Проснувшись утром, я лежала, боясь пошевелиться и вздохнуть, вспоминая события предыдущей ночи. Неужели это был очередной сон? Но холодные губы, прижавшиеся к моему лбу, убедили меня открыть глаза и удостовериться в исполнении моей самой заветной мечты. Мой любимый здесь, со мной. О большем я не прошу.
Его прекрасное бледное лицо было в нескольких сантиметрах от моего, и я глубоко вдохнула в себя его неповторимый аромат, чтобы полнее ощутить сладость его присутствия.
Не говоря ни слова, он, прожигая меня своим янтарным взглядом, медленно приблизил свои губы к моим, и я растаяла в нежном поцелуе.
- С добрым утром, любимая, - ласково прошептал он.
- Ух, ты… - только смогла выдохнуть я.
- Очень красноречиво, - ухмыльнулся он, - но я тебя понимаю, тоже до сих пор не могу поверить, что ты здесь, со мной.
- Если это сон, то быстрее целуй меня ещё, пока меня не разбудили, - попросила я, счастливо улыбаясь.
- Сколько захочешь. Я весь в твоем распоряжении, любимая.
Так мы лежали некоторое время, вздыхая и целуясь, стараясь таким образом восполнить ту долю любви и нежности, которой были лишены за время разлуки, и заново ощутить неразрывность нашей связи. Наверное, я провела бы так весь день, любуясь его совершенным лицом, проводя пальцами по его гладкой прохладной коже, высоким скулам и нежным губам. Я не могла остановиться, он же не пытался этому препятствовать и в ответ делал то же самое губами, отчего мой разум туманился и терялся в его золотом взгляде. Реальность ворвалась в наш маленький рай голосом несовершенного человеческого организма. Мой желудок требовал завтрака. Эдвард, улыбнувшись моей любимой кривоватой улыбкой, сел на кровати и протянул мне руку.
- Пойдем, я покормлю тебя.
Я нехотя сползла с постели и последовала за ним, сунув свою ладонь в его руку и переплетая наши пальцы, показывая таким образом свою решимость не отпускать его ни на минуту.
Пребывая в полной прострации, я ела что-то, не чувствуя вкуса и запаха, пока не подавилась молоком. До слёз, до кашля. Это немного вернуло меня на землю.
- Что мы теперь будем делать? Нужно пойти к Аро, он ждёт моего ответа, - еле отдышавшись, прохрипела я.
- Подождет. Нужно всё обдумать, потянуть время. Любимая, не волнуйся, я что-нибудь придумаю. Ты не станешь вампиром. Я не позволю, - прошептал Эдвард, растирая мою спину.
- Ты опять за своё? - удивилась я. - У нас нет выбора, Эдвард. Смирись с неизбежным. Нас не выпустят отсюда, пока я человек.
- Но ты же не хотела становиться вампиром. Аро не смог уговорить тебя, а сейчас, значит, ты согласна стать убийцей, монстром? Такой же, как те, кто похитил тебя, причинил боль твоим родным? Как это понимать, Белла?
- Всё гораздо проще, чем ты думаешь. Он не смог убедить меня, потому что не было причины мне тогда становиться вампиром. Раньше я хотела стать бессмертной, чтобы остаться с тобой навсегда, но ты ушёл, и не стало смысла в вечности, в которой тебя нет. Что бы я стала делать тысячи лет одна с разбитым сердцем в компании монстров, пьющих человеческую кровь? Но ты вернулся, и, видит Бог, я вновь мечтаю обрести бессмертие в твоих объятиях.
- Белла, я не стою того. Сама ты не хочешь быть вампиром. Не нужно делать этого из-за меня. Я клянусь, что буду с тобой всю твою человеческую жизнь, или пока ты хочешь, чтобы я был рядом. Но губить твою душу… Нет. Я не изменил своего мнения на этот счет.
- Ты всё такой же упрямый, но я больше не верю тебе. Ты опять что-нибудь придумаешь и исчезнешь. Я больше не переживу этого. Я хочу с уверенностью смотреть в будущее.
- Ты переоцениваешь мою силу воли, - недовольно сказал Эдвард, пряча страдание в глазах. - Я оставил тебя, но не смог примириться с этим. Если бы я не умер в Рио, то всё равно бы вернулся рано или поздно.
- А что случилось в Рио? - испугалась я.
- Ну, я спрятался там от своей семьи и отдался во власть страданий, прилагая все усилия, чтобы пережить ещё день без тебя, потом ещё один, да так увлекся, что чуть не умер от голода, - с деланным равнодушием сказал он. - Элис увидела, что меня нужно спасать и приехала как раз вовремя.
Я в ужасе смотрела на него, как он посмел так поступить с собой? А если бы Элис не успела? Мне стало плохо от одной мысли, и фантазия услужливо подкинула видения мертвого Эдварда, лежащего, как в моем сне, на лужайке. Я соскочила, опрокинув стул и вцепившись в воротник его рубашки, уткнулась в его грудь. Он, нервно смеясь, обнял меня за плечи и прошептал:
- Ну, что такое? Всё же нормально. Всё позади, успокойся.
- Я не могу успокоиться, пока ты так беззаботно относишься к нашему счастью, к нашим жизням. Как ты сможешь убедить меня, что больше так не поступишь?
Слёзы навернулись на мои глаза, и любимый растерялся, не зная, как успокоить подкатывающую истерику.
- По крайней мере, можешь верить Аро, он не выпустит меня отсюда.
Пытаясь отвлечь меня от грустных мыслей, Эдвард, посадив меня к себе на колени, целовал моё лицо, глаза, шею, гладил плечи, спину… Моё дыхание сбилось, сердце стало выбивать какой-то ускоренный ритм, и я сдалась на милость победителя, полностью отдавшись нахлынувшим чувствам и желаниям. Мои руки потянулись к пуговицам его рубашки, я даже успела расстегнуть парочку и положить свою ладонь на обнаженную кожу его груди.
- Белла, - простонал он, - Белла, остановись, так нельзя. Мы не можем. Пожалуйста, - он захватил оба мои запястья в одну свою ладонь, а другой взял меня за подбородок. В его глазах бушевало чёрное пламя, дыхание было таким же учащенным, как и у меня. Я кивнула и уткнулась лбом в его холодное плечо, пытаясь успокоить сердце.
- Опять я всё делаю не так, да? Тебе никак не угодишь.
- Милая, ты всё делаешь правильно, просто тебе не повезло с парнем, - тихо рассмеялся он.
- Нет, мне повезло только один раз в жизни именно с тобой.
- Давай пока не будем спорить о вопросах, от нас не зависящих, а я изо всех сил буду стараться заслужить твоё доверие.
Наш вполне мирный разговор нарушил стук в дверь, и тут же на пороге появился недовольный Алек.
- Аро спрашивает, готовы ли вы поговорить с ним. Он приглашает вас к себе прямо сейчас, не заставляйте его ждать.
Я нехотя слезла с коленей Эдварда и, вздыхая, направилась было за Алеком, но Эдвард остановил меня, сказав: «Мы придем через полчаса. Белла ещё не переоделась после сна».
И действительно я забыла, что стою перед ними в одной футболке.
- Да, мне нужно в душ и одеться, - пробормотала я, краснея и прячась за Эдварда.
- Хорошо, я передам господину ваш ответ. Не затягивайте с этим, - сказал он и, ухмыльнувшись, вышел.
Быстро приняв душ, и ожидая, пока мои волосы высохнут, я начала размышлять, как же вести себя дальше. Страшно было даже представить себя в зале рядом с Эдвардом. Начнутся вопросы, Аро прочитает мечты Эдварда украсть меня и разлучит нас опять. Может даже наказать его. Только не это. Я крепче прижалась к любимому от таких мыслей.
- Что с тобой? - тихо спросил он, играя моими волосами.
- Аро накажет тебя за неповиновение. Он прочитает твои планы насчёт меня, и я боюсь последствий…
- Не бойся, я что-нибудь придумаю, и всё будет хорошо. Я не позволю больше играть нами. Но ты должна пообещать мне, что не поверишь ни чему из того, что он скажет, пока не обсудишь этого со мной. Ты видела, он хочет развлечься и может попытаться влиять на нас, на наши отношения. Что бы ни произошло, никогда не сомневайся в моей любви, мне от этого так больно, - он долго и отчаянно всматривался в мои широко распахнутые глаза, поглаживая мою щеку большим пальцем. - Поверь, я лучше умру, чем ещё раз расстанусь с тобой.
- Вот этого-то я и боюсь, - жалобно прошептала я, - Смирись. Согласись. Я люблю тебя, и мы будем счастливы.
- Счастливы? Нет. Пойми, здесь мы не сможем быть счастливы. Здесь нам не дадут выбирать. Только человеческая кровь и всё. Никаких вариантов. Я не хочу этого для тебя, да и для себя тоже.
- Как же нам поступить?
- Мы просто поживём здесь вместе какое-то время, присмотримся и что-нибудь придумаем. Просто успокойся и доверься мне.
- Я постараюсь, - сквозь зубы процедила я, - но ты должен быть всегда рядом.
- Конечно, я тоже не доверяю Аро и его приспешникам. Я буду внимательно следить за их мыслями и ни на секунду не выпущу тебя из виду, - торжественно пообещал он.
Так и ничего не придумав, мы пошли на встречу с королем вампиров, наивно полагая, что сможем перехитрить тысячелетнего интригана. Как же мы были самонадеянны. Вернее не мы, а Эдвард, я-то сразу сдалась и согласна была на обращение. Меня останавливало только несогласие любимого и страх. Страх, что если после обращения я буду пить человеческую кровь, и ему придётся делать то же самое из-за меня, он разлюбит и уйдет. Хотя выхода-то не было. Если мы останемся, и его не выпустят на охоту, ему тоже придется питаться людьми. Из-за меня. Что он выберет: принципы или любовь? Однажды, столкнувшись с таким выбором, он уже решил не в мою пользу.
С такими мыслями я шла по катакомбам и надеялась, что этот путь никогда не кончится. По крайней мере, сейчас мы вместе: Эдвард идет рядом, его рука собственнически покоится на моей талии, иногда он склоняется и нежно целует меня в лоб, в висок, как будто давая понять, что волноваться мне не о чем. Чувствуя его любящие прикосновения, я готова смеяться от счастья, но сдерживаюсь и просто влюблено смотрю на него, пытаясь навсегда запечатлеть его образ в своей памяти. Что ждет нас после разговора? Разлука? Боль? Что-то ни одного хорошего варианта не приходит в голову. Хочется взять его за руку, убежать и спрятаться в этих бесконечных тоннелях.
Но вот мы у дверей тронного зала. Эдвард крепче сжимает мою ладонь, но мне этого мало, и я приникаю к его груди. Он обнимает, прижимает к себе крепче, целует. Крепко, отчаянно, страстно, словно в последний раз. Мне совсем не нравится его настрой, я хочу изменить это, но любимый отстраняется и, ласково проводя пальцами по моей щеке, смахивает слезу, затем снова разворачивается к двери, которая тут же распахивается.
И мы шагнули навстречу новым испытаниям.