Ожидая Викторию, я успела провести краткий анализ всех произошедших событий и дать им оценку. Слишком многое случилось за последнее время. Моя жизнь напоминала фильм в ускоренной перемотке, где кадры менялись настолько быстро, что я не успевала за ними следить. И в этом бешеном течении, от меня постоянно ускользало нечто важное. Спектр эмоций и чувств, испытываемых мной, был настолько разнообразен, что я никак не могла определить, какие из них преобладают. Любовь, ненависть, злость, отчаяние и... обида. Обида за то, что все сложилось так, а не иначе. Каждый раз, когда я останавливалась и пыталась беспристрастно взглянуть на события, чтобы хоть немного их упорядочить, наступал очередной поворот, уводящий меня мыслями далеко от прошлых происшествий. Так случилось и сейчас. Едва я немного успокоилась и начала раскладывать все по полочкам, появилась Виктория.

Ни слова не говоря, она одним кивком головы приказала следовать за ней. Мы вышли на улицу, и сели в машину. Автомобиль был уже другим, не тот на котором мы приехали сюда. Оставалось только догадываться, где она раздобыла очередное средство передвижение, и каким способом.
Мы быстро помчались по извилистой трассе. Я молчала, наблюдая за тем, как блики заходящего солнца играют на темной поверхности асфальта, отражаются в боковых зеркалах, и сливаются в яркие разноцветные пятна. Не было ни настроения, ни желания для сюрпризов, осталось только холодное безразличие перед дальнейшим развитием событий. По большому счету, мне было все равно, куда мы едем и зачем, лишь бы куда-то двигаться.

Через четверть часа, город остался позади. Сбавив скорость, Виктория свернула на неприметную грунтовую дорогу, и, проехав еще несколько миль, остановилась у сломанного шлагбаума, перегораживающего наш дальнейший путь. Сразу за шлагбаумом начинался бетонный забор. Правда, едва ли он исполнял и по сей день свое истинное назначение. В некоторых местах ограждения не было вообще, кое-где блоки были почти разрушены. Колючая проволока гирляндами свисала с разных сторон.

- Ну, вот мы почти на месте, - довольно сообщила она, выходя из машины, и направляясь к ржавым покошенным воротам. Я последовала за ней.

- Где мы? – тихо спросила я, когда мы, преодолев все препятствия, оказались на территории перед заброшенным старым зданием с обветшалыми стенами, сохранившими на себе следы времени.

- Это бывший завод по переработке металла, излюбленное место урбанистов, - пояснила Виктория и приложила палец к губам, призывая к тишине. – Здесь собираются те, кто хочет всплеска адреналина, они изучают помещения и устраивают игры. Каждый сходит с ума по своему, кому то интересно танцевать в клубах, кому-то бегать по заброшенным зданиям.

Не останавливаясь, она прошла через высокий проем и исчезла в темноте помещения. Я всего лишь на несколько секунд задержалась, недоуменно смотря ей вслед, но быстро догнала. Пока я никак не могла понять цели нашего визита в это Богом забытое место.

- Ну, а мы зачем сюда пришли? – удивленно протянула я, оглядываясь по сторонам.

Бетонный пол был изрезан тонкими черными трещинами, а в некоторых местах и вовсе зияли дыры. Спертый, затхлый воздух еще хранил запахи металла и машинного масла. Длинный ряд цехов, соединенных между собой высокими воротами, уходил вглубь здания, образуя коридор с бесконечным мраком в конце.

Виктория замерла, напряженно вслушиваясь в тишину.

- Устроим детишкам настоящее развлечение, а заодно и себя порадуем, - в полголоса поделилась она. В то время, ее взгляд напряженно скользил по стенам, полу, высокому потолку, словно в ожидании чьего-то появления. - Прислушайся, они уже здесь. Слышишь их робкие шаги? Вон там наверху, - она указала пальцем на второй, полуразрушенный этаж, куда вела лестница с ржавыми перилами. – И там, - Виктория махнула в другом направлении, вглубь коридора. – Они боятся, их чувства обострены до предела, каждый шорох воспринимается, как громкий звук. И все-таки они сюда пришли, они ждут своей порции адреналина, как дозы наркотика.

Я сложила руки на груди, резко повернувшись к Виктории.

- Ты предлагаешь, мне к ним присоединиться? – прервала я ее поток размышлений. Пока все то, о чем она говорила, не представляло для меня никакого интереса, лишь смутные напоминания, что когда-то я была такой же. Беззаботность, любопытство и желание хорошо провести время, порой приводило к самым неожиданным решениям. Таким как, например, отправиться на прогулку в лес. Устроить пикник на природе, пощекотать себе нервы, и главное, быть уверенным, что ничего плохого не случиться.

- Ты, правда, не понимаешь? – покосилась она на меня, на что я отрицательно покачала головой. – Что ты чувствуешь?

- Пока только раздражение от того, что не понимаю, зачем мы сюда пришли, - честно ответила я, но обоняние уже переключилось на усиленный режим. Втягивая носом тяжелый запах, я без труда выделяла среди него аромат человеческой крови. Чуткий слух, улавливал тихие шаги, раздающиеся гулким эхом от стен, а мышцы напряглись. Виктория, будто ждала именно этой реакции, и вкрадчиво улыбнулась.

- Хвала твоему самоконтролю, но сегодня ты можешь расслабиться, - она прошлась немного вперед, и одним резким движением запрыгнула на искореженную бетонную плиту. Вытянувшись во весь рост, девушка выкинула руку в приглашающем жесте. Немного помедлив, я запрыгнула к ней. – Я обещала праздник и сдержала слово. Сейчас в этом помещении находится семь человек. Несколько держится группой, кто-то более смелый самостоятельно изучает руины, отделившись от остальных. Я уступаю тебе четверых, ты можешь делать с ними все, что вздумается.

Смысл ее слов медленно начал до меня доходить. Тугой обруч сдавил горло, обжигая раскаленным железом.

- Ты предлагаешь мне… Убить их? – глухо произнесла я, судорожно прекращая дышать.
- Нет, не так. Убить – это слишком просто. Я предлагаю тебе игру. Кошки-мышки. Они сегодня будут за мышек, а мы за кошек. Вдохни, Белла!

Кошки-мышки. Кошки-мышки. В голове стучали только эти два слова. Когда-то я и сама была такой мышкой, случайно попавшейся на развлечение кошкам. Я хорошо помнила минуты своего страха, дрожи до потери сознания и ощущение безысходности. Страх тоже имеет свой запах. Сегодня, я оказалась по другую сторону. Сегодня я сама могу стать причиной страха, могу насладиться им, увидеть его в испуганных глазах.

Она сжала мое запястье, не отводя взгляда.

- Вдохни и почувствуй, что такое быть вампиром. Почувствуй их страх, тебе понравится. Это возбуждает и будоражит все инстинкты. У нас осталось не так много радостей в жизни, стоит ли лишать себя одной из немногих.

- Я не хочу, - прошептала я, но без уверенности в голосе.

- Так не бывает, - заверила она. – Ты хочешь, но боишься себе в этом признаться. Отпусти себя, дай волю и тебя ждет незабываемое путешествие в мир, где заправляешь только ты.
Виктория спрыгнула вниз и насмешливо на меня посмотрела. Я была уверенна, что все эмоции она могла с легкостью прочесть у меня на лице.

- Главное, не торопись, - видимо увидев, загоревшийся в моих глазах огонек азарта, от уговоров она перешла непосредственно к советам, – Не давай умереть сразу, так потеряется половина удовольствия. Дай жертве побегать, подари надежду на спасение, поиграй и только потом, изящно лиши всего.

- Хорошо, - выговаривая каждый слог, произнесла я и хитро улыбнулась. В борьбе с собой я потерпела сокрушительное поражение. Захотелось плюнуть на все, расслабиться и с комфортом поплыть по течению своего существования. Все попытки найти пресловутый смысл сопротивления своей новой натуре, не увенчались успехом. Я не видела причин для отказа от такой жизни и цели, которая могла бы меня остановить.

Неудачи, ошибки, совпадения, потери, преследующие меня в последнее время – толкали на совершение некоего безумного шага. Мне требовался выплеск отрицательной энергии, съедающей изнутри, и сегодняшний праздник как нельзя кстати, подходил для этого. Завтра я об этом пожалею, но сегодня я стану той, какой должна быть по своей сути.

- Удачи, - бросила я Виктории и исчезла в темноте цеха.

С этого момента я потеряла себя. Зверь внутри меня проснулся и обнажил острые клыки. Жизнь за пределами толстых стен прекратила свое существование, сосредоточившись в этом сыром помещении. Самые низменные инстинкты заработали на полную мощность. Я чувствовала запах крови и слышала неравномерное биение сердец.

Где-то далеко раздался протяжный гудок поезда, пронзая, как лезвием тишину. Закричали испуганные птицы.

Я осторожно, чтобы не произвести лишнего шума, переступила через ломанные металлические листы, и начала подниматься по разрушенной лестнице. В некоторых местах ступеньки обвалились, и из их краев торчала острая железная арматура. Некогда надежную крышу не пожалел дождь, снег и ветер, так, что теперь она зияла уродливыми дырами, в которых виднелось темнеющее небо.

Оказавшись на втором этаже, я прошлась по длинному узкому коридору. Здесь начинались административные кабинеты. Некоторые двери, ведущие в небольшие комнаты, покосились, криво свисая на удерживающих их петлях, кое-где их не было вообще. Я прижалась к стене, чувствуя, что уже близка к цели.

Под ногами скрипела бетонная крошка. Я собралась и сжалась в пружину. С широкой щели в потолке настойчиво капала вода.

Кап-кап. Кап-кап.

Я сделала еще несколько шагов и остановилась у входа в комнату. Там в темноте пыльного помещения находился человек. Я ясно слышала удары его сердца. Чем ближе я подходила, тем быстрее они становились.

- Кто здесь? – раздался неуверенный мужской голос. Тихий шорох и приближающиеся шаги. Конусообразный яркий луч от фонаря скользнул по противоположной стенке, высветив замысловатые узоры облупившейся краски. Я отступила, скрываясь в темноте. Не смотря на то, что я готова была немедленно броситься на него, пришлось сдержаться. В ушах звучал голос Виктории: «Не так быстро. Дай ему насладиться своим страхом».

Мои руки сжались в кулаки, и я на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями.

И вдруг, тишину заполнил пронзительный крик снизу.

- Помогите! Пожалуйста!

Голос отскакивал от стен, повторяясь множественным эхом. Крик послужил как сигнал к действию и для моей жертвы. Парень вдруг выскочил из комнаты, фонарь в его руках дрожал. Он в нерешительности замер на пороге, не зная, в какую сторону бежать, и вдруг, будто очнувшись, бросился в противоположную от меня сторону. Он так и не приметил, стоявшую совсем рядом меня.

Я усмехнулась и громко его окликнула. Когда звук достиг его ушей, он резко остановился и обернулся назад. Наши взгляды встретились. Он смотрел на меня, не моргая, не веря своей интуиции, но уже чувствуя опасность. Еще не ту безнадежную панику, которая наполнит кровь мощным выплеском адреналина и заставит его нестись со всех ног, а пока лишь смутное беспокойство. Ему было сложно разглядеть меня, я же наоборот видела его как на ладони.

- Привет, - протянула я.

- Кто ты? – прошептал он, пятясь назад и это было последнее, что он успел произнести в своей жизни. Одно невидимое движение, и сильное сердце человека зашлось в предсмертной агонии. Последнее, судорожное сокращение. Короткий вдох. Хрип. И тишина. Он обмяк в моих руках, и я небрежно отпустила его на пол, перешагнув через тело. Он стал моим первым, сладким, пьянящим, а я даже не узнала его имени. Разочарование кольнуло внутри острой иглой, но я быстро с ним справилась.

Виктория оказалась права, едва ли в своей жизни мне приходилось испытывать подобные ощущения. Это было ни с чем не сравнимое удовольствие. Блаженство, разливающееся по телу теплыми волнами. Насыщение с привкусом дикой, всепоглощающей радости. Именно то, чего мне не хватало все это время. Я облизнулась, вдохнув полной грудью.

- Вот, черт! - долетел до меня испуганный возглас сзади. Я резко развернулась на сто восемьдесят градусов. С другого конца коридора на меня смотрел еще один парень. Секунда ему понадобилась, чтобы оценить ситуацию.

- Беги! – приказала я и громко рассмеялась, когда он неловко развернувшись, бросился бежать, но тут же упал, поднялся и, спотыкаясь об куски развороченных стен, попытался исчезнуть с моего поля зрения. Фонарь выскользнул из его рук. Тонкое стекло разбилось, яркий луч моргнул пару раз и погас.

Я не двигалась, чувствуя, как азарт медленно распространяется по всему телу, достигает мозгового центра, и разливается по позвоночнику приятным теплом. И только, когда он растворился в темноте, я начала преследование. В ушах звенело его прерывистое дыхание, кожей я чувствовала, исходящее от его тела тепло, стук сердца, и зашкаливающий пульс.
Зарычав, я медленно прошлась по коридору, заглядывая в комнаты. Улыбка не сходила с моего лица. Сильные мышцы горели в нетерпении, уверенно сокращаясь от каждого движения. Коридор кончился и начался другой. Я отмеряла шаги, уверенно идя к своей цели. Я увидела силуэт парня, быстро удаляющийся от меня в узком проходе.

Снова чей-то отчаянный крик, который заставил его на мгновение замедлить свой бег, а у меня вызвал кривую улыбку.

Вдруг на другом конце появилась Виктория, и приветственно раскинув ему руки навстречу, выкрикнула:

- Кто это у нас здесь?

Она двинулась на него. Парень остановился и в замешательства оглянулся на меня. Впереди его путь был отрезан, сзади неминуемо приближалась я.

- Что вы хотите? – отчаянно закричал он, вжимаясь в стену.

Виктория коротко мне подмигнула, и одним резким движением испарилась в одной из комнат. Я не торопясь подошла к парню почти вплотную и схватила его за челюсть, приподнимая голову. Он смотрел на меня расширенными от ужаса глазами и даже не пытался вырваться.

- Кто ты? – едва выговорил он.

Его запах сладкий запах проникал в самое сознание, дурманя мысли.

- Тише, - попросила я, скривившись. – Помолчи.

- Пожалуйста, не надо, я тебя очень пр...

Договорить он не успел.

Убить оказалось гораздо проще, чем я думала, и намного приятней. Зверь во мне не испытывал жалости и сострадания, он получал свое, требуя еще больше. Не оглядываясь, я перешагнула через его тело, и направилась дальше по коридору. Стук еще одного сердца. Совсем рядом. Движимая инстинктами, я словно мотылек на свет шла на запах человека, не обращая ни на что внимания. Открыв железную дверь в конце коридора, я оказалась на пожарной лестнице. Дневной свет сюда не проникал, так что темнота обволакивала глухой колодец стен. Пахло сыростью и гнилью. Под ногами хлюпала вода. Видно, когда-то здесь прорвало пожарный кран, и теперь вода стекала по ступенькам, собираясь на лестничной площадке. Остановившись, я посмотрела сначала вверх на пролет, потом вниз. Тихий всхлип этажом выше указал мне направление. Я улыбнулась, и, насвистывая, неторопливо начала подниматься. Пролет, еще один... И тут я увидела...

Она сидела, прислонившись спиной к батарее, обхватив голову руками, и беззвучно рыдала. Острые лопатки вздрагивали от каждого ее вздоха, мелкая дрожь сотрясала хрупкое тельце. Я подошла к ней почти вплотную и присела рядом, внимательно ее разглядывая. Она подняла на меня полный ужаса взгляд и замерла. Темные волосы спутались и в беспорядке растрепались по плечам, слезы оставляли на ее щеках грязные разводы, тонкая кожа на руках ободрана, и только глаза горели лихорадочным блеском на измученном лице. Она прикусила нижнюю губу, не в силах произнести ни слова. А я ждала от нее именно этого, я ждала, когда она соберется силами и начнет говорить. Я хотела услышать ее голос, прежде, чем убить.

Всего одно движение, и ее сердце остановится навсегда. Всего одно. Я медлила. Сквозь эйфорию охоты настойчиво пробивались воспоминания. Яркие образы, врывающиеся в голову, не давали покоя.

Лес. Ночь. Пронзительный крик. Я бегу, не чувствуя под собой ног. Я слышу шаги своего преследователя. Нет, меня не преследуют, со мной играют, в то время, как я выбиваюсь из последних сил. Мне страшно. Паника тошнотой подходит к горлу. Я задыхаюсь.

- Пожалуйста... - хрипло произнесла она. Ее голос больше напоминал поскуливание собаки — жалобное и надрывное. Я снова посмотрела на нее. В пронзительно голубых глазах четко читалась мольба. Иногда подсознание делает правильные выводы в обход разуму. Она видела перед собой девушку, но я уверена, глубоко внутри она догадывалась, о существовании зверя перед ней. – Пожалуйста...

- Прекрати это повторять, - прошипела я, задерживая дыхание. – Прекрати.

Я схватила ее за плечо и одним уверенным и плавным жестом заставила подняться на ноги. Она дрожала, не прекращая плакать.

Всего одно движение. И все кончится. Запах крови сводил с ума, заставляя действовать, но было еще что-то, что не давало мне пошевелиться.

Я падаю, чувствуя под собой сырую землю. Надежды уже нет, но я еще стараюсь спастись. Вдруг вижу его силуэт, он медленно ко мне приближается. Кислород обжигает легкие. Я быстро перебираю ногами, пока не упираюсь спиной в ствол дерева. Это конец. Горячие слезы бегут по щекам. Страх. Паника.

Мои пальцы разжались, и я сделала шаг назад. В ее глазах, я видела отражение себя, я чувствовала то, что чувствует она. Я так хорошо знала эти ощущения. Безысходность. Отчаяние. И невыносимое желание жить. Из меня, словно выпустили весь воздух. Я коротко выдохнула и отвернулась. Она вдруг вздернула голову, и с видом человека только, что принявшего решение, четко произнесла:

- Только сделай это быстро, - из ее глаз тонкими ручейками текли слезы, подбородок дрожал, но кулаки воинственно сжались. Я горько усмехнулась.

Только сделай это быстро. Только сделай это быстро. Паника, сменившаяся безразличием и смирением. Принятие собственного поражения, осознание конца.

Решение пришло ко мне быстро, я даже не успела заметить момент его появления, просто вдруг осознала, что пора остановиться. Жажда отступила перед воспоминаниями, и разум активно включился в работу, врубая мне сигнал к прекращению охоты. Сейчас и навсегда.

- Идем, - бросила я и схватила ее за куртку. Она беспрекословно мне повиновалась. – Только молчи. Ничего не говори. Хочешь жить, делай, что я тебе говорю и молчи.

Мы спустились на первый этаж, пересекли большой цех и вышли на улицу. Все, о чем я молила на данный момент, это, чтобы не появилась Виктория. У меня не хватит сил объяснять ей, почему я так поступаю. Не выдержу и сорвусь. А на сегодня с меня хватит впечатлений. Я искоса посмотрела на идущую рядом со мной девушку. Она притихла, молча вышагивая рядом.
Ночная прохлада обожгла лицо. Я остановилась.

- Уходи, - через силу выговорила я и подтолкнула ее вперед. Она оглянулась, еще не осознавая, что только что избежала смерти. Еще одна жизнь сломана. Она никогда не забудет этих минут, а на завтра узнает, что все ее друзья мертвы. Возможно, пойдет в полицию, ей никто не поверит. История повторится это как замкнутый круг. Разные люди, разные места действий, но суть одна. Ничто не проходит бесследно. Этот шрам останется в ее душе. Этот кошмар будет преследовать ее во снах. Страх впитается в ее кожу, и ей никогда с ним не справиться.

Глаза горели от невыплаканных слез.

Это еще ничего… Я ничего от тебя не требую, я просто отпускаю. У тебя есть шанс начать все с начала и придушить свои воспоминания. Ты осталась собой, и хоть теперь для тебя все изменилось, ты не должна оправдывать меня. Ты вправе считать меня зверем и искренне ненавидеть. Испытывать острое чувство ненависти тоже, тоже в какой-то мере, подарок судьбы. Ты будешь помнить меня и надеяться, что никогда больше со мной не встретишься. Для тебя все закончилось гораздо лучше, чем для меня. Уж, поверь мне и прости.

Я посмотрела вслед ее удаляющейся фигуре, развернулась и отправилась на поиски Виктории.