Годрик стоял и смотрел в предрассветное небо. Не было больше ничего в его такой древней жизни, что держало бы его на этой земле. Умер его Эрик, его возлюбленное Дитя. Погибла в страшных муках Сьюки, единственный человек, столь много значивший для него и делавший его нежизнь такой неповторимой и почти человеческой. Годрик стоял, кровавые слезы стекали по его щекам, но он улыбался, скоро он будет с ними. Скоро взойдет солнце и своими лучами заберет его боль, вместе с ставшей вдруг ненужной жизнью.
Вампир радовался лишь одному - Марана был мертв. Он убил его, не взирая на все запреты, когда узнал о смерти Эрика и Сьюки. Надо же, они даже умерли почти в одно мгновение, будто ждали этого мгновения, чтобы навсегда остаться вместе. Из-за крыш показались первые лучи солнца, солнца, которого он избегал много веков. Годрик раскинул руки и смело посмотрел за горизонт, встречая своего убийцу с широко распахнутыми глазами.
- Возлюбленный сын… Возлюбленная жена… Я иду к вам,- его тело вспыхнуло, словно зажженная спичка, а ветер разнес пепел, оставшийся после смерти древнейшего из вампиров Америки.