Япония, Токио. Три года спустя.

В скольких же странах они побывали за эти три года. Белла закрыла глаза, и стала воскрешать в голове образы всех стран, которые запомнились ей больше всего. Они побывали в Германии, Австрии, Сербии, Македонии, Греции… но конечно же больше всего ей запомнилась Испания. Небольшой городок Агилас на берегу Средиземного моря, был просто великолепен. Именно там она подарила жизнь их с Джеймсом ребенку, и именно там, на огромной яхте, плавно покачивающейся на волнах, она переживала три дня безумия. Обращение. Семьдесят два часа кромешного ада, когда она сгорала заживо, чтобы вновь возродиться красивой, сильной и бессмертной. Она кричала так, что собственные вопли оглушали ее, все тело изгибалось и буквально скручивалось в бараний рог, а сердце билось так быстро и сильно, что казалось вот-вот проломит грудную клетку. Она молила о смерти, проклинала всех вокруг, но больше всего она ненавидела саму себя, за то, что согласилась на это.
Это только потом, спустя почти год она поняла, что тяжелее всего приходилось Джеймсу. Он должен был беспрерывно следить за ней, а в то же время еще заботься и об их дочери. Когда же перевоплощение наконец закончилось, ему предстоял очередной период испытаний. Волей не волей пришлось вернуться на материк, и ко всему прочему, заметать за любимой все следы ее зверств. Скольких она убила за тот год? Белла тщетно пыталась вспомнить, но все ее жертвы сливались в один беспрерывный поток покореженых и обескровленых тел. Волновало ли ее это тогда? Нет, ни сколько. Чувствовала ли она вину сейчас, за то что многие семьи по ее вине лишились мужей, отцов, жен, матерей и детей… и опять ответ был все тем же. Нет, она не чувствовала сожаления.
Джеймс оказался отличным учителем, он научил ее всему. И теперь она понимала, что стала совсем другой. Совершенно. Больше не было той неуверенной и скромной Беллы, она сгинула в пучинах памяти, и стала каким-то легким недоразумением. Она стала такой же как Джеймс. Теперь ей нравится охотиться на людей, нравится продумывать планы игры, в которых человек, лишь загнанная мышь, а они с Джеймсом охотники не знающие пощады, жалости, сожаления и прочих человеческих эмоций, которые слишком утомительны. Теперь во всем мире есть лишь один человек, которого они с Джеймсом по настоящему почти боготворят. Это их милая дочурка Карли. Только с ней они позволяют себе быть добрыми, понимающими и чувствительными. Но все это остается только в их семье, только в их внутренних отношениях, больше об этом не знает никто.
Не смотря на то, что они не живут в Италии, и не находятся в огромном замке Вольтури, они являются частью их клана, и Аро довольно часто поручает им задания. Не смотря на то, что эти задания порой бывают жестокими и тяжелыми, им это нравится. Действительно нравится. Ведь это еще один способ развлечься. Белла была бы не прочь, иногда наведываться в замок, даже не смотря на то, что Аро на этом не настаивает, но Джеймс лишь ухмыляется в ответ на ее желание, и отрицательно качает головой. И все почему? Да потому, что его ревность просто не имеет границ…

Тем временем Белла выплыла на берег, и расположившись на скалистом побережье, подставила лицо прохладным потокам тихоокеанского ветра. Джеймса пока нигде не было видно, но она не волновалась, она знала, что он обязательно скоро вынырнет, вот только достанет для Карли обещанный подарок. А пока его не было видно, Белла закрыла глаза, и скрестив ноги в лодыжках, полностью растянулась на холодном камне, вновь вспоминая прошлое.

В тот раз они находились в Бухаресте, и Аро знавший это, послал к ним Джейн с Алеком, чтобы разобраться с очередным нарушителем. Работа не была какой-то уж совсем необычной, все закончилось быстро. Нарушитель был казнен, о выполнении работы было доложено лично Аро, и брат с сестрой уже собирались покинуть страну, но произошло неожиданное. Когда Алек и Белла остались наедине буквально на секунду, он самым наглым образом воспользовался своим даром, чтобы украсть ее поцелуй. Алек ослепил Беллу, и когда она абсолютно потеряла любую ориентацию в окружающем пространстве, страстно ее поцеловал. Поцелуй был требовательным, страстным, полным желания и непонятной надежды. Был ли тот поцелуй приятным? О, да! Еще каким приятным! Этого она не могла отрицать, но любовь к Джеймсу в ее сердце была просто всепоглощающей. Как только девушка поняла, что происходит, она резко опустила свой щит, и наваждение закончилось. Белла вновь могла видеть и понимать, что вокруг происходит, а вот на лице Алека она прочитала разочарование. Он был разочарован тем, что у нее есть дар, против которого его силы бесполезны, и в то же время он был счастлив, что ему удалось хотя бы на мгновение почувствать вкус ее губ, ее неповторимый аромат, который и так постоянно владел его разумом.
То как он тянулся к ней, какую потребность он ощущал в ее близком нахождении рядом с собой, все это было его личным адом. Если бы Белла дала ему хотя бы шанс, хотя бы крохотную тень надежды на то, что они могут быть вместе, он бы не раздумывая сделал все возможное. Но нет, она общалась с ним лишь как с другом, и ясно давала понять, что между ними ничего не может быть. Ее любовь к ищейке была слишком велика.
В конце концов Алек смирился, хотя она и видела в его глазах, огромную надежду на то, что однажды Джеймс совершит что-то непоправимое, и тогда у него появиться реальный шанс. Он был готов ждать, ждать столько, сколько понадобиться. Ведь они вампиры, и у них впереди есть целая вечность.
Если честно, ее волновал лишь один вопрос, на который она до сих пор не могла найти ответа: «Откуда Джеймс узнал о том поцелуе?». Именно с того момента он резко воспротивился ее желанию, хоть изредка бывать в замке, да она в принципе была и не против. Уж больно сильно по вкусу ей пришлась жизнь вольного охотника, а тот поцелуй как назло раз за разом всплывал в ее голове…

Белла настолько погрузилась в воспоминания, что не сразу почувствовала знакомый запах, и прикосновения прохладных губ к своей шее. Открыв глаза она увидела расположившегося рядом Джеймса. Вода стекала по литым мышцам его тела, будоража ее самые смелые фантазии. Он тряхнул головой стряхивая с волос воду, и вновь потянувшись к девушке, крепко ее поцеловал. Одна его рука блуждала по ее телу, умело возбуждая, а во второй он что-то сживал. На мгновение отстранившись, белла взяла его вторую руку, и без усилия разжала пальцы. На его ладони лежала примерно д.жина самых красивых жемчужин.
- Думаю ей понравится, - пропела Белла красивым сопрано, и взяв одну жемчужину в руку, стала ее крутить, рассматривая со всех сторон. - Что ты хочешь из них сделать?
- Закажу ей браслет, - пожал он плечами, и притянув Беллу к себе, стал покрывать поцелуями ее шею и грудь.
Страсть захлестнула ее как никогда прежде. Раньше Белла по наивности считала, что вампиры не могут устать. Как же она ошибалась! Джеймс умел выматывать ее настолько сильно, что она просто валилась с ног от усталости. Хотя, если подумать, так ли уж ей это не нравилось? Белла была бы готова заниматься с ним любовью беспрерывно, раз за разом получая такое удовольствие, от которого ее разум затуманивался, но скорый рассвет и спящая в номере отеля Карли, просто напросто вынуждали их остановиться. Белла в последний раз поцеловала Джеймса, и поднявшись стала натягивать узкие брючки, и атласную красную кофту с воротничком стойкой и вышитыми желтыми драконами. Не скрывая сожаления, Джеймс поднялся следом, надел джинсы, и даже не удосужившись до конца застегнуть белую рубашку, вновь прильнул к Белле в страстном поцелуе. Когда она от него отстранилась, он в который раз залюбовался ее ярко-алыми глазами, которые прекрасно сочетались с цветом ее одежды и чудесно оттенялись темными волосами с каштановым отливом.
- Я говорил тебе, что ты невероятна прекрасна, - прошептал он, и поцеловав ее за ушко, забрался рукой под кофту.
Его поцелуй вырвал из ее горла страстный стон, она выгнулась ему на встречу, и вцепилась руками в его плечи.
- Ты всегда это говоришь, - прошептала она в ответ. - Джеймс, умоляю, остановись! Нам пора в номер…
Ее молящий голос возбуждал его еще сильнее, но приложив невероятное усилие он все же отстранился от жены, и они неторопливо направились к своему отелю. По дороге они зашли в ювелирную мастерскую, где мастер пообещал, что украшение будет готово уже к завтрашнему дню, и когда вновь оказались на улице, Джеймс заметил, что Белла чем-то обеспокоена.
- Детка, с тобой все в порядке? - осведомился он.
- Да, - поспешно ответила Белла, а потом на мгновение задумалась, и покачала головой. - Нет, Джеймс, не все в порядке.
- Что тебя беспокоит? - насторожился он.
Белла остановилась посередине улице, огляделась, и направилась в сторону небольшого ресторанчика.
- Белла, - требовательно позвал ее Джеймс, чувствуя, что с Беллой происходит что-то неладное. - Куда ты направилась?
Она остановилась, обернулась, и взяв его за руку потащила за собой.
- Белла!
- Джеймс, нам надо серьезно поговорить! Я не хочу чтобы Карли слышала наш разговор! Поэтому давай зайдем в ресторан.
- Чего касается этот разговор? - насторожился он.
Белла посмотрела на него самым виноватым взглядом, и тяжело вздохнув, зашла в помещение ресторана. Джеймс последовал за ней, они сели за столик, и девушка стала напряженно чертить на столешнице непонятные узоры. Джеймс больше не мог и дальше выдерживать этого напряжения. Его фантазия разыгралась, а мозг стал застилаться ревностью и яростью.
- Белла, о чем ты хочешь поговорить? Что за серьезный разговор?
- Джеймс, это касается нашей семьи, - тихо произнесла она, и запустив пальцы в волосы, немного их взъерошила. - Дальше так просто нельзя! Неужели ты ничего не замечаешь? Все больше не может продолжаться так как есть! Надо что-то решать…
Решать? Ему это послышалось, или она говорит серьезно? Что ее может не устраивать в их семье? Перед глазами Джеймса повисла кровавая пелена ревности, он с силой сжал руки в кулаки, и уставился на нее прищуренными глазами.
- Ну что же? Давай поговорим, - зло ухмыльнулся он, с трудом сдерживая рвущееся из горла рычание. - Думаю разговор будет не легким!