Изабелла

Даже в комнате Эдвард не сказал мне ни слова. Мучительная тишина подсказывала, что любимый очень зол на меня. Я испортила всё на этой встрече: видите ли, захотелось личного пространства… Мне стоило подумать получше. Пока Эдвард был в душе, я плакала на кровати, заливаясь слезами, и с каждой минутой становилось только хуже от всего того дерьма, которое со мной произошло.
Я услышала, как открылась дверь ванной и вышел Эдвард, моргнула и, зажмурившись, сжала губы, пытаясь не реветь.
Слышала, как он ходит по комнате, но не открывала глаз, прикусив язык и прислушиваясь к его шагам: сейчас возле комода, позади меня возле кровати… Я вытерла одинокую слезинку и продолжила слушать.
- Ты голодна? - мягко прозвучал его голос.
- Н-нет… - мой голос дрожал, и я проклинала себя за это. Потому что следующее, что произошло – Эдвард стоял подле кровати, гневно глядя на меня. Я задрожала и сжалась в комочек под его пристальным взглядом. От этого захотелось плакать пуще прежнего.
- Теперь что, Белла?
- Я… - Зная, что ложь ни к чему хорошему не приведёт, я засопела. - Я просто не хочу, чтобы ты злился на меня. - Он не понимал, насколько хрупкой я была в его руках, словно тончайшее стекло. Я во всём полагалась на него. - Мне так жаль, что я всё испортила. Я ужасный человек, - печально извинялась я.
- Что заставило тебя решить, будто я зол на тебя? - со злостью спросил он.
Я села и прикусила нижнюю губу.
- Я… - Я судорожно вздохнула. - Мне нужно, чтобы… ты никогда не злился на меня, Эдвард… просто не смогу этого вынести. - Заплакав, я спрятала лицо в руках.
Он тяжело раздражённо вздохнул, и я посмотрела на него. Взгляд на его лице… такой раздражённый… и… полный ненависти.
- Прости, - прорыдала я, вскочив с кровати, унеслась в ванную, и, рыдая, закрылась там.
Если бы я только держала свой треклятый рот на замке, не была бы сейчас в такой ситуации… и почему я такая идиотка?
Тяжело вздохнув, я решила принять душ.
Лишь проведя под ласкающими тёплыми струями добрых полчаса, я вылезла из душевой кабины, благодарная тёплой воде за расслабляющее свойство, но тотчас вспомнила, что мои грёбаные шмотки остались в спальне, а всё, что у меня было под рукой – мокрая от слёз рубашка, и я НЕ собиралась одевать её снова. Поэтому, собрав всё своё мужество, на которое сейчас была способна, обернулась полотенцем и посмотрела в зеркало.
Мои веки были ещё покрасневшими, волосы зачёсаны назад, лицо вообще опухло, а глаза – широко раскрытые и грустные – казались чуть больше, чем обычно… Я тяжко вздохнула… выглядя такой слабой.
Прикусив губу, я вышла из ванной. Сделав один маленький шажочек, я сразу же остановилась.
Я видела силуэт Эдварда: он, ссутулившись, сидел на кровати, уронив голову на руки. Беспокоясь и отодвинув в сторону свою собственную печаль, я приблизилась ещё немного, пока не оказалась прямо перед ним… ПОЛНОСТЬЮ осознавая, во что мы одеты… или, скорее, раздеты.
- Эдвард. - Я положила руку на его прекрасную спину. Казалось, кожа моего вампира была подобна граниту. Он вздрогнул от моего прикосновения, но более не соизволил пошевелиться. Я нахмурилась. - Ты в порядке, Эдвард?
Когда он посмотрел на меня, я тяжело сглотнула. Его глаза были… полны раскаяния… а также нежности, с неким оттенком обожания.
- Я не в порядке, Белла, совершенно не в порядке. Во-первых, потому что ты, похоже, никогда не перестанешь винить себя и извиняться за всё.
- Эдвард…
- Нет! - Он резко встал, и я отступила назад. Его взгляд вновь ожесточился. - Ты всегда делаешь это! Всегда винишь себя во всём! Тебе хоть когда-нибудь приходила в голову мысль, что, может, весь мир не крутится вокруг тебя одной, Белла?!
- Хочешь сказать, я эгоистка? - в моём голосе сквозил гнев.
- Нет! Ты не эгоистка, но тебе нужно понять, что ты не являешься центром Вселенной! Да, может быть, моей Вселенной! Но ты не так плоха, как думаешь! Ты хоть представляешь, что я чувствую из-за этого?! - Он почти кричал, и моё сердце едва не останавливалось. - Если ты так ужасно думаешь о себе, тогда что же, чёрт возьми, ты думаешь обо мне, Белла? А?
Я почувствовала, как горло сжало будто верёвкой, и прижала полотенце плотнее к себе.
- Ты считаешь меня чёртовым монстром?! Или ещё хуже? - Повисла тяжёлая тишина, и я печально всхлипнула. Он, наверное, чувствует себя самым ужасным существом на земле… а всё из-за меня… Как я могла обидеть человека, который так любит меня?
- Я… я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, - голос с трудом вырывался из горла.
- Я ничего не хочу слышать, - рыкнул он. Подскочив от резкости, просквозившей в его голосе, я опустила взгляд на свои ноги. Комната погрузилась в тишину, что опять заставило моё горло сжаться, меня замутило…
Я сглотнула и заговорила.
- Ты х… хочешь, чтобы я ушла… я… я могу вернуть все вещи, которые ты мне купил и я… я даже уеду подальше, чтобы тебе не пришлось снова меня видеть. - Я всхлипнула и вцепилась рукой в волосы… - Я… уеду, если это то, чего ты хочешь…
- С чего тебе пришло в голову, что я хочу этого?! Чёрт возьми, Белла! - крикнул он и схватил меня за талию, обрушив свой рот на мои губы.
Я томно вздохнула, когда он прижался ко мне всем телом. Совершенно внезапно я почувствовала его руку, стягивающую полотенце, а потом и вовсе оказалась на кровати, к счастью, ещё обернутая в полотенце, но затем он оказался на мне. В его взоре сквозил голод. Я хотела его.
- Эдвард… я…
- Если ты ещё хоть раз извинишься, Белла… - Он не закончил свою угрозу и снова набросился на мой рот с поцелуем. Я жадно целовала его в ответ. Его пальцы поглаживали мою щёку, и, крепко обернув ноги вокруг его талии, я ощутила, как он улыбнулся у моих губ, ощутила, что у меня в груди зарождается самое прекрасное чувство.
- Я люблю тебя, - заявила я, не отрывая губ от его рта. Он простонал и прижался чуть ближе. Мои глаза закрылись, и я потянула его за волосы. Он замурлыкал, словно кот, но затем его губы оказались на моей шее… и я со всей радостью и вожделением предоставила ему лучший доступ, желая, чтобы он не сдерживал себя.
- Я тоже люблю тебя, - ответил он. Его руки были везде, отчего я не сдержала очередной стон.
- Ты хочешь этого сейчас? - спросил он меня. - Ты уверена в этом, Белла?.. - Он целовал мою скулу. - Я не собираюсь останавливаться на полпути, даже если сделаю тебе больно. Я попытаюсь быть осторожным, но это неизбежно…
Я серьёзно посмотрела прямо в его глаза…
- Уверена, - твёрдо сказала я. Когда он резко стянул с меня полотенце, я выдохнула. Эдвард раздвинул мои бёдра…
- Хорошо.
Его губы атаковали мои, и я громко застонала. Мой голос казался глубоким и крайне нуждающимся, грудь прижата к его груди, чей холод заставлял меня яростно дрожать.
Я почувствовала, как он отодвинулся и встал с кровати, зачарованно наблюдала за ним, пока он снимал боксёры, и тяжело сглотнула, когда он усмехнулся мне, всем своим взглядом излучая чистое наслаждение. Я прикусила нижнюю губу, глядя на его член… не огромный и не маленький, именно такой, какой и должен быть, и его бёдра были такими… мускулистыми, не худыми, как у многих, но и не просто сильные… а его руки, обнажённые вот так… я видела, насколько они прекрасны.
- Нравится то, что ты видишь? - нежно спросил Эдвард, подходя ко мне; его эрекция исчезла из поля моего зрения, когда он поднял моё лицо, чтобы я посмотрела в его дьявольские глаза.
- Да,- голос казался напряжённым. Я и была напряжена.
- Хорошо, - прошептал он, поднимая меня на ноги. Резко выдохнув, я тут же попыталась прикрыться, но он поймал мои запястья, заводя руки за спину, при этом весело глядя на меня. - И что это ты, по-твоему, делаешь? Я собираюсь посмотреть на то, что принадлежит мне, Белла, - промурлыкал он и нежно поцеловал меня, впервые целуя так сладко.
Его губы захватили мои, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Изредка его язык скользил по моей верхней губе… Я чувствовала себя восхитительно. Насколько же я удачлива, чтобы получить этого богоподобного мужчину, выказывающего мне такое обожание…
- Эдвард… - мой голос звучал неясно на его губах, и он сладко улыбнулся, отодвинув меня от себя. Я покачнулась на ногах, и он оглядел меня с головы до ног.
- Ты красива, Белла. - Он придвинулся ближе, и я, почувствовав его требовательную эрекцию, упирающуюся мне в живот, застонала. Он поцеловал мою шею. - Ты моя…, - напомнил он мне.
Я улыбнулась, несмотря на лёгкий туман в голове, а потом оказалась на постели и, резко выдохнув, посмотрела на Эдварда. Он будто растворился и тут же оказался на мне!
Я простонала и почувствовала, как его руки блуждают по моим бёдрам вверх и вниз, обернув их вокруг своей талии. Почувствовала его руки на своих рёбрах, его рот на моих губах…
Блаженство…

Джеймс

- Они в отеле, - с лёгкой улыбкой сообщила мне Виктория. - Зарегистрировались сегодня. У них возникла проблема в доме Калленов. Они ушли довольно расстроенными, и именно поэтому сейчас находятся в отеле. - Она подошла ко мне, и я усмехнулся.
- Не могу дождаться, когда мы получим её. Детка, ты должна её попробовать, она… ты даже представить не можешь, - пробормотал я своему рыжеволосому ангелу.
- Догадываюсь. - Она оседлала мои бёдра и жадно облизала мои губы. - Хочу, чтобы мы истязали её, подкармливали, тогда мы сможем пить её в минуты особо острого желания. Это было бы чудесно.
- Знаю, мы можем держать её в подвале, заткнуть её нахрен и развлекаться с ней, как захотим… Знаю, ты любишь женщин по-своему.
- С ней это будет ещё более восхитительно. Шок на её лице, когда она увидит, что это была я. Она наивная девочка, мы могли бы так легко обмануть её, заставить поверить, что всё это для её же пользы. Она милая, но такая дразнящая. Клянусь, Джеймс, каждый раз, когда я видела её, всё, чего мне хотелось, это, мать его, взять её на столе и облизать везде, где только можно. - Виктория мягко простонала мне в ухо, и я дёрнул бёдрами, услышав в ответ её дерзкое хихиканье.
- Как думаешь, Эсме узнала тебя? - спросил я Викторию, покусывающую моё ухо.
- Нет, и Эдвард был слишком туп, конечно же, чтобы заглянуть в её голову и увидеть, что это была я.
- Похоже на то, - согласился я.
Она вздохнула и наклонилась ещё больше. Её грудь коснулась моей, и я обнял её.
- Ты знаешь, что я люблю тебя больше всего на свете, верно? - спросил я её. - Только потому, что я могу делать с Изабеллой некоторые вещи, ещё не означает, будто у меня к ней какие-то чувства.
- Я знаю, малыш. - Виктория сладко поцеловала мои губы. - Я тоже люблю тебя. - Она посмотрела мне в глаза, и я улыбнулся.

Эдвард

Я усмехнулся, когда Белла начала извиваться подо мной в третий раз. В следующий раз попытаюсь вознести её ещё выше.
Выносливость – самая потрясающая вещь.
Она застонала, когда очередной оргазм накрыл её, и я прижал её ближе, поцеловав лоб, покрытый бисеринками пота. Я, наконец, заявил права на своего невинного маленького ангела, как и должен был сделать с самого начала, и теперь она отмечена мной. Мне принадлежит её тело, я взял её, и я первый и единственный, кто КОГДА-ЛИБО будет делить с ней это.
Я с идеальной ясностью помнил невинный взгляд на её лице и каждый раз, когда видел его, у меня срывался стон. У меня: убийцы, демона, безжалостного ублюдка, которого любил ангел – нежный, несведущий, такой прелестный. И это заставляло меня лишь яростнее двигать бёдрами вперёд, а она кричала и выгибала ко мне шею, которую я облизывал и сосал, но не пил кровь, а лишь чувствовал, как она бежит по её венам. Кровь, которая удерживала её со мной. А потом я прижал её ближе и задрожал, когда её тепло окутало меня.
- Чёрт возьми, Эдвард, - несвязно произнесла она, и я хихикнул, позволяя ей потешить моё самолюбие, не в том смысле, извращенец.
- Прости, любимая, я очень вынослив, забыл предупредить тебя об этом, - мрачно рассмеялся я, скатываясь с кровати полностью обнажённый, и пошёл на кухню принести ей стакан холодной воды, прислушиваясь к её тяжёлому сердцебиению.
Я гордился нами обоими. Ею, потому что она полностью доверилась мне, не колебалась и превратилась в стереотипную рыдающую девственницу. Уверен, некоторые именно такие. Сложно заниматься сексом с рыдающей под тобой девушкой.
И я гордился собой, потому что контролировал свою жажду: сексуальное возбуждение полностью перекрыло этот позыв. А ещё я удовлетворил её в лучших традициях, и даже больше.
Я вернулся в спальню и глядел на неё широко раскрытыми глазами.
Обнажённая, растянувшаяся на кровати, и да, она абсолютно великолепна: стоящая внимания, идеальная, гладкая плоть и красивые сексуальные волосы… но я увидел не это.
Я увидел синяки. Синяки на ягодицах, где я держал её; синяки на запястьях, когда я держал их у неё над головой. И синяки на бёдрах, которые я обхватывал, страстно обвивая вокруг своей талии… и на её груди… синяки… Её губы были распухшими… и щёки тоже…
Я почувствовал, как треснул стакан, и она подскочила от испуга, не зная, что я в комнате.
- Эдвард? Что случилось? - спросила она, поспешно подходя ко мне и беря за руку, чтобы убедиться, что она в порядке. Вблизи синяки выглядели гораздо хуже. Может быть, слёзы у неё на глазах были не от удовольствия, а от боли…
- Твоё тело…
- Что? - недоверчиво посмотрела она на меня.
- Я… я сделал тебе больно.
Она нахмурилась и посмотрела вниз, прикусив губу, когда увидела…
- Я… я не возражаю, это ведь было во благо.
- Не говори так…
- Хочешь сказать, что жалеешь о том, что произошло? - спросила она с огнём в глазах. Я гневно уставился на неё.
- Нет, - быстро и без колебаний ответил я.
Она улыбнулась.
- Хорошо, потому что, Эдвард, я не жалею о том, что случилось… и мне было бы больно, если бы ты жалел… больше, чем… Эй, посмотри на меня. - Она повернула моё лицо к себе. - Мне было бы гораздо больнее, чем от этих синяков, ладно? Я люблю тебя. - Она сладко улыбнулась. Самая ангельская вещь, которую я когда-либо видел: её большие карие глаза, нежный розовый ротик с поднятыми для меня уголками… и только для меня. Эта улыбка – моя, и она обязана не позволять увидеть что-то настолько божественное никогда никому.
Это только для моих глаз.
- Я тоже тебя люблю, - прошептал я в ответ. Она усмехнулась, и я нежно поцеловал её губы, пытаясь забыть о том, что произошло, потому что даже этот малюсенький спор был ничем… весь день был идеальным.
Она отстранилась и улыбнулась, подталкивая меня к кровати. Обнажённой она казалась совершенно непринуждённой, и это заставило меня улыбнуться шире, потому теперь я уже ухмылялся.
- Ложись со мной. - Она толкнула меня на кровать, и я потянул её за собой, укладывая на своей груди.
Затем наступила недолгая тишина.
- О чём ты думаешь? - с любопытством спросил я, пока её тёплые пальчики танцевали на моей груди.
- О том, как я счастлива, - прошептала она, целуя меня в щёку и чуть подтянувшись вверх, чтобы быть ближе. - Правда, Эдвард, я никогда не была так счастлива.
Теперь я так широко усмехался, что аж щёки болели.
- Я тоже люблю тебя.
Снова основательно поцеловав её, я, наконец-то, позволил любимой уснуть.
Несколько минут спустя я стоял возле кровати, глядя на её чудесное тело, всё ещё не в силах противиться мыслям о различиях между нами. Всё в ней кричало, даже рычало о невинности: красивые карие глаза, слёзы, так легко струящиеся из них, нежная улыбка… мягкая кожа. И я: жёсткая властная поза, гранитная плоть. И всё равно она любила меня и позволила овладеть ею каждым возможным способом. Она была моей, Эдварда, ничьей больше…
И она выглядела такой красивой вот так: спящей на своей стороне, с ногами, раскинутыми в такой позе, будто она бежала, спрятанным лицом и руками под головой… приоткрытыми губами, телом, предоставленным мне и только моему взгляду…
Я чуть улыбнулся.
Подошёл ближе к ней и залез в постель. Она крепко спала, и я, улыбаясь, позволил своим губам коснуться её попки, на что она задрожала. Я усмехнулся и снова поцеловал её, она чуть улыбнулась и переместила тело так, что одной рукой прикрыла бедро, где были мои губы, оставив вторую под щекой.
Я хихикнул и передвинулся так, чтоб нависать над ангелом.
Я смотрел на её спящее лицо и грустно улыбался, вырисовывая на ней узорчики … Насколько ж я везучий? Каждый мужчина хотел её, и всё же она захотела меня и принадлежала мне…
Я поцеловал её щёчку. Мой сладкий ангел.
Её глаза затрепетали, открываясь, и она посмотрела на меня своими растерянными шоколадными глазками. Я улыбнулся её смущению. Она зевнула и потянулась, как котёночек.
- Здравствуй, любовь моя… - Она нежно погладила мою щёку, и провела пальчиком по скуле. Я склонил голову к её нежному, словно пёрышко, прикосновению и улыбнулся.
- Который час?
- Около восьми… Я хотел сходить с тобой куда-нибудь сегодня вечером, может, в ресторан.
Она хихикнула:
- Ты знаешь, что случается, когда мы с тобой ходим в рестораны. Для тебя это ад.
- Тогда, может, мы могли бы заказать тебе что-нибудь, - предложил я. - Ты могла бы есть, пока мы будем смотреть фильм, как тебе?
- Ага. - Она широко улыбнулась, моё сердце раздулось до неимоверных размеров и взорвалось от того, как восхитительно она выглядела. - У тебя такие растрёпанные волосы. - Она пробежалась пальцами сквозь пряди, и я улыбнулся тому, с какой нежностью она это делала.
- Думаю, тебе нужно взглянуть на свои. Похоже на гнездо… или стог сена. Сама можешь выбрать. - Я ухмыльнулся и поцеловал её в нос. Она хихикнула и покачала головой.
- Воронье гнездо или стог сена лучше, чем твои волосы, как у сумасшедшего Гвидо, серьёзно. Эдвард, посмотри на них, - засмеялась она.
Я неистово помотал головой, пытаясь кое-как привести их в порядок.
- Лучше?
- Намного!
- Лгунишка.
- Угу, - хихикнула она. - Хотя жаль, я видала сексуальные волосы ото сна, и твои выглядят просто неприлично, - дразнилась она.
Я зарычал, и она усмехнулась.
- Никто не выглядит в твоих глазах сексуальнее меня. - Я схватил её за подбородок и скромно улыбнулся, на что она опять ухмыльнулась. - Я единственный для тебя, всегда и навеки.
- Вот как, «всегда» и «навеки» - одно и то же, - заметила она. - А теперь, вернёмся к еде. - Она рассмеялась, когда я закатил глаза. - Думаю, я в настроении для пиццы… и пепси.
- Очень хорошо. - Я начал подниматься.
Отходя, я услышал стон, нахмурился и повернулся, приподняв бровь, и увидел, что Белла прижала к себе простыню, выглядя ниспосланной с Небес, и кусала нижнюю губу.
- У тебя очень сексуальная задница, - сделала она мне комплимент и покраснела. Затем встала. - Мне нужно освежиться, почистить зубы или ещё чего-то.
- У тебя зад тоже очень привлекательный, - с ухмылкой ответил я.
Она встала, всё ещё прикрываясь чёртовой простынёй, и слегка шлёпнула меня по заднице. Я подскочил и уставился на неё расширившимися глазами. Она наклонила голову набок. Я посмотрел вниз и увидел, что грёбаная простыня не прикрывает её обнажённой попки, и облизал губы.
- Можешь наблюдать за тем, как она уходит. - Она ухмыльнулась и с громким смехом закрыла дверь, пока я шёл за ней, готовый схватить и шлёпнуть по попке, слегка дразня, как она проделала со мной чуть ранее.
Я тихо рассмеялся и начал набирать номер обслуживания.