Очень часто одно маленькое событие влечет за собой большие, а порой и трагические последствия. Это, как домино, выстроенные друг за дружкой: стоит одной костяшке упасть, и за ней падают все остальные. Это, как лавина в горах: сколько не убегай, она тебя догонит.

Для меня таким событием стала злосчастная поломка пикапа. Если бы машина не сломалась, все могло бы быть совершенно по-другому.

***

До бала оставались три недели, и я очень хотела туда пойти в платье своей мечты. Финансовая сторона вопроса не имела значения, а вот свободы передвижения я была лишена.

Поездка в Порт-Анджелес оставила только разочарование: ни необходимой ткани, ни мастера, который выполнил бы мой заказ, я не нашла. Ехать в Сиэтл или другой крупный город не хотелось: в Сиэтле не было постоянного представительства Ордена, но со своей удачей в тот момент, когда я туда приеду, там как раз окажется какой-нибудь сумасшедший вампир, которого будет выслеживать Орден. Воскресать из мертвых сейчас в мои планы не входило.

Иногда меня мучила совесть: в том мире у меня остались друзья, которым мое исчезновение принесло немалую боль. Я надеялась, что они поймут и простят меня потом. А сейчас я твердо решила жить сегодняшним днем и не думать о том, что изменить уже не могла.

Оформить заказ через интернет тоже не получилось: платье, которое хоть отдаленно напоминало то, что мне нужно, могли прислать в течение трех-четырех недель, а это меня совсем не устраивало.

Единственное, что радовало, это изменение наших отношений с Эдвардом: уже на следующий день после приглашения, я с удивлением увидела его на первом уроке в своем классе, и на втором уроке тоже. В ответ на мою удивленно приподнятую бровь, он улыбнулся очень самодовольной улыбкой. Не надо было уметь читать мысли, чтобы понять, что он поменял свое расписание, и сейчас почти все уроки у нас совпадали. Я по-прежнему с ним не разговаривала, но теперь он провожал меня из класса в класс, следуя на шаг позади, как телохранитель.

В его мысли мне стало неловко даже заглядывать: каждый раз, посмотрев, о чем он думает, я начинала смущаться. В них было столько нежности и надежды, что я терялась, задаваясь вопросами:

«Как он может так ко мне относиться? Он ведь ничего обо мне не знает! Может, у меня ужасный характер, или я грязнуля и лентяйка?»

А рассказать о своей профессии, даже если бы законы Ордена это не запрещали, я бы никогда не решилась. Такой разговор страшно вообразить: « Эдвард, а ты знаешь, что моя профессия - Охотник? Только представь, что в последнее время я специализировалась на вампирах». Или так: « Первым в списке на уничтожение стоит твой брат Джаспер: он иногда мечтает пообедать человеком».

От одной мысли о такой беседе мне становилось неуютно. Нас разделяло мое прошлое, и поэтому у нас не могло быть будущего. Я не верила, что он поймет и примет мою любовь, если узнает, кто я. Но желание любить и быть любимой заглушало голос разума.

Даже если наша любовь продлиться всего несколько дней, это будут лучшие дни в моей жизни!

***

Сегодня суббота. Рано утром Чарли уехал на рыбалку, а я собиралась в Ла-Пуш.

Солнце, наконец, порадовало нас своим появлением и выпавший ночью снег, в его лучах, искрился и переливался.

В последнее время я редко появлялась в Ла-Пуш и успела соскучиться по Билли, Джейку, грубоватым шуточкам Сэма и великолепным кексам, которые пекла жена Сэма, Эмили.

Билли дома не оказалось: Джейк сказал, что после появления вампиров Билли ежедневно проверяет границы резервации. Не то, чтобы он не доверял Калленам, но легенды собственного племени и мои рассказы о вампирах заставляли Билли быть постоянно настороже. Да еще и двое туристов недавно пропали в лесу. Егеря нашли их палатку, вещи все на месте, а вот самих их найти так и не удалось. Собаки довели полицию до реки, а дальше след обрывался. Люди и раньше пропадали в этих лесах, но сейчас, к каждому такому сообщению квилеты относились более серьезно.

Мне не хотелось надолго задерживаться, и, сразу после обеда, я отправилась домой.

Я проехала уже половину пути, когда двигатель пикапа пронзительно взвизгнул и заглох. Повторные попытки завести машину не увенчались успехом. Вспомнив все нехорошие слова, которые я знала и, адресовав их этой груде железа, я потянулась за телефоном. Ждать на дороге помощи в этой глуши можно было долго. Я хотела позвонить Джейку и попросить посмотреть, что с машиной, а также довезти меня до Форкса. Перерыв все карманы и проверив сумку, я убедилась, что телефона нет.

Мысленно проклиная свою несобранность и невезение, я задумалась над тем, что мне делать дальше. Приняв решение, я оглянулась по сторонам и прислушалась. Убедившись, что рядом никого нет, я поставила пикап на нейтральную передачу и, вывернув руль, осторожно скатила машину на обочину. Вот бы удивились случайные свидетели: девушку моей комплекции и ветром может сдуть, а она без усилий толкает тяжеленный пикап! Улыбаясь таким мыслям, я забрала сумку и направилась через лес назад в резервацию, к Джейку.

Как же приятно просто пробежаться по лесу! Почувствовать ветер в волосах, уловить сотню запахов… Безумно надоело изображать человека: быстро не двигаться, силу не применять, необычные способности тщательно скрывать, не выделяться нигде, ничем и никогда – это было то, что в нас воспитывали с детства. Всегда помнить, что мы люди только внешне, что мы - особенные. Нас создали для защиты человеческой жизни. Никто и никогда не должен о нас узнать – мы приносили эту клятву и держали ее всю свою жизнь, независимо от того, сколько нам суждено прожить.

Членом Ордена становились один раз и навсегда. Приобретая силу и долгую жизнь, мы отдавали в обмен простые человеческие радости такие, как возможность иметь полноценную семью. Любовь, брак – все это у нас было, но никто из нас не мог иметь детей. Мы очень медленно старели, а это не способствовало дружеским отношениям с обычными людьми.

Председателю Совета более трехсот лет, а выглядит он на тридцать. Очень редко, но некоторые из нас имели дар. Два дара, как у меня, не имели даже вампиры. Но не только в этом была моя особенность: всю правду обо мне знал только Макс, даже члены Совета не догадывались, что я не такая как все, что я уникальна в своем роде.

«Откуда обо мне узнал Аро? Что точно ему известно? Зачем я ему нужна?»

На эти вопросы у меня не было ответа. Но то, что за мной в Нью-Йорк послали половину свиты, наводило на размышления. Джейн боялась причинить мне боль! Джейн, которую напугать просто невозможно! Ее четкая мысль, что меня надо доставить Аро живой и невредимой привела меня в состояние шока.

Знакомая полянка вывела меня из мрачной задумчивости. Сейчас, занесенная снегом, она была другой. Но большое сломанное дерево ясно напоминало о побоище, произошедшем полтора года назад. Солнце отражалось от снега, но сильнее всего играли блики в дальнем конце поляны. Резко остановившись, я с удивлением смотрела на вампира. В голове было только одно слово – ДЕЖАВЮ.

***

Это была женщина. Ее белоснежная кожа на солнце переливалась миллионами бриллиантов, а грива красивых волос свободно спадала и струилась по плечам. Но ярче блестящей кожи на белоснежном лице горели глаза цвета спелого граната. Я сразу узнала ее: последняя из тех, на кого мы охотились в Сиэтле.

Хищная улыбка промелькнула на ее лице:

«Десерт идет прямо в руки, и никуда ходить не надо».

Ее мысль не отличалась оригинальностью, но сейчас я ее удивлю.

Она не производила впечатления тренированного бойца. По её виду и тому, как она приближалась ко мне, вампирша напоминала кочевника. Самые лучшие и опытные бойцы попадались в больших кланах. Кланы часто воевали между собой и встреча с настоящим, хорошо обученным бойцом, например таким, каким был ее друг, стоила бы мне жизни. Но только не в этот раз, сейчас посмотрим, кто из нас сильнее.

А еще, неплохо бы предусмотреть вариант отступления. Очень жаль, что мы сейчас не на территории квилетов: был бы шанс, что вмешаются волки, и мне не придется раскрываться, но после возвращения Калленов они из резервации носа не показывают.

Она медленно, по-кошачьи, подходила ко мне. Со стороны создавалось впечатление, что она боится напугать. Я же стола спокойно, опустив сумку на землю и глядя ей прямо в глаза.

Время остановилось. Вампирша замерла напротив меня, широко раскрыв глаза.

Я поняла, что она не случайно пришла на эту поляну и почему именно здесь искала своего друга: ёе дар - видеть прошлое. И сейчас у нее в голове была картина произошедшего полтора года назад. Она видела, как три оборотня убивают ее друга и как в стороне стоит девушка. И эта девушка была сейчас перед ней.

Все чувства, которые она когда-либо испытывала, превратились в одно – в желание отомстить. Пусть сейчас она и не могла достать тех оборотней, но меня она решила убить. Медленно и мучительно.

Глаза вампирши потемнели, мышцы налились силой и, пригнувшись, она прыгнула через всю поляну. Ее действия не стали для меня неожиданностью. Собрав волю в кулак, я стояла совершенно спокойно, чтобы в последний момент сделать шаг в сторону. Тогда она промахнется, а я окажусь у нее за спиной, и у меня появиться реальный шанс завершить поединок в свою пользу.

Вампирша не долетела до меня несколько метров, когда что-то темное сшибло ее с курса. Она отскочила в сторону и, встав на ноги, вновь приготовилась к атаке.

Передо мной, закрывая собой, стоял Эдвард Каллен.

Не ожидая увидеть его, я растерялась, мысленно молясь, чтобы он не понял, что сейчас здесь произошло. Он не должен догадаться, кто я.

Через секунду с другой стороны поляны появились Эмметт, Джаспер и еще один вампир, которого я раньше не встречала. Судя по всему, Карлайл, глава их клана.

Увидев такой численный перевес, вампирша решила оставить меня в покое и мгновенно скрылась в лесу. За ней тут же бросились все, кроме Эдварда.

Только тогда он повернулся ко мне и посмотрел в глаза. В его взгляде было облегчение, даже радость, но вместе с тем и настороженность: он боялся напугать меня еще сильнее.

Несмотря на комичность ситуации, что Охотника на вампиров от вампира спас вампир, я была рада его появлению. Сейчас он был моим спасителем и защитником. Благодарность за «спасение» и любовь, требовавшая, чтобы ее наконец выпустили наружу, заставили меня сделать первый шаг. Не думая ни о чем, я сделала то, о чем давно мечтала: прижалась к его груди.

Он обнял меня и, аккуратно поглаживая по спине, начал шептать успокаивающие слова. В его объятьях я расслабилась, неожиданно ощутив покой. Никогда мне еще не было так спокойно, как в эти мгновения. Его запах, прохлада груди, к которой я прижималась, твердость рук, ласкающих мою спину – все это заставило мое сердце учащенно забиться, порождая в сознании несбыточные мечты и надежды.

Вернувшиеся Карлайл, Эмметт и Джаспер застали нас, стоящих в обнимку посреди поляны.

Первым к нам подошел Карлайл:

- Мисс Свон, если не ошибаюсь? Вы в порядке?

- Да, все нормально, - ответила я, пытаясь отойти от Эдварда, но он мне не позволил. Убрав одну руку, он развернул меня в сторону Карлайла, крепко держа за талию другой рукой.

- Скоро стемнеет, в лесу опасно. Мы живем недалеко, пойдемте. Потом я отвезу вас домой, - несмотря на вежливый тон, эта фраза звучала почти как приказ. - Вы могли бы позвонить и сказать, что через час будете дома, – продолжил он более мягко.

- Чарли уехал на рыбалку и до вечера меня искать не будут, – ответила я, вспоминая, что телефона у меня все равно нет.

- Что вы делали в лесу одна? Прогулки по лесу, тем более в одиночестве, не безопасны.

Я горько улыбнулась, отводя глаза в сторону, и с сарказмом ответила:

- Да, особенно прогулки по ЭТОЙ поляне: одно непрекращающееся дежавю.

Он удивленно приподнял брови и посмотрел на Эдварда, получив от последнего кивок на свой мысленный вопрос.

Я слышала этот немой разговор: Карлайла интересовало, поняла ли я, что сейчас произошло. Он очень удивился, что Эдвард кивнул. Второй вопрос, адресованный сыну, поставил Карлайла в еще больший тупик: мысленно он спросил, знаю ли я о вампирах – Эдвард подтвердил и это.

Не говоря больше ни слова, Эдвард потянул меня в сторону леса, и вскоре злополучная поляна исчезла, скрывшись за деревьями.

Передвигаться с человеческой скоростью им было неудобно. Я слышала, как перешептывались Эмметт и Джаспер, вынужденные тащиться позади.

Через пару минут Эдвард посмотрел на меня и спросил:

- Ты мне доверяешь?

Я только кивнула, не совсем понимая, о чем он говорит. Удивление, вот что я почувствовала, когда он взял меня на руки и попросил закрыть глаза.

«Он что, не хочет, чтобы я знала, где они живут?»

Но я верила ему и поэтому подчинилась без разговоров. Сильный порыв ветра ударил мне в лицо и тут же прошел. Через несколько минут мы уже стояли на крыльце большого дома. Окна первого этажа светились мягким, теплым светом.

Карлайл открыл для нас дверь. Эдвард поставил меня на ноги, но продолжал держать за талию. Его мысли разбегались в разные стороны, и я не успевала за ними следить: сейчас он вспоминал, что произошло.

Вот он услышал мысли чужака, в этих мыслях была жажда и мое лицо. Потом чужое воспоминание на поляне, недалеко от дома три оборотня убивают вампира, а рядом, опять же, стою я. Затем страх, что не успеет меня спасти. Облегчение, что успел в последний момент, и со мной все в порядке. И, наконец, потрясение и радость от того, что все встало на свои места. Я знаю про вампиров и оборотней. Именно поэтому я не хотела с ним общаться и смотрела с ненавистью: меня же пытался съесть вампир, но спасли оборотни. Я не испугалась сегодняшнего происшествия и подошла к нему. Значит, есть еще шанс быть рядом со мной, и его он не собирался упускать.

Поняв, о чем он думает, я успокоилась: он сделал неправильные выводы, и моя тайна не раскрыта.

Мы вошли в дом. Эдвард помог снять мне куртку и, взяв за руку, повел в столовую. Он сел за большой стол, усадив меня рядом с собой. Все остальные члены его семьи, молча, последовали за нами и, заняв свои места, с интересом смотрели на нас.

***

Чарли давно спал, а я, не раздеваясь, лежала на кровати и вспоминала прошедший вечер.

*Воспоминание*

Когда мы все сели за стол, Эдвард представил меня как свою девушку, чем вогнал в состояние ступора всю свою семью и даже меня. Вид шестерых, застывших от удивления вампиров производил забавное впечатление. Как только первое удивление прошло, вся семья Эдварда решила познакомиться со мной поближе.

К счастью, мне ничего не пришлось объяснять самой. Мне понравилась версия Эдварда о нападении на меня вампира в прошлом году, и этим же он объяснил то, откуда я все знаю.

Все, что мне оставалось, это только поддакивать и улыбаться. Калленам не понравилась моя дружба с оборотнями, но намек на то, что я обычно дружу со своими спасителями, вызвал у них смех и одобрение. Эмметт тут же предложил свою дружбу и любовь, за что чуть не получил подзатыльник от Розали.

Мне пришлось приложить все свои актерские способности в попытке искренне изобразить удивление, когда речь зашла о необычных способностях Эдварда, Элис и Джаспера.

Тема талантов младших членов семьи была для меня самой опасной: Каллены не могли дать логичного объяснения моей непроницаемости для них, а также моего необычного, для человека, запаха. Как выразился Эмметт, я пахну не как еда, а как дорогие духи: вроде вкусно, но аппетита не возбуждает. После этого заявления он снова чуть не получил подзатыльник, но уже от Эсми.

Как только все решили оставить мои загадки в покое, я расслабилась и начала получать удовольствие от общения.

Вечер прошел просто замечательно. Я даже не предполагала, что могу провести столько времени в окружении семерых вампиров и ощутить только положительные эмоции!

Уже через полчаса после моего появления в их доме, я перестала воспринимать хозяев как вампиров, а значит, и как врагов. Теперь перед собой я видела только очень хороших людей, по воле случая оказавшихся в нестандартной ситуации и с честью, вышедших из нее.

Эсми улыбалась, глядя на меня, мысленно представляя рядом с Эдвардом. Эмметт сразу меня принял, как младшую сестренку, и обещал не давать в обиду. Элис, совершенно не стесняясь в выражениях, раскритиковала мою одежду, прическу и макияж, тут же составив список магазинов, куда я должна с ней поехать. Даже Розали, перестав хмурить свои идеально красивые брови, постепенно смягчилась и предложила свои услуги по ремонту пикапа.

К сожалению, пикап восстановлению не подлежал. Можно было заменить двигатель, но дешевле было купить новую машину. По моей просьбе его обещали отбуксировать к дому Чарли. Эдвард обиделся, когда я отказалась ездить в школу с ним, но тут же простил, когда взамен я пообещала сеть с ними за обедом. Меня спасла Элис: теперь она с Джаспером будут возить меня в школу, пока я не решу вопрос с машиной.

Вернувшись домой, мы несколько часов сидели в машине Эдварда и просто разговаривали. Он держал меня за руку, мысленно опасаясь, что если отпустит, то я исчезну. Я тоже чувствовала подобное: мне еще не верилось, что меня любит самый замечательный парень, которого я только встречала. Я перешла грань в своем восприятии. Да, Эдвард – вампир, но я люблю его. И только это имело значение.

Сидя в машине, мы говорили обо всем, перескакивая с темы на тему, и не могли наговориться. Вдвоем смеялись над моим даром привлекать к себе монстров всех мастей, включая вампиров и оборотней. Вспоминали первую встречу и непонимание, которое сейчас просто исчезло.

Провожая меня до двери дома, Эдвард, как истинный джентльмен, поцеловал мне руку. Я видела в его мыслях, что ему хотелось бы ощутить другой поцелуй, но воспитание не позволяло. Я тоже не стала торопить события: они сегодня и так уже вышли из-под контроля.