Талант ищейки у Эдварда проявился в момент его перерождения. Несомненно то, что первоначально он и не подозревал, какой способностью обладает. Именно поэтому – когда он внезапно точно осознал, где ему разыскать один из самых могущественных кланов вампиров на тот момент, единожды увидев одного из их представителей - он твердо уверился в огромной значимости своей силы и способности оказаться полезным главенствующей тройке Волтури.

Собственно, природу своей силы он не мог объяснить, но тот факт, что она не раз его выручала и была ему намного более чем просто полезной, даже не ставился под сомнение. Она воплощалась в неком своего рода магните, невидимой нити, прочно связывающей охотника и его жертву - цель мягче говоря. Эту связь чувствовал только ее создатель: Эдвард. Она позволяла ему безошибочно определять примерные ориентиры расположения цели, если она находилась хоть на другой стороне света, либо точное местоположение при меньшем радиусе поиска. Эта связь не появлялась благодаря только лишь жгучему желанию Эдварда, так как опорой ее существования был либо запах искомого, либо его внешний облик, запечатленный в голове Эдварда.

Вот и сейчас, в ночи, освещаемой серовато–желтыми перебегающими лунными бликами, Эдвард, вдохнув сладко пахнущий аромат, полностью сосредоточился на нем и отдался воле своего подсознания. Мгновенно в его голову хлынули потоки картинок, сменяющих друг друга с невероятно быстрой скоростью, подобной мельканию крыльев колибри. Мутно–серые, темные, но живые картинки, представляющие собой окрестности еще незнакомой Эдварду местности, постепенно складывались в общую картину. Впав в оцепенение, Эдвард ощутил на своей коже дыхание ветра, гуляющего по просторам только что сложившегося перед вампиром пейзажа, в его нос хлынули запахи, не принадлежащие тому городку, в котором он сейчас находился. Запах только что прошедшего дождя, смешиваясь с запахом застоявшейся сырости и едким ароматом плесени и гнили, полностью проник в его голову. Нос Эдварда, наполненный неприятным зловонием, поморщился от омерзения. Картинки, мелькая и накладываясь друг на друга, мутнели, но даже сквозь туман наложенных слоев можно было различить темный орел двухэтажного дома, одичалого и, казалось бы, покинутого, одиноко расположенного на вершине холма. Глубокая ночь, будто пытаясь спрятать от всевидящего взгляда Эдварда как можно больше деталей своего мрачного окружения, обнимала невысокий домик всем своим необъятным холодно – темным пространством, охватывая его со всех сторон, словно мать, пытавшаяся защитить свое мирно спящее новорожденное дитя. тут внезапно до Эдварда донесся отголосок запаха городских лондонских нечистот, грязи и помоев.
- Стало быть, девчонка живет в доме на окраине Лондона. Найти ее будет легче, чем я мог представить, – Эдвард, выйдя из оцепенения, продумывал свой скорый план действий. Все приготовления заняли у него не более полутора минут. Принятие молниеносных решений не являлось делом столь удивительным, и было свойственно не только для него, но и для большинства вампиров.
Вампир мысленно наметил свою цель и тут же почувствовал, как невидимая магнитная нить обволокла его тело длинными мягкими нежными прядями, и повлекла к девушке. Не раздумывая, он бросился на северо-запад, в Лондон, ликуя про себя. Он был самодовольно уверен, что справится с этим заданием без труда. А приведя девушку к Аро, он наконец – то выполнит свой долг перед ним, перед Аро, принявшего его под свое крыло и заменившим ему родителей, которых он никогда не имел, друзей, о которых он не мог и мечтать, подарившем, как ему казалось, любовь, о которой он даже боялся подумать. Он чувствовал свой долг перед Аро и стремление исполнить его стало первой целью Эдварда на данном этапе его вампирского существования.
Устремив взгляд вперед, он бежал с максимально – возможной для него скоростью, не останавливаясь ни на секунду, рассекая со свистом холодный воздух, пригибая к земле молодые неокрепшие деревца и оставляя позади себя лишь облако пыли, которое постепенно оседало на лесной покров, не оставляя ни следа пробегавшего мгновение назад вампира.
Путь Эдварда лег через территорию Франции. С прежней баснословной скоростью он пересекал французские леса, когда ветер с запада донес до него еле слышимый тонкий приторно – сладкий аромат вампира. Эдвард остановился и чертыхнулся про себя:
- Какого дьявола, Флоренцо, ты последовал за мной?! – он гневно взглянул на запад, стараясь разглядеть среди деревьев притаившегося слугу, приставленного к нему, возможно, Аро. Судя по всему, Флоренцо был очень осторожен. Эдвард, воспользовавшись своей способностью, быстро определил местоположение этого прихвостня. Он находился в нескольких милях к востоку от того места, где остановился Эдвард.
- Неужели Аро приказал?! – продолжал он размышлять. – Он не доверяет мне. Нет, невозможно, чтобы Аро так поступил. Нужно все проверить самому...
Огорченный от собственных мыслей, он решил совершить обманный маневр, чтобы поймать Флоренцо и выпытать у него всю правду. Впереди он слышал шум воды, с силой ударяющейся о камни.
- Река. Отлично.
Он ринулся в сторону реки не снижая скорость, дабы не вызвать подозрений. Обогнув последний ряд стройных душистых елей, он вышел к широкой реке, извивающейся, и шумной. Ее блестящая поверхность, подернутая завихрениями водоворотов, воронок и порогов, излучала силу и непокорность, словно предупреждая, что не стоит человеку пересекать ее здесь, если ему еще хочется хоть немного потоптать эту грешную землю. Но на вампиров подобные угрозы со стороны природы не действовали. Они уже давно обманули ее. С тех пор, как обозначили для всего мира свое существование.
Вот и сейчас, с легкостью Эдвард перемахнул через грозную реку одним длинным прыжком, покорив ее незыблемую до сих пор неприступность. Не останавливаясь, он кинулся на северо-запад, пробежав еще милю по своему первоначально – заданному маршруту, стараясь больше касаться полами плаща ветвей деревьев и кустарников, стараясь направить Флоренцо на его основной след. Затем, сделав большой круг, он вернулся к реке и укрылся за каменным утесом, нависшим над берегом реки, находящимся в нескольких десятках футов от того места, где Эдвард перепрыгнул реку. Он задержал дыхание, прислоняясь к серым каменным валунам так близко, будто хотел с ними срастись, и стал ждать.
Спустя несколько минут, вспугнув стайку соек, пугливо озираясь и принюхиваясь к воздуху, из леса медленно выступил вампир. Черные длинные волосы, прежде идеально прибранные, были рассыпаны по спине, превратившись в невообразимое гнездо. В прядях застряли травинки, сухие ветки и прочий лесной мусор. Серый плащ, местами ободранный, представлял собой зрелище довольно жалкое. Эдвард, увидев такое, ухмыльнулся. Судя по всему, Флоренцо с огромным трудом удавалось поспевать за своим хозяином. Теперь затравленный взгляд вампира был устремлен в направлении ложного следа Эдварда. Он, длительное время всматривался в глубину леса, словно пытался обнаружить какую – то ловушку, но, не увидев ничего сверхподозрительного, он, кажется немного успокоился. Эдвард расслабился. Он планировал атаковать Флоренцо с тыла, когда тот переправится через реку, и надеялся, что грохот речного потока даст ему возможность приблизиться к нему как можно ближе, чтобы момент внезапности не был слишком упущен. В противном случае Эдвард потратил бы слишком много времени на преследование, чего ему очень не хотелось. Однако, в одно мгновение его план рухнул: слабым порывом ветра до носа Флоренцо донесся запах Эдварда и он, резко повернув голову в сторону утеса, все понял. Эдвард видел, как его зрачки расширились. В глазах отразился неподдельный страх. Резко метнувшись в лес, Флоренцо бросился бежать. Эдвард злобно выругался и бросился вслед за беглецом.