамотно подойти к решению, мы действительно справимся.

***

Светало. Небо очистилось от облаков, а значит, сегодня будет солнечный день. Макс показал, где скрывается клан, но выяснить их точное количество так и не удалось. В доме находилось двое, значит, остальные охотились. Мы не хотели их спугнуть, поэтому не стали подходить близко. Оставив дежурить Розали и Эмметта на светлое время суток, было решено вернуться в дом. Уже приближаясь к нему, я сказала:

- Макс, я рада тебя видеть. Извини, что так получилось. Да, кстати, не удивляйся ничему сегодня, хорошо? Мир не таков, каким мы его знали. Есть многое, что не вписывается в наши привычные рамки и взгляды.

Но предупредить - это одно, а свалить на человека массу нестандартной информации - это совсем другое. Макс весь день ходил с выпученными от удивления глазами, периодически ловя себя на мысли, что он свихнулся. Я только улыбалась, но ничего не комментировала.

Сначала он увидел остальных Калленов. Я сомневалась, надо ли его знакомить со всеми, но потом решила, что раз он уже видел троих, то хуже не будет. У меня была твердая уверенность, что он никогда и никому не расскажет о них.

От удивления в его глазах и смятения в мыслях, когда он познакомился со всеми, я получала какое-то извращенное удовольствие. Каждый раз в ответ на его мысли мне хотелось сказать: «Я же тебе говорила, что ты такого еще не видел!» - но я сдерживалась, пряча довольную ухмылку.

На Элис он сначала даже не обратил внимания, испуганно разглядывая боевые шрамы Джаса. Карлайл и Эсми наоборот произвели самое благоприятное впечатление. А вот Эдварда он воспринимал, как соперника. Впрочем, Эдвард тоже постоянно хмурился, когда Макс начинал думать обо мне. Я знала, что Макс ко мне неравнодушен, но никогда не давала ему повода надеяться на что-то, и он давно смирился с ролью друга и старшего брата. А теперь, видя, что Эдвард от меня не отходит, Макс, с трудом сдерживался. Только воспитание и многолетняя выдержка не позволяли этим двоим вновь дойти до ссоры.

День подходил к концу, скоро наступят сумерки. Я спокойно спала на старом диване, остальные тихонько разговаривали. На грани сна и бодрствования я слышала их голоса, но совершенно не хотела просыпаться, плотнее заворачиваясь в куртку Эдварда, которой была накрыта, и с наслаждением вдыхала запах любимого. За последнее время я так привыкла ему доверять, что даже его куртка обеспечивала мой спокойный сон. Голос Макса, назвавший мое имя, вытащил меня из полусонного состояния.

Прислушавшись, я поняла, что он рассказывает обо мне.

- Она всегда была особенной, можно сказать, сорвиголовой. Что только не вытворяла! Однажды, чтобы доказать свою правоту, притащила упыря прямо на заседание Совета, представляете? - от этих слов Макса я мысленно улыбнулась, думая о том, что вряд ли Каллены знают, кто такие упыри. - Ну и переполох получился. Зато к ее мнению стали прислушиваться даже Старейшины, а ведь ей тогда лет пятнадцать было!

- Не пятнадцать, а шестнадцать. Мне просто стало скучно в Академии, а покинуть ее стены раньше, чем мне исполниться восемнадцать можно было только с разрешения Совета. Вот и пришлось объяснить им, что возраст не главное, главное мозги. Правда, через год мозги не помогли, спасибо Максу, вытащил, - все это я произнесла, не открывая глаз.

- Тогда скажи мне, что ты сейчас творишь? План, конечно, хорош, но быть приманкой - верх безумия. Почему ты так уверена, что все пойдет по плану? - эту тему мы уже обсуждали много раз, но другого варианта, как выманить из города новорожденных вампиров, так и не нашли.

- Макс, чем рассказывать байки из моей бурной молодости, лучше сходи за кофе и пиццей, - меняя тему, ответила я. Мне не хотелось начинать спор с начала.

- Белла, ты бы еще поспала. Впереди тяжелая ночь,- тихий шепот Эдварда раздался над моей головой, - я приоткрыла глаза и увидела его, сидящим на боковой спинке дивана.

- Хорошо, уговорил, - я привстала, усадила его на диван и, положив ему на колени подушку, вновь легла, глядя на него снизу вверх. Чуть улыбаясь, Эдвард посмотрел на меня и легонько погладил по волосам. Даже такая невинная ласка заставила мое сердце учащенно забиться. Он улыбнулся еще шире и, наклоняясь, поцеловал в лоб. Сердце тут же отозвалось на поцелуй. Я почувствовала, что мы опять привлекли всеобщее внимание. Каллены с умилением наблюдали за нами, и я начала заливаться румянцем.

- Вот уж не думал, что ты умеешь краснеть, - проворчал Макс, бросая недовольные взгляды. Ему явно не нравилось то, что он видел, но свое мнение он решил пока оставить при себе, собираясь серьезно поговорить со мной, когда покончим с новорожденными вампирами. Мне тоже надо было многое с ним обсудить, но сейчас для этого было не самое подходящее время.

- Макс, отстань, - ответила я на его замечание, продолжая неотрывно смотреть в глаза Эдварда.

- Белла, а сколько тебе лет? – как ни в чем не бывало, спросила Элис.

- Элис, по сравнению со всеми вами я младенец, а по опыту попадания в неприятности превосхожу вас всех вместе взятых лет на пятьсот, - я быстро взглянула на нее и тут же вернулась к лицу Эдварда, чтобы вновь утонуть в расплавленном золоте его глаз.

- А точнее, - не унималась она.

- Спроси у него, - я кивнула на Макса, - он по моей биографии эксперт. А заодно пусть скажет, сколько ему лет, - все дружно оглянулись на Макса. Он смутился, отводя глаза.

- Максимилиан, так сколько? – не сдавалась Элис.

- Ну… Изабель и правда, младенец, ей осенью будет двадцать три. Я немного старше, мне восемьдесят семь, - Каллены удивленно переводили взгляд с Макса на меня и обратно. Макс, конечно, выглядел старше, но более двадцати ему не дашь.

- Так вы и правда, бессмертные? – этот вопрос задал Карлайл.

- Нет, что вы. Хотя живем мы лет пятьсот, а то и больше, если не произойдет несчастного случая, - ответил Макс.

- Интересно, а сколько проживу я? – вопрос я произнесла задумчиво, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Белла, я никому не позволю тебя обидеть, - твердо сказал Эдвард.

- Я не об этом, - я протянула руку и нежно провела по его щеке, жестом благодаря за заботу, и, повернув голову, попросила:

- Макс, расскажи обо мне. Возможно, эту загадку сможет разгадать Карлайл, это как раз в его компетенции.

- Изабель, я не уверен, что это хорошая идея. Мы скрывали правду о тебе так долго, а ты хочешь всё вот так просто рассказать…

- Макс, я все равно когда-нибудь это сделаю. У тебя лучше получится, - настаивала я.

Кидая на меня недовольные взгляды, он попытался ещё раз достучаться до меня.

- Я не думаю, что это разумно. Ты и так нарушила закон, рассказав об Ордене… - его порицательную речь прервал спокойный голос Карлайла.

- Это не совсем так. Я и раньше знал об Охотниках, - увидев заинтригованный взгляд Макса, Карлайл пояснил, - много лет назад я жил в Вольтере.

Чувство благодарности растекалось теплом по моим венам. Всего лишь двумя словами Карлайл отвел от меня подозрения в предательстве!

Удивленно посмотрев на Калленов, взгляд Макса остановился на мне. Я только кивнула, подтверждая слова Каллена-старшего, и предлагая начать рассказ.

Друг надолго задумался, а потом тяжело вздохнул и негромко начал говорить:

- Силу, скорость и долгую жизнь дает нам ритуал Посвящения. Самую главную роль в ритуале играет напиток «вечной жизни». Надо ли говорить, что основа этого напитка – яд вампиров, - Эсми ахнула, Карлайл кивнул головой, остальные, молча, продолжали внимательно смотреть на Макса, не выражая никаких эмоций.

- Так что Охотники и вампиры имеют много общего, в том числе и жажду. Охотники питаются, как обычные люди, но могут и пить кровь. Мы можем себя контролировать, но иногда Охотник меняет свою диету. И тогда обратной дороги нет, его ждет уничтожение.

- Вчера он решил, что я стала вампиром, увидев меня в вашей компании, - усмехнулась я, потом серьезно добавила: – Хотя еще недавно, столкнувшись с подобной ситуацией, я сделала бы аналогичные выводы.

- У нас есть легенда, - продолжил Макс, - что Охотников создал вампир, который ставил эксперименты на людях. Однажды, его создание вышло из-под контроля, и уничтожило своего создателя, так появились Охотники. Очень важен возраст, в котором проходят ритуал: только ребенок, едва вступивший в пору полового созревания, может пройти его и остаться в живых. Взрослых ждет мучительная смерть. Секрет напитка и то, как определить точную дату ритуала, хранят Старейшины, - Макс опять замолчал и вновь внимательно посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешение продолжить.

В ответ я кивнула. Он вздохнул и вновь заговорил:

- Так вот, Изабель никогда не проходила этот ритуал, она такой родилась.

В комнате наступила абсолютная тишина. Казалось, что никто даже не дышал, и, если прислушаться, то можно было услышать, как бьются два сердца, и это было единственным звуком, который нарушал тишину.

Первым пришел в себя Карлайл.

- Как это родилась? - Макс даже усмехнулся, увидев, какое впечатление произвели на Калленов его слова.

- Она полувампир по рождению. Ее мать была человеком, а отец должен быть или вампиром, или Охотником. Ни вампиры, ни Охотники не могут иметь детей, но как иначе объяснить ее появление на свет, я не знаю. Ее мать умерла при родах, так что, кем был ее отец, теперь узнать невозможно. Генетически, она ближе к вампирам, чем к Охотникам. Да и дар у нее настоящий, а не как у нас - бледное подобие.

Теперь все взгляды обратились ко мне. За последние несколько дней я их столько раз удивляла, что мне ничего не оставалось, как пожать плечами и скромно улыбнуться.

- Она родилась во Франции, - продолжил Макс, немного помолчав, - родственников у нее не было, поэтому я беспрепятственно забрал ее в Орден. Только Матильда, эта дама заведует приютом в Ордене, знала, кто этот ребенок. Маленькой она была красива, как принцесса, мы дали ей имя Изабель Леруа. Сначала она жила в приюте, потом в Академии. Еще могу добавить, что мне так и не удалось узнать, кто ее мать. Документов при ней не было, и ее похоронили, как неизвестную. Изабель развивалась, как обычный ребенок, если не считать силу, ловкость и умственные способности. Когда ей было семнадцать, мы с ней попали в серьезную заварушку. Она сильно пострадала, я довез ее до больницы, но организм был слишком истощен и не способен на регенерацию. Она умирала. Медикаменты не помогали, она на них просто не реагировала. Поскольку у нас та же сущность, что и у вас, я решил рискнуть. Самый быстрый способ набраться сил – это кровь, человеческая кровь. В тот день я пошел на риск и напоил ее донорской кровью, и она выжила, - он замолчал.

- Лучше расскажи, что было потом, - очень тихо попросила я. Но друг не захотел говорить дальше, и продолжить решилась я.

- А потом у меня был месяц ломки, как у наркомана. Только реакция была на человеческую кровь. Я буквально сходила с ума от жажды, другая еда просто не усваивалась организмом. И так продолжалось целый месяц, - я замолчала, вспоминая это тяжелое время. - Спасибо Максу, он был рядом и не дал мне окончательно свихнуться, - я с признательностью посмотрела на него, прежде чем продолжить: - Но после этого я перестала меняться, как вы застыв в развитии. Он считает, что это было аналогично обращению у вампиров, только катализатором стала человеческая кровь, - сделав паузу, я выразительно посмотрела на Карлайла и закончила свой рассказ:

- Сейчас я спокойно реагирую на кровь, хоть и предпочитаю не испытывать судьбу. Я как никто из Охотников могу понять вампиров и их зависимость. А еще я понимаю, как трудно отказаться от человеческой крови и держать свою жажду под контролем.

Я оглядела Калленов. В их взглядах было уважение, сочувствие и понимание. А в глазах Эдварда было еще что-то, что сразу трудно было уловить. Он смотрел на меня с гордостью! Он мной гордился! И это было безумно приятно.