Сладкая Пощада

Белла

Упаковав только личные вещи, взяв ключи от машины (Aston Martin Vanquish) Эдварда и деньги на дорогу, ровно столько, сколько было необходимо, чтобы добраться домой, я спустилась вниз, в холл. Немного помедлив, я почему-то подумала о других женщинах, которые станут спутницами Эдварда… потом.

Эллис каким-то чудом оказалась передо мной, преградив мне путь. Остальные члены семьи Калленов уже тоже стояли рядом со мной, но никто из них не посмел сделать то, что сделала Эллис.

Я обошла ее, но она вновь загородила мне дверь, расставив ноги и подняв руки вверх. Умоляющим взглядом она смотрела на меня, и я понимала, что ей больно, но также я была уверена и в том, что ей не удастся переубедить меня остаться.

«Белла, я не позволю тебе уйти», - заявила она.

«Эллис, ты не имеешь права удерживать меня против моей воли. Я могу уйти в любое время, когда захочу, и я это сделаю. Но, если ты попытаешься остановить меня, я буду ненавидеть тебя до конца своей жизни», - отчеканила я.

«Белла… Зачем ты так? – растерянно обратилась ко мне сестра Эдварда. – Почему? Брат же заботится о тебе… Он тебя так сильно любит, а ты своим уходом разорвешь его душу на части…»

«Это я разорву его душу на части? – чувствуя, как вспышка гнева всколыхнула меня, я повысила голос: - А что он делает со мной? Не могу поверить в то, что ты сказала! Как ты могла? Ты такая же, как и он… Эгоисты!»

Эллис печально покачала головой и закрыла глаза, ее хрупкое тельце затряслось в рыданиях. Мне стало стыдно. Где-то в самом укромном местечке моего сознания, я понимала, что Эллис любила меня и хотела быть на моей стороне, но она – сестра Эдварда, а его она любила больше.

«Белла… »

«Эллис, - обратилась я к ней, теряя терпение, - пропусти, дай дорогу! Я устала слышать от тебя и от Эдварда, что мне делать и что говорить. Вы пытаетесь доминировать во всем. Все, с меня хватит. А теперь, пожалуйста, посторонись!»

Воскликнув несколько громче, чем мне бы хотелось выказать отчаяние и волнение, я отвернулась от Эллис, не желая показывать свои истинные эмоции, а заодно и слезы, готовые вот-вот хлынуть из глаз, но ее взгляд… понимающий и сочувствующий… настиг меня, словно вещая: «Белла, прости за причиненную тебе боль… Я люблю тебя… И Эдвард тебя очень любит…», а вслух она произнесла:

«Белла, как думаешь отреагирует Эдвард на твой уход? Он же любит тебя… А ты плачешь и защищаешь Джейка? Разве ты забыла, что он сделал с тобой?!»

«Нет! Конечно, нет! Но это не значит, что я хочу его смерти. Моя душа будет проклята, если я допущу это!» - возмутилась я.

«Значит, из-за Бога, - прошипела Эллис. - Ты никогда не думала, что, возможно, Бога нет? Ты не думала, что Джейк должен умереть и это будет угодно твоему Богу?»

«Я надеюсь, что Эдвард будет действовать здраво. Мне жаль, что ты не можешь понять меня, но я – человек! Если бы Джаспер изменил тебе сегодня, и ты порвала с ним, завтра хотелось бы тебе видеть его мертвым? А, Эллис?»

Она ошарашенно посмотрела на меня.

«Я не люблю Джейка, и мне многое не нравится в нем. Но это не означает, что я не благодарна ему за то хорошее, что было между нами. Эдвард - любовь всей моей жизни, и я всегда буду любить его, несмотря ни на что, но… я не смогу жить с убийцей близкого мне человека, пусть даже он из прошлого. Мне жаль, что не могу жить по вашим принципам и иметь вашу точку зрения… Мне жаль, что причиню боль тебе и твоему брату, но считаю, что подобное не согласуется с моей верой… И, если он и вы все не можете согласиться и принять мое мнение, то единственным правильным решением будет то, что я действительно должна сделать, - то есть уйти».

«А я думала, ты любишь Эдварда… и не сможешь этого сделать», - разочарованно проговорила Эллис.

Я была полностью уничтожена этой фразой.

«Вам, вампирам, великолепным и бессмертным, не постичь моего воззрения, потому что вы понятия не имеете о ценности человеческой жизни», - смертельно-спокойным голосом произнесла я.

Закатив глаза, она посмотрела на Джаспера, а я в свою очередь – на Розали, коя сочувствующе-печально взирала на меня, будто ее и Эллис поменяли местами. Эсме, вытирая слезы, отвернулась к окну.

«Тогда иди, Белла. Думаю, это лучшее, что ты можешь сделать», - холодно изрекла Эллис, отойдя в сторону.

Посмотрев на нее долгим взглядом, я кивнула и, открыв дверь, вышла за порог дома.

Тихое дуновение утреннего ветерка овеяло меня легкой прохладой. Положив руку на грудь со стороны сердца, я ощутила его быстрое, нервное биение. Громко выдохнув, я направилась к машине. Бросив сумку в салон, села на место водителя и закрыла глаза, словно защищаясь от наваждения, - запах Эдварда окутал меня, заманив в ловушку, будто в плен.

«Пожалуйста, Господи, освободи меня от него… - прошептала я, склонив голову к рулевому колесу, глотая слезы отчаяния, что разъедали меня изнутри. – Пожалуйста… пожалуйста… »

Через несколько минут немного придя в себя и подняв голову, я в последний раз глянула на дом. У окна по-прежнему стояла Эсме, прижав ладони к стеклу. Глазами, полными мольбы, она просила пересмотреть принятое мной решение.

Отвернувшись и тряхнув головой, я вставила ключ зажигания, завела машину и выехала на дорогу, едва сдерживая слезы, силясь не разрыдаться.

Эдвард

Наконец-то я добрался до дома Джейка. Уже минуту, как я стоял и наблюдал за ним. Он не знал, что я рядом, ибо был погружен в размышления. Сидя у камина, он вспоминал свои отношения с Беллой, с женщинами, с которыми он ей изменял… и если бы он столько не выпивал, то ничего подобного не случалось бы. Я не верил в его раскаяние.

Войдя в комнату, я остановился перед ним, - лицом к лицу, с глазу на глаз, как я и хотел.

«Эдвард… что ты здесь делаешь? Тебе мало того, что ты украл у меня единственную женщину, что была дорога мне… » - начал было Джейк.

«Только не начинай втюхивать мне свою слюнтявую историю о высокой любви, - прошипел я. - Если бы Белла была тебе действительно настолько дорога, ты бы не позволял себе рукоприкладства и не изменял ей со шлюхами!»

Чувствуя его запах, этот гадкий запах оборотня, что витал у моих ноздрей, я становился все более рассерженным. У меня вдруг возникло дикое желание разбить ему лицо, завернуть его тело в ковер, что у меня под ногами, и бросить в огонь. А потом, сидя в кресле, попивать кровь из бокала и наслаждаться догоранием его бренного тела в камине.

«Ты знаешь об этом?» - стараясь говорить спокойно, спросил Джейк, но я-то учуял, как волнение закипало внутри него.

«Да, - зарычал я. - Как ты посмел навредить такой девушке, как Белла? Как ты только мог позволить поднять на нее свои поганые руки и причинять ей боль?» - вопрошал я, а в его голове, точно в доказательство моих слов, пронеслись мысли… моя Белла падает на пол, когда он ударил ее… раз, другой, пятый…

Гнев волной захлестнул меня в свои тиски, но изо всех сил я сдержался. Пока… сдержался.

«Я ненавижу сам себя за то, что избивал ее… Слышишь, проклятый кровопийца, - прорычал он дрожа. - Ненавижу себя, что делал ей больно, поверь мне! Я бы ползал перед ней на коленях за возможность вернуться назад и изменить то, что я наделал. Клянусь, что люблю Беллу. Но прошлое в прошлом. Вернуть его, увы, невозможно. А жаль… »

«Вернуть его, увы, невозможно»… « А жаль»… Как можно верить тебе сейчас, когда несколько дней назад, я собственными глазами видел, как ты ударил ее? Хм?» – накинулся я на парня с упреками.

Вздохнув, он кивнул, и серьезным, приглушенным голосом обратился ко мне:

«Эдвард, я люблю ее всем сердцем и всей душой. Люблю ее, и все бы отдал, только бы можно было повернуть время вспять. Я бы научился управлять собой и справился бы со своей проблемой… Но, если ты хочешь убить меня, ты волен сделать это… » - подняв руки вверх, сознался Джейк.

«С удовольствием!» - зашипел я и ринулся на него, толкнув к стене.

Став метелить его кулаками, я позволял своему гневу выйти наружу. Джейк же только рычал и старался блокировать мои удары, но более ничего не делал. Я хотел, чтобы он дрался со мной и тогда я бы не оставил от него живого места, но он смутил меня своим бездействием. И вновь мысленно предо мной предстала Белла, такая же уязвимая и готовая принять боль без борьбы. Эти мысли дали новый виток моему неистовству, и я продолжил бить ненавистного мне оборотня, наслаждаясь видом того, как он истекал кровью.

Он попытался отползти от меня, то и дело сплевывая кровь. Решив остановить его отход, я схватил его за лодыжки, а он, обернувшись, глянул на меня угольно-черными глазами, полными страха и сожаления... И я увидел в них свое отражение.

Под моим натиском ноги затрещали и Джейк, распахнув от настигшей боли глаза, завыл, издавая душераздирающий, агонизирующий звук... Слезы катились по его щекам, зубы выбиты, лицо в крови, что струйкой стекала по подбородку на разорванную рубашку, тяжелое дыхание...

Почувствовав жалость, я осознавал, что не должен испытывать подобное чувство к оборотню, но оно никак не оставляло меня.

«Теперь ты ощущаешь боль, испытанную Беллой. И каково это? – злорадно съязвил я. – Ты – сволочь Джейкоб Блэк, ты – ничто в моих глазах! И мне грустно от того, что она защищала тебя и не хотела, чтобы я добрался до тебя. Но я здесь, так что твои вздохи и твой вой не спасет тебя!»

Зажав кулаком рот, он скулил, но это меня только раздражало.

Я нанес резкий удар ему в челюсть. Он вновь стал сплевывать кровь. Запрыгнув на него сверху и обхватив руками его горло, я стал сжимать пальцы, любуясь своим действом. Джейк округлил глаза и принялся беспорядочно заглатывать воздух, силясь разжать мои пальцы.
Глупец, на что он надеялся?..

«Ты заслужил это!» – взревел я.

Глядя на обреченный взгляд его глаз, я поймал себя на некой… неуверенности?!
Я был бы не лучше, сделай я то, что он делал с Беллой… Я был бы не лучше, если бы убил его… Я был бы худшим, ибо он уже забрал часть сердца Беллы… А я отберу у нее и другую?.. Я стану убийцей в ее сердце? Нет… Я не хотел бы, чтобы глядя на меня, Белла видела во мне убийцу…
Я лучше… Я выше этого… Я ее ангел… Я должен защищать ее, а не убивать…

Ослабив хватку, я разжал пальцы, отчего парень стал задыхаться от поступавшего в его легкие воздуха… Осмотревшись по сторонам, я отметил, что в комнате все перевернуто и разбросано, стена разрушена, стулья сломаны… Сызнова глянув на Джейка, я наблюдал, как он отползал в угол и оттуда смотрел на меня… как маленький мальчик…

Передернув плечами и тяжело вздохнув, я тихим голосом произнес:
«Ты останешься завтра дома и будешь говорить всем, что был чертовски пьян и упал с лестницы, отчего у тебя и случился перелом ног… Понял?!»

Выпрыгнув в окно, переполненный стыдом и гордостью одновременно, я побежал к машине. Я возвращался домой… чтобы обнять свою Беллу. Она будет гордиться мной.

Подъехав к дому, я увидел на крыльце Эсме, сидящую на лестнице и уткнувшуюся в колени… и рыдающую.

«Эсме! Ты в порядке?» - поприветствовал я мать, обнимая и нежно прижимая к себе.

Она смотрела на меня и молчала… Отметив про себя ее расстроенный вид, я спросил:

«Мама, где Белла?»

«Она ушла, Эдвард… » - прошептала Эсме и заплакала.