Эдвард

Это больное животное… Я хотел нарезать его кусочками и смотреть, как он кричит от боли. Я хотел разорвать его глотку руками. Я хотел сделать его вновь человеком, чтобы наблюдать, как бурая кровь течет меж моих пальцев. Я желал увидеть его истекающим кровью в лунном свете!
Гнев просачивался сквозь мое хладное тело… разрывая на части.
В страшных муках я наблюдал за Беллой, выкрикнувшей мое имя.
Джеймс тихо заговорил с ней.
Сомневаюсь, что она его услышала.
Изо всех сил я пытался заглушить ее крики, чтобы сосредоточиться. Мой ангел… ее крылья отрывают по кусочкам… так мы, монстры, по обыкновению развлекаемся… но я не хочу… она не заслуживает подобного! Я виновен в этом!
− Джеймс, отпусти ее, − с предупредительной ноткой в голосе, мрачно сказал я. − Она не то, чего ты хочешь! Она ничего тебе не сделала! − пытался я урезонить зверя, когда его очертания вдруг размылись в быстром движении. Джеймс извлек из кармана скотч и грубо связал запястья, а затем худенькие лодыжки моей любимой. Он обращался с ней, словно с фарфоровой куклой, однако, притянув к себе, в который раз проявил грубость.
Усмехнувшись, вампир посадил Беллу на свои скрещенные ноги. Моя милая Изабелла глядела на меня глазами, полными слез, с кляпом во рту и вздымающейся от страха грудью. Ее тело, выставленное напоказ таким варварским образом, в нижнем белье, казалось бы манящим, если бы не порезы в местах, где этот ублюдок проводил по белоснежней коже своими когтями… и еще ее опьяняющая бурлящая кровь. Но она не оказала на меня одуряющего воздействия, поскольку я привык к аромату жизненного нектара моей возлюбленной.
Более всего я ненавидел то, с какой нежностью Джеймс прикасался к Белле, словно проявляя редкую заботу, и, будто бы играючи, демонстрировал наплевательскую резкость в следующий же миг. Меня обуяла жажда убийства этой твари. Как он посмел?! Притрагиваться к тому, что принадлежит мне!
− Ты не знаешь, какие вещи они делала для меня, Эдвард, − маниакально засмеялся Джеймс. Впервые в своем выступлении театра одного актера он обратился ко мне.
Злая ухмылка шута, точно его губы дергали за веревочки. Суженные темно-красные глаза. Грязные светлые волосы, собранные в конский хвост. И его чертовы клыки, бросающие мне вызов!
− Она искушала меня слишком долго, − простонал Джеймс, пройдясь языком по хрупкой шее Беллы. Она пугливо вздрогнула, но вампир удержал ее. Пуще прежнего я возненавидел это зрелище. Это было слишком. Я ощутил страдальческий крик, готовый вырваться из моего горла, и усилием воли затолкал его обратно, да поглубже.
− Она соблазняла меня с того момента, как мы впервые повстречались. Надо признаться, не люблю я шлюх, нет… − Во второй раз он лизнул шею моего ангела, Белла не сдержала неистового восклицания. Ее безмолвная ярость столь очаровательна и печальна. − Ее кровь, кровь, что течет в ее жилах… под этой… хрупкой… бледной плотью. − Она издала сдавленный писк, и я ахнул. Ногти кочевника впились в ее бок, алой лентой заструилась кровь. Джеймс с извращенным удовольствием облизнул свои пальцы под аккомпанемент вопля Изабеллы. Ее рыдания были приглушенными, страдальческими… моя родная…
Я не сумел защитить ее.
− Ее кровь напоминает сладкий плод на вкус, − закончил он свою фразу. − Очень сладкий, Эдвард, тебе понравится. Я готов поделиться, − рассмеялся Джеймс.
− Я хочу попробовать, − подарив мне насмешливую улыбку, Виктория подалась вперед. С ужасом, погрузившись в состояние неимоверного шока, который заставил меня упасть на колени, я наблюдал, как вампир нанес новую рану моему ангелу. А затем он позволил каплям ее крови сорваться с пальцев на язык. Джеймс поцеловал свою подружку. Их языки танцевали танго друг с другом, а Белла повалилась на левый бок в попытках задушить свои рыдания. Она не обращала на меня никакого внимания.
Виктория отстранилась от своего сообщника и потянула загребущие руки к моей возлюбленной. Мое драгоценное сердце – девушка по имени Белла была моим сердцем – ровным счетом никак не отреагировала на движение вампирши. Она просто лежала, уставившись в потолок. Виктория мягко лизнула ее живот, словно бы соблазняя и пытаясь втянуть в обоюдный разврат.
Я ненавидел это. Я презирал свою беспомощность.
Поднявшись, Джеймс приблизился к моему трясущемуся телу и поставил на ноги. Приторно улыбаясь, он зашептал:
− Что у меня, что у Виктории существуют весьма страстные фантазии с участием Беллы, не хочешь ли присоединиться?
− Да пошел ты, − зашипел я на него.
Джеймс разочарованно покачал головой.
− Что же, это довольно скверно… и пускай, − вздохнул он прежде, чем подойти к стулу рядом с кроватью и вновь улыбнуться мне. Я перевел взгляд на Викторию, которая шептала злобные вещи Белле на ушко. Мой ангел выглядел таким маленьким и нежным, что я грустно качнул головой.
− Мы дадим тебе то, чего ты никогда бы не испробовала, − жестко проговорила Виктория. − Ты будешь нашей шлюхой! − Она удовлетворенно засмеялась, когда Изабелла громко вскрикнула, поскольку огненноволосая резко ударила ее между ног. Девушка сдавленно вздохнула и застонала, моя же реакция была противоположной – меня передернуло.
− Присаживайся, Эдвард, и давай поговорим, как мужчина с мужчиной, − мерзко засмеялся Джеймс.
Я поглядел на стул, на который он указывал, но вампир отчего-то резко поменял его расположение и перенес таким образом, чтобы находиться поближе к…
Джеймс не желал, чтобы я был хотя бы в относительной близости к Белле. Не сдержав рык, я устроился рядом с этим дьяволом.
− Позволь мне раскрыть для тебя тайну Беллы. Девочка эта… лгунья, что она рассказала тебе? В один прекрасный день я просто пришел к ней… и просто возжелал? М? Если ты так думаешь, то позволь просветить тебя, − поерзал он. − Милая прелестница, вероятно, не рассказала о своей причастности к торговле рабами?
Мои глаза расширились. Шок был подавляющим.
− Я был ее последним клиентом. Уверен, ты видел на ней печать моей собственности, − все отвратительней хихикал он. − Белла блокирует старые воспоминания и поэтому не рассказала. Я почти убежден. Но погляди на ее шею.
Я покачнулся всем телом в ужасе от услышанного.
− Я покажу тебе…
Приподняв связанные руки Беллы, он обнажил алебастровую шею. Я задохнулся от того, что увидел… Клеймо… Татуировка… с символом “V” в центре.
− Она была рабыней? − Я тонул в непонятном удушье отнюдь не физического характера, а глаза Беллы расширились от страха. Она уставилась на меня, сбитая с толку, подчас и растерянная.
− Да, была. После того, как сбежала от своего отца, Аро. Это правитель нашел ее, он также вампир… Долгое время Изабелла являлась его ценной собственностью, он никогда не вредил ей и сравнительно редко использовал в качестве инструмента для пыток других вампиров. Знаешь, как он делал это? Аро резал ее и мучил хладных запахом ее крови, не давая попробовать на вкус. Я был единственным, кто вкусил ее, кроме него, − Джеймс злорадно усмехнулся. − Но он действительно заботился о своей маленькой блудной овечке. Ей повезло с побегом, я до сих пор поражен.
Дрожь укрощенной силы била меня в разы сильнее, я боролся с порывом задушить этого словоохотливого ублюдка.
− Вновь найдя ее в ту знаменательную ночь, я оставил малышку Беллу на улице, не собираясь возвращать ее Аро… Правитель убил бы девчушку, а мне не хотелось даже думать о том, чтобы потерять хотя бы каплю ее крови. Но и взять с собой не мог, ведь уезжал в Африку с Викторией. − Кровопийца кивком головы указал на рыжеволосую потаскуху и вернулся к кожаному креслу, стоящему возле меня. Белла захлебывалась рыданиями, наконец-то вспоминая свое прошлое.
− Теперь все припомнила, не правда ли, Изабелла? − вопросил он.
− Ублюдок, как ты мог поступить с ней так? − вскричал я.
− Сожалею, Белла, но чего ты ожидала от меня? Я был голоден!
Все это было слишком.
Я хотел умереть.
Сгореть заживо.
Что угодно, лишь бы больше не видеть этого.
Если я сделаю хотя бы одно движение для спасения Беллы – они попросту убьют ее.
− Позволь мне показать небольшое воспоминание о ней, − усмехнулся Джеймс.
Красивая девушка стояла рядом с темноволосым вампиром, и глаза его сверкали темно-красным. Мужчина ласково погладил ее, выставив на всеобщее обозрение перед толпой вампиров, а она стояла подле, смотря на него влюбленными глазами. Вампир ласково улыбнулся ей: он всегда ценил девичью любовь превыше всякого другого проявления симпатии. Она была его любимицей.
Это было проникновением в мысли Джеймса.
Воспоминания на этом не обрывались, они закручивались в спираль продолжения. Однако были другими.
− Я бы хотел познакомить тебя со своим питомцем, Изабеллой… − промурлыкал Джеймсу тот, которого величали Аро. Изабелла выглядела совсем юной, с большими карими глазами, как у лесной лани, и с хрупким, угловатым телом. Аура невинности, окружающая ее, делала девушку невыносимо желанной.
− Здравствуй, Изабелла.
Она покраснела и спряталась за Аро, который получал от происходящего свое удовольствие. Снисходительно усмехнувшись, мужчина обернулся к своей подопечной и с нежностью – в действительности несвойственной ему – обхватил пылающее румянцем лицо Беллы, поцеловав ее в лоб.
− Не надо бояться, − сказал Аро, будто успокаивая собственную дочь. − Я никогда не позволю навредить тебе… Джеймс – мой хороший друг… Я лишь хочу, чтобы он немножко попробовал тебя. Ведь только нам принадлежит столь удивительная привилегия…
Джеймс подмигнул зардевшейся девушке.
− Иди сюда, маленький ангелок, − улыбнулся Белле кочевник, и она робко, крайне неуверенно подошла к нему. Он изучал девушку с усмешкой; наблюдая за ее скованным движениями, когда она остановилась перед ним, осмеливаясь поднять взгляд. Джеймс посмотрел на Аро, указавшего ему вместо обычного укуса сделать надрез на бледной девичьей коже.
Хладный нежно прикоснулся к шее Беллы, будучи почти как влюбленный, провел пальцем по мягкой нижней губе. Девушка задрожала, и он поощрительно улыбнулся ей.
Он изнутри разрезал ее губу ногтем и нежно успокоил Беллу, когда она начала хныкать. Аро схватил свою любимицу за руки, когда она еле-еле, почти без стараний, начала его отталкивать. И тогда Джеймс обхватил ее лицо ладонями и начал посасывать кровоточащую губу. Изабелла извивалась, билась, но будто незначительно, зная, что Аро после будет недоволен.
В конце концов, Джеймс оторвался от нее. Потрясенный, он отшатнулся, тяжело дыша. Стража придержала его, когда он, бросив рассеянный взгляд на Беллу, зарычал. Аро повернулся к боязливо трясущейся девушке и, поцеловав в щеку, трепетно прижал к себе. Она слабо плакала.
− Я так горжусь тобой, − прошептал он, гладя ангела по волосам. Маленькая пятнадцатилетняя девушка помогла ему обрести заветную жизнь, насытить ее смыслом. − Понимаю, это пугает тебя, Изабелла, − просто улыбнулся Аро. − Я знаю, что подобное ослабляет тебя, мой темный ангел. − Он любил называть ее так. В некоторой степени и она обожала это.
− Она была удивительной, − Джеймс облизал губы, глядя на Беллу, которая дрожала так сильно, что мне пришлось сильнее ухватиться за кресло, дабы не сорваться к ней. − Ты помнишь об этом теперь, не так ли, Белла? Она подсознательно блокирует эти вещи. Я читал о людях, которые способны вытворять такое. Конечно, это всегда больно, когда больше не можешь подавить отрывки ужасающего прошлого. − Он вздохнул. − Аро уже справился о ней, ты в курсе? Он пребывает в Америке, все еще… Но не за горами его возращение в Италию.
Я не мог сдержаться и не задать вопрос, мне было любопытно.
− Сколько ей было, когда он нашел ее? − напряженно спросил я.
− Ну… десять… может быть, на самом деле, когда он показал ее мне в первый раз, ей было одиннадцать. Ух, маленькая очаровашка…
− Она так испугалась, − сказал Аро Джеймсу, который с затаенной интригой смотрел на дрожащую девочку. Она крепко вцепилась в своего спасителя и часто вздрагивала, очень, очень часто. − Ты чувствуешь ее? Аппетитно, верно?
− Весьма, − отозвался Джеймс.
Аро вздохнул и наклонился к поднятому вверх маленькому невинному личику Беллы, что было мокрым от слез. Он ненавидел, когда она плакала, и осторожно стер влажные дорожки холодными пальцами.
− Она недоступна для меня, − пробормотал Аро. − Я не смог прочитать ее. Узнав об этом, я не сумел отказать себе в удовольствии заполучить столь редкое сокровище.
Правитель вампиров обратился к Белле:
− Пожалуйста, перестань плакать, дорогая. Я не хотел бы видеть твои страдания. Что мне сделать, чтобы ты ощущала себя счастливой? − спросил он ее мягко.
− Я не знаю Вас! − закричала она, однако, будто в противовес, только ближе прижалась к вампиру. − Я несчастна… Папе лучше не возвращаться…
Глаза Аро добрались до охранника, Феликса, и Джеймс проследил за этим повелительным взглядом. Его самого ужаснула догадка, когда Феликс, задорно подмигнув Белле, сделал провокационный жест языком. Аро немедленно поставил девушку на ноги и разорвал Феликса на куски. Джеймс заметил: видение убивающего Аро, как всегда, заманчиво для просмотра. Было приятно наблюдать за лицом правителя, когда он убивал.
− Никто не сможет причинить тебе вреда… − поклялся Аро потрясенной девочке, которая тут же замолчала.
Это было последнее воспоминание, вклинившееся в мое сознание. Прервав поток откровенностей Джеймса, я уставился на него.
− Если бы ты убил ее, Аро убил бы тебя.
Джеймс замер.
И внезапно все начало двигаться, как в замедленной съемке.
Я рванул к Виктории, вскочил на кровать и хорошенько приложил ее к стене. Рыжеволосая испустила резкий крик, и Джеймс, напавши со спины, прижал меня за шею к полу. Он рычал, спустив с цепи своего монстра. Тогда я беспомощно увидел, как Виктория медленно душит Беллу.
А мой ангел, такой красивый и такой сломленный, извивался и неистово кричал.
Лицо Беллы постепенно побагровело. И потом, когда я выкрикнул ее имя, она перестала двигаться.
Ее сердце… в нем воцарилось такое громкое молчание.

***

Я рванул вперед, ускользая из хватки Джеймса, и обрушил на Викторию удар ногой. Приземлившись на нее, я колотил вампиршу, и крики ее были пронзительными. Хотя я прекрасно знал, что Джеймс может подоспеть в любой момент и оторвать меня от нее.
Но мне было все равно, я хотел, чтобы она почувствовала боль. Я хотел, чтобы она почувствовала мой гнев! Как смеет она даже думать о том, чтобы прикоснуться к Белле!
Прошло лишь три секунды.
Я быстро вскочил и совершенно не был потрясен, увидев бегущего на меня Джеймса. До меня донеслись два басовитых рыка, но я ошибся, считая, что это были Виктория и Джеймс.
Со стороны я увидел, как Эммет сбил Джеймса, а Джаспер атаковал Викторию. Элис что-то воскликнула, а Карлайл бросился вперед. Эсме трясла меня, пытаясь заставить ответить… и даже Розали, даже Розали приняла участие в массовой бойне, выбрав в качестве жертвы Викторию…
А я смотрел на Беллу…
Белая…
Не красивая бледная кожа.
Но белая… И мое сердце вопит. Оно перемалывает внутренности, скручивает их в клубок, пока я наблюдаю за стараниями Карлайла - он вдыхает воздух в ее бездыханное тело. У меня сжалось горло. Мое сердце умирало, медленно погибало, и я испытывал онемение во всем теле.
Улыбка моей возлюбленной мелькнула в моих мыслях; она мило улыбнулась, как делала только для меня. Она любила меня, а я любил ее. Единственный человек, которого я полюбил. Теперь и она должна быть оторвана от меня? Мой ангел… ангел… нет, нет, нет!
− Эдвард, послушай меня! − привлекая мое внимание заголосила Эсме. Она все трясла меня, совершая попытки отвлечь от созерцания бесчувственной Беллы. Почему она не отвечает?
Я побежал вперед, подальше от Эсме. Оттолкнув Карлайла от своей любимой, прижал ее к себе. Уловив, что отец приближается к нам вновь, я зарычал на него.
Она была так холодна… Где же ее тепло? За что она так со мной?!
− Очнись! − яростно прошипел ей в лицо, глаза Беллы были закрыты… Ее губы были белее снега… нет… − Белла, даже не смей!
− Эдвард, позволь мне помочь ей! − вмешался Карлайл. Мы все двигались на вампирской скорости. Всего пять секунд и прошло.
Он вытянул ее из моих объятий, прикладывал свой рот к ней снова и снова, вдыхая в Беллу жизнь, либо пытаясь сделать это. Я рухнул на колени… Это не может быть концом, только не так, никогда. И если она ушла от меня, я последую за ней.