Можно ли было словами объяснить мое состояние? Сожаление? Нет. Досада? Нет. Раскаяние? Нет. Ничего этого не было. Я бы с удовольствием назвала единственным доминантным чувством безразличие, но даже его я не ощущала. Случись сейчас конец света, он бы меня нисколько не взволновал. Серая, мерзкая муть обволокла не только все мое тело, каждую клетку кожи, но и окружающее меня пространство. И сквозь эту муть невозможно было разглядеть ни одной достойной эмоции, ни положительной, ни отрицательной. Если раньше меня терзали противоречивые чувства – любовь, ненависть, желание, обида, то теперь это все перемешалось и превратилось в однородную массу. Наконец, я дождалась того, что все встало на свои места, прояснилось и успокоилось, получив в качестве побочного эффекта всепоглощающую апатию.

Я вышла на улицу и сразу же увидела Элис, которая в свою очередь, заметив меня, бросилась навстречу, распахнув объятия. Она стремительно меня обняла и, схватив за плечи, начала что-то быстро говорить. Я слышала ее слова, пропитанные восклицательными интонациями, видела ее робкую, виноватую улыбку и большие выразительные глаза, в которых плескалось сожаление, но ответить так и не смогла. Звуки проникали в уши, и, не доходя до сознания, растворялись где-то по пути к мозговому центру, превращаясь в бессмысленный фон.

- Белла, ты слышишь меня? - ее ладони сильнее сжали мои плечи, тонкие пальцы впились в кожу. – Все закончилось. Поехали, девочка моя хорошая. Все закончилось. Теперь ты будешь с нами.

Я улыбнулась ей самой теплой улыбкой, на которую была способна, отстранено отметив про себя, что когда-то я боялась встречи с ней. Сейчас это казалось странным и неестественным. Что могло напугать меня в этой хрупкой, изящной брюнетке? Проснись во мне желание уйти немедленно, она не смогла бы меня остановить. И что с того, что она увидит мое решение, если никак не сможет на него повлиять?

- Белла, пойдем, пожалуйста, - по тому, как она нетерпеливо схватила меня за руку и потащила к машине, похоже, что ее посещали такие же мысли. – Ты все решишь потом, но не сейчас.
Элис открыла передо мной дверь, дождалась, пока я сяду, и прежде, чем закрыть ее, на секунду замерла, посмотрев на меня внимательным взглядом. Мне показалось, или у нее действительно вырвался короткий вздох. Уже оказавшись в машине, я заметила, сидевшего за рулем Джаспера. При моем появлении, он обернулся.

- Привет, Белла, - натянуто улыбнулся он. Ситуация становилась все более неловкой. Казалось, что меня возвращают как заблудшую овцу, и это их неуместное внимание и сожаление в глазах, делало только хуже.

- Привет, - протянула я, и, не придумав ничего лучше, добавила. – Рада тебя видеть.

- Я тоже, особенно вампиром. Тебе идет, - с коротким смешком ответил он, явно стараясь разрядить обстановку непринужденным тоном. Я кивнула, оценив его старания.

Элис села рядом с Джаспером, они обменялись мимолетным взглядом, который бы никогда не заметил простой человек, но он не укрылся от моего внимания. Она вздохнула и дотронулась до его руки, коротко приказав.

- Поехали.

Машина плавно тронулась с места, я не удержалась и обернулась, посмотрев на дом, где остался Эдвард и Майк.

- Прости, Белла, - проследив за моим взглядом, тихо произнесла Элис. – Я могла предвидеть это раньше. Если бы я только знала, я бы не допустила, чтобы все так вышло.

- Элис, тебе не в чем себя винить, - ответила я, и посмотрела на девушку.

- Нет, если бы я вовремя увидела то, что Эдвард с тобой сделал, и нашла тебя, то ничего бы не случилось. Не было бы Виктории и Майка, я бы тебе все сразу рассказала, и не осталось бы никаких недоразумений. Но когда мы уезжали, когда видели вас в последний раз, все было так хорошо, что мне и в голову не пришло, что может что-то случится. Если бы я не была такой самонадеянной и хоть разок обратила внимание на то, что у вас происходит, то все бы сложилось не так.

Ее голос, наполненный искренним отчаянием, звенел в салоне, но вдруг она успокоилась и расслабилась. Без сомнения, не без помощи Джаспера. Я тоже почувствовала его влияние на себе, волны умиротворения штурмовали рассудок, заставляя отвлечься от проблем.

- Все в порядке. Здесь нет твоей вины, - попыталась успокоить ее я.

Она села в пол оборота ко мне, прислонилась щекой к подголовнику и уже спокойно произнесла, смотря в пространство над моей головой.

- Я не ожидала такого от Эдварда. Как он мог оставить тебя одну, новообращенную? Это верх глупости, в первый минуты своего существования, нам трудно контролировать себя. Я вообще удивлена, что все обошлось, ведь ты могла натворить столько дел. Когда он позвонил мне и рассказал все, мне потребовалась минута, чтобы прийти в себя от потрясения. Мне! Минута! Я была так зла, что думала, что убью его. Ему еще повезло, что он находился в другом штате.

Ее поток красноречия невозможно было прекратить. Если бы она начала защищать его, то я непременно почувствовала бы себя виноватой. Но ее слова разбудили давно забытую обиду. Каждая фраза попадала в точку, воскрешая на языке вкус крови в момент моего обращения, чувство боли, утраты и одиночества. В душе медленно возрождалось огорчение и разочарование, расщепляя на молекулы всепоглощающее чувство любви к Эдварду.

- Элис, прекрати, - вмешался Джаспер, недовольно поморщившись. – Чтобы судить его, тебе необходимо, по крайней мере, испытать это на себе.

- Вот только не надо за него заступаться, - проворчала она, сурово взглянув на него. – Я бы никогда не поступила так с тобой.

Джаспер посмотрел на меня через зеркало заднего вида, и, встретившись с моим взглядом, тихо выругался.

- Не говори о том, чего не знаешь, и о том, что никогда не случалось с тобой, - с нажимом выговорил он, явно пытаясь прекратить разговор, но Элис невозможно было остановить.

- Я прекрасно знаю, что не брошу того, кто мне дорог, какими бы ни были обстоятельства. Да, возможно, Белла и совершила ошибку, но, кто из нас не ошибается?

- Вот именно, - подтвердил он. – Мы все имеем право на ошибку.

Я безучастно следила за их диалогом, не вмешиваясь. Какая-то часть меня хотела узнать, о том, что произошло за это время, пока меня не было, что говорил Эдвард, что делал, где был, но другая, и она преобладала, не желала знать ничего, и поэтому я молчала. Я боялась узнать новые подробности, которые еще больше ранят, которые окончательно разрушат мгновения, сохранившиеся в памяти, о нашей любви. Едва ли когда-нибудь смогут вернуться те легкие, непринужденные дни, наполненные теплотой и нежностью, слишком много совершено ошибок. Непростительных ошибок. И с моей и с его стороны, чтобы так просто обо всем забыть.

- Он ведь не поедет за нами? – вдруг спросила я. Этот факт напросился сам собой, будто всегда присутствовал, витал в воздухе, и оставался незамеченным, но стоило мне подумать об этом и все сразу стало ясно. Я даже удивилась, как мне раньше не пришло в голову столь очевидное.

Элис напряглась, но невозмутимо переспросила, будто не понимая.

- Кто?

- Эдвард, он сказал, что поедет следом. Он не собирался этого делать?

Она выдержала паузу, словно решая, как лучше ответить, но я уже и без слов все поняла.

- Нет, - тихо произнесла она, и, нагнувшись ближе, взяла меня за руку. – Он попросил отвезти тебя домой, но сам не вернется. По крайней мере, я этого не видела, теперь мне приходится тщательно следить за вашими решениями, чтобы не допустить прежних ошибок.

Ее ответ меня не удивил, как и решение Эдварда. И даже, не смотря на мое желание объясниться, выговориться, я точно знала, что ничего хорошего из этого разговора не выйдет. Однако это не помешало мне задать следующий вопрос, чтобы услышать мнение Элис.

- Почему?

Она еще сильнее сжала мою руку.

- Думаю, потому что он сам не знает, что делать. С тех пор, как ты появилась, я не узнаю его, если в нашей семье, кто и мог совершить безрассудства, то только не Эдвард, но теперь все изменилось. У нас никогда не было секретов друг от друга, а сейчас до меня все доходит в последнюю очередь.

Я поняла, что Элис заходит на второй круг, теперь в ее словах чувствовалось желание хоть как-то оправдать Эдварда, она искала всевозможные объяснения его поступкам, но каждый раз срывалась и переходила в наступление. У меня создалось впечатление, что она просто старается не допустить неловкой паузы, угрожающей тишины, момента, в который я смогу принять решение и задать главный вопрос. Джаспер больше не вмешивался, посчитав, видимо, это бесполезным занятием, а я отстранено слушала непрекращающееся словоизлияние Элис. Но когда, наконец, она остановилась, я все-таки спросила:

- Элис, если я захочу уйти, ты мне помешаешь?

Она ответила не сразу, отвернувшись к окну и взвешивая свое решение, но потом отрицательно покачала головой.

- Нет.

- Зато это сделаю я, - ровно произнес Джаспер, но его тон не оставлял сомнений, что именно так он и поступит. – И не потому, что поддерживаю Эдварда. Во-первых, тебе некуда идти, во-вторых, у тебя никого не осталось, в третьих ты любишь впутываться в разные истории. И последнее, каждый поучаствовал в твоей судьбе, и теперь пришло время нам о тебе позаботиться. Я не знаю, что вы решите дальше, но пока ты отправишься с нами, чтобы успокоиться и все как следует обдумать. Я приехал сюда не для того, чтобы давать советы, вы с Эдвардом и сами разберетесь, как будет лучше для вас, но глупостей с вас обоих хватит.

Произнеся все это, он замолчал и переключил внимание на дорогу.

- Он прав, - кивнула Элис. – Чтобы не случилось, на нас ты всегда можешь рассчитывать.

Было неожиданно встретить поддержку от этих, в целом, незнакомых людей. Все это время мне не хватало вот такого решительного тона Джаспера, который быстро расставит все по своим местам, не вмешиваясь, но точно зная, как будет лучше. И такой вот милой болтовни Элис, которая пытается сгладить все острые углы, объяснить и успокоить. И, главное, с ними я была уверенна, что больше ничего плохого не произойдет. Не надо было ждать подвоха, очередного вранья или притворства. Меня кольнула тонкая игла сожаления, о том, что я раньше не могла обратиться к ним, ведь тогда бы многого удалось избежать.

Я пробормотала слова благодарности и отвернулась к окну, но Элис никак не желала, чтобы в салоне воцарилась тишина, всеми силами пытаясь ее нарушить. Трудно было сказать, от природы ли она такая, или считает, что молчание для данного момента не лучшее решение, поэтому, как только пауза продлилась чуть более минуты, девушка снова заговорила. Она больше не возмущалась поведением Эдварда, а выбирала отвлеченные темы, и если что-то и спрашивала меня, то ответить можно было простым кивком головы. Меня это вполне устраивало, ее непринужденный разговор уводил от неприятных мыслей и не давал сосредоточиться.

Вдруг Элис замолчала, задумчиво сдвинув брови. Ее взгляд стал пустой и отстраненный. Она на мгновение замерла, и едва заметно выдохнула. Это продлилось чуть больше секунды, но когда она вновь на меня посмотрела, на ее лице читалось замешательство. Я удивленно на нее взглянула, но она, казалось, забыла о моем существовании, полностью погрузившись в себя.

- Что случилось? – напряженным полушепотом спросила я, Элис в ответ только покачала головой и достала из кармана мобильник, мгновение на него посмотрела и протянула мне.

- Это Эдвард, - пояснила она, и аппарат в ее руках тут же зазвонил. – Он хочет поговорить с тобой.

Я смотрела на телефон, никак не решаясь взять его в руки. Что он хочет сказать? И хочу ли я это услышать? Все, что угодно, но только не сейчас. Внутри все похолодело, когда пришло понимание того, что на данные момент, я хочу лишь одного, чтобы он оставил меня в покое. Собравшись духом, я все-таки взяла телефон и сжала в ладони. Элис предусмотрительно сделала музыку громче и отвернулась, изображая полнейшую незаинтересованность. Мелодия звонка продолжала настойчиво разливаться по салону, преобладая над всеми остальными звуками. Я нажал на кнопку «ответ» и поднесла трубку к уху.

- Белла, - я бы узнала из тысячи его низкий голос, наполненный тихими, ласковыми интонациями.

Пауза.

Я перевела дыхание и закрыла глаза. Погрузиться в ледяную воду наших отношений оказалось труднее, чем я думала. Я так старательно топила в памяти любые мысли о том, что будет дальше, что когда пришел момент об этом поговорить, я испугалась. Испугалась за свое решение, за свои слова, и за свое нежелание хоть что-то прояснять. Внутри все сжалось от предчувствия неизбежных слов, которые он собирался сказать. Какими бы они не были, какого бы смысла не несли, им суждено было разбиться о стену моей отчужденности.

- Одно твое слово, и я сейчас же приеду, просто скажи – да или нет.

Как бы мне хотелось, чтобы все действительно было так просто. Да или нет. Черное или белое. Но как поступить, когда граница между хорошим и плохим давно стерлась, когда не знаешь, кто прав, а кто виноват, когда сделать шаг навстречу становится невероятно трудно. В ушах эхом до сих пор звучали слова Элис «Я никогда не брошу того, кто мне дорог, какими бы ни были обстоятельства». Обидные и горькие слова, потому что именно так и поступил со мной Эдвард. Но разве не я, была готова все ему простить, лишь бы снова быть рядом, чтобы вновь почувствовать его прикосновения, его ласки, губы, объятия? И снова острая мысль, что, как прежде ничего не будет, пронзила меня. Будут мучительные выяснения отношений, обиды, претензии, и над всем этим загорится главный вопрос «Что делать дальше?». Этого я не знала, а потому струсила.

- Зачем? Ты не хотел возвращаться, пусть все так и остается.

- Я все делаю не так, - помедлив, ответил он.

- Я тоже, поэтому дай нам время, чтобы не наделать новых ошибок.

- Это значит – нет? – ровно выговорил Эдвард, чеканя каждый слог, и я услышала, едва заметную горькую усмешку в его голосе.

Он замолчал, ожидая ответа. Его молчание разрывало барабанные перепонки, оно угнетало и действовало на нервы. Тишина тянулась, как резина, готовая в любой момент разорваться одним неосторожным словом. И это слово должно было стать моим. И чем больше проходило секунд, чем отчетливее они отсчитывали положенное им время, тем явственней становилось повисшее напряжение.

-Не сейчас. Извини, - наконец, выговорила я и, помедлив, нажала отбой.

Второй раз за все время он давал мне право выбора, и второй раз он был сделан не в его пользу. Я была благодарна ему за эту возможность. В силу своего характера он привык все решать за других, поступи он так и в этот раз неизвестно, чем бы это все кончилось.
Элис повернулась ко мне и неуверенно улыбнулась.

- Ты все сделала правильно. Вам нужно отдохнуть и успокоиться, а не сгоряча бросаться в омут обид. Пройдет время, все само вернется на свои места, и станет понятно, что важно, а что второстепенно.

Да, все правильно, но где же облегчение от принятого решения? Где же сладкое и томительное предчувствие, что все будет хорошо, как только улягутся бушующие эмоции? Где же уверенность, что мы со всем сможем справиться и вернуть то, что когда то у нас было? И сможем ли?