Аро

Эдвард

Не сумев справиться с гневом, который маской сковал мое лицо, я особо и не волновался по этому поводу, потому как «видел» самодовольную улыбку Аро и его голодные, красные глаза, прекрасно понимая, что к чему.

Когда я открыл дверь, Белла стояла позади меня, хоть я и предпочел бы, чтобы она была не на виду, но, по крайней мере, она находилась рядом, и от этого я пребывал в относительном спокойствии.

Аро предстал пред нами с сияющей улыбкой, ослепляющей своей белоснежностью, что делало его образ вполне добродушным, но я-то знал, что скрывается за милым оскалом этого вампира.

«Здравствуй, Бе-елла! Привет, Э-Эдвард!» - нараспев, растягивая слова, непринужденно проговорил Аро, театрально изображая радость. Не дожидаясь приглашения, он вошел в дом. Несколько изящных шагов и наш «гость» уже в гостиной на диване, вальяжно развалившись, внимательно разглядывал нас и беспрестанно то накручивал прядь волос на палец, то раскручивал ее.

Взглянув на испуганное лицо Беллы, мне очень хотелось узнать - о чем она думала. Она боялась за себя, за меня или за него? К слову говоря, мне бы не пришлось удивиться, если бы в данный момент она волновалась за Аро. Такое поведение Беллы, когда она думала не о себе, а о ближнем своем, делало меня раздражительным и ревнивым, короче, взрывоопасным.

Обняв и прижав ее к себе, я хотел было поцеловать мою девочку в лоб, но осекся, потому как почувствовал прилив яда во рту. Быстро сообразив о причине сего, я понял, что это голодный Аро так сильно захотел ее, что его желание передалось и мне. К тому же, он просто-таки пожирал Беллу глазами, мысленно «смакуя» ее внешность. Его «аппетитные» пристрастия вызвали голод во мне, так сказать, рефлекторной цепочкой, за компанию. Черт бы ее побрал, эту компанию!

«Ты не поприветствуешь меня, Эдвард?» - хихикнул Аро, про себя констатируя то, что Белла чересчур привязалась ко мне, и этот факт только подтверждал его непреложную истину о том, что женщины годились лишь на роли рабынь, не считая почетной роли «пищи», что само собой разумелось.

«Перестань так громко думать, Аро», - гневно прошипел я.

«Эдвард, ты еще не обратил ее?» - все таким же ироничным тоном, только вслух, пропел Аро.

«Не твое дело», - вконец разгневавшись на Аро, за его вызывающее и неподобающее поведение, я в мгновение ока оказался перед ним; но тихое «Эдвард!» вывело меня из кипящего водоворота гнева. Конечно, этого было недостаточно, чтобы удержать меня, но было вполне достаточно, чтобы стать неким предупреждением для меня.

Аро закатил глаза и, скрестив руки перед собой, подошел к окну. Прислонившись к раме, он впился в меня взглядом и, теперь уже серьезным тоном, произнес, ежесекундно сглатывая яд: «Я должен говорить с Беллой, Эдвард».

Белла, будто наперекор его словам, пальцы одной руки переплела с моими пальцами, а другой рукой схватилась за мою руку выше локтя, давая понять, что не намеревается оставаться наедине с «гостем». Такой жест благотворно повлиял на меня - тепло ее кожи немного успокоило мою, неуклюже сдерживаемую, ярость.

«Я сказал с Беллой, Эдвард… »

«Все, что Вы хотите сказать мне, можете говорить и ему, у меня нет секретов от Эдварда», - не дав ему закончить, Белла прервала его.

Я был удивлен, как смело Белла парировала Аро, а что уж было говорить о нем. Он просто опешил, не веря, что «эта девчонка» посмела сказать то, что она сказала. Однако, надо отдать должное Его Величеству, он уважал смелых людей и ему импонировала смелость Беллы, так как став вампиром, «новенькая» могла пригодиться Клану.

«Ты достаточно неплохо держишься, - злобно усмехнувшись, проговорил Аро и стал медленно приближаться к нам. Я хотел было сделать шаг и встать перед Беллой, но ласковым взглядом она остановила меня, сжав при этом мою руку. Аро присвистнул и добавил: - И ты сильная!»

«Я - просто женщина», - пояснила Белла. Положив руки на бедра и отставив одну ногу в сторону, вздернув подбородок и открытым, спокойным взглядом окинув Аро, она наклонилась вперед, как бы на него.

«Ну, в основном, женщины меня используют ровно настолько, насколько я им это позволяю. Ведь их маленький мозг предназначен лишь для того, чтобы они понимали лишь свою принадлежность к мужчинам, как более сильным мира сего, и… больше ничего. Но сила и разум действуют на меня впечатляюще, мне это нравится».

«Свинья, - повернувшись к нему спиной, Белла процедила сквозь зубы и, пройдя через комнату, присела на стул. - Что Вы еще хотите знать? Мне больше нечего Вам сказать».

Он улыбнулся и медленной поступью стал приближаться к ней.

«Я хотел бы знать, что ты думаешь о том, чтобы стать вампиром... быть такой, как Эдвард и я? Вечная жизнь и... больше не надо беспокоиться о том, что окружающие подумают о тебе, потому что, в конце концов, они слабее и ничтожнее», - сверкнув своим белоснежным оскалом, он сложил ладони рук на уровне своей груди и слегка наклонил голову.

Глаза Беллы округлились, и осмысление услышанного отразилось на ее лице. Признаюсь, что хотел обратить ее, и сделал бы это, но меня приводило в замешательство то, что я не ведал, насколько сильной была бы Белла как новообращенная. А так как мне не приходилось ранее бывать наставником молодых вампиров, то я вынужден был отложить действо под названием «Обращение» до лучших времен.

Убивать ради глотка крови, делать это непреднамеренно или умышленно - не все ли равно - это кара. Что, если власть, которая придет к Белле с бытием вампира, станет для нее приятной, и она будет наслаждаться ею? Что, если Белла станет другой и в ней ничего не останется от моей прежней Беллы? Я не выдержу этого.

«И что тогда? Присоединиться к вам? Я так не думаю!» - улыбнулась она, на что Аро поморщился. Поднявшись, Белла подошла ко мне, обвила руками мой торс, уткнувшись лицом мне в грудь, и, демонстративно вдыхая запах моего тела, закатила глаза, наглядно изображая, как у нее закружилась голова от моего аромата.

«Аро, я не позволю тебе, даже если бы ты очень хотел заполучить ее… »

«Тогда я прикажу своим собратьям покончить с тобой. Поэтому, как видишь, особого выбора в этом вопросе для тебя, увы, нет», - со злобной гримасой, исказившей его лицо, перебил меня Аро.

«Она не хотела бы стать вампиром. К тому же, смею напомнить тебе, что без согласия человека, ни один вампир не имеет права изменить человека. В противном случае, это противоречит закону, тобою же придуманному. Ты ведь помнишь об этом, Аро?» - улыбнувшись, проговорил я, прекрасно понимая, что после моих слов, ему нечем будет крыть.

«Я бы уговорил ее», - злобный скрежет его зубов и перекошенное лицо наглядно продемонстрировали всю беспомощность Его Величества в интересующем его вопросе.

«Еще не пришло твое время, Аро. Возвращайся в Италию и забудь о ней, она моя!» - говоря это, я направился к двери, открыл ее и неотрывно смотрел недвусмысленным взглядом на нашего «гостя», нетерпеливо ожидая, когда же он уйдет.

Аро приблизился к Белле и, дотронувшись до ее щеки, нахмурился и таинственно-задумчивым тоном произнес: «Я все еще не могу прочитать тебя… »

Белла

«Ты знаешь, я до сих пор не понимаю, почему ты сказал про незаконность обращения. Ты разозлил Аро, он ожесточился. А почему для него это так важно?» - говоря это, я взяла нож и, отрезав хлеб, намеревалась сделать себе бутерброд.

Эдвард посмотрел на меня и, подойдя вплотную, взял мои руки в свои, забрал у меня нож и стал делать бутерброд сам. Присев на стул, я замерла, понимая, что Эдвард собирается рассказать мне про Аро.

«Аро едва исполнилось двадцать восемь лет, когда он был изменен другим вампиром… »

«Я поняла, что «другим», - усмехнувшись, произнесла я.

«Он был изменен, не имея права выбора, - Эдвард пожал плечами и через секунду продолжил: – Кстати, бывало такое, что Аро, еще будучи человеком, несколько раз чудом избегал сожжения на костре, потому как отличался от большинства людей и его частенько принимали за колдуна из-за необычных способностей, коими он был одарен. А так как подобное не подлежало объяснению в те времена, потому и считалось паранормальным, за что Аро, собственно, и страдал. Однако, в любом случае, Аро изменили против его воли, а это больно принять, потому как он был человеком, верящим в справедливость и равенство, свободу и тому подобное, что рассматривалось концептуально как «право». Спустя некоторое время, он нашел Кайуса, седовласого старика восьмидесяти лет, и предложил ему жить вечно, посвятив того во все тайны вампирского существования. Кайус согласился и Аро обратил его. Потом он нашел Маркуса, изменил и его. Когда они стали искать других вампиров, то поняли, что в действительности лишь они трое и остались живы, если слово «живые» вообще применимо к такому явлению, как вампиризм. Поэтому, найдя Джейн и Алека, Аро изменил и их, и уже после этого клан Вольтури постепенно становился все более многочисленным и влиятельным. Со временем Аро разработал несколько законов, назвав их «Кодекс вампира», один их которых гласил, что никто не мог обратить человека без согласия на то последнего. Я прекрасно понимал, чем руководствовался Аро в создании именно этого закона – это боль, разрывавшая его бренное тело, которую он пережил, когда важное решение о его обращении было принято без его согласия».

«Ну, оно и понятно! Я бы тоже не хотела чувствовать, что меня обманули, использовали!» - воскликнула я.

Эдвард одобрительно кивнул и поцеловал меня в щеку: «А теперь доедай свой бутерброд, милая!»

«Эдвард, ну теперь-то мы можем выйти из дома и сходить в магазин? Пожалуйста!.. Мне бы хотелось надеть кое-что особенное сегодня».

Он взглянул на меня, уголки его губ медленно поползли вверх, сделав его улыбку невероятно сексуальной.

«Нет, не в том смысле! У меня достаточно одежды… для этого… Я хотела сказать, что намереваюсь организовать романтический ужин для нас», - покраснев, уверенно произнесла я.

«Я не могу позволить тебе заняться организацией вечера в одиночестве, это было бы эгоистично с моей стороны, потому сделаю все сам, - подмигнув мне, шутливым тоном проговорил Эдвард и, достав из кармана жилета ключи от машины, добавил: – Тем более, сумерки вот-вот наступят. Мое время. Поехали?!»

«Хорошо, - радостно согласилась я. – Поехали!»