Искупление

Эдвард

Выйдя на крыльцо, я стоял, закрыв глаза и уткнувшись лбом во входную дверь, слушая монотонное открытие и закрытие ящиков в комнате наверху, шелест одежды, вздохи Беллы, иногда прерывающиеся на задушевные выкрикивания, по типу: «Ну почему? За что?.. »

Потянув за дверную ручку, я распахнул дверь секундой ранее перед тем, как Белла попыталась проделать то же самое, тем самым опередив ее действия. Мельком глянув на нее, я отметил уставший вид, нервные движения пальцев, теребящих край рубашки, и стеклянный взгляд карих глаз. По правде говоря, она выглядела неважно.

«Ты готова?» – нахмурившись, спросил я.

Кивнув в знак согласия, она прикусила нижнюю губу и потупила взгляд.

«Солнце только что опустилось за горизонт. Мы можем двигаться в путь, - начал было я, стремясь отвлечься от Беллы, но, окинув взглядом гостиную и кухню, раздраженно спросил, глядя на нетронутый сэндвич: - Ты не поела?»

«Спасибо, я не голодна», - промолвила она шепотом.

«Тогда, поехали!» - с мрачной решимостью бросил я и неожиданно сжался от странного чувства, проскользнувшего во мне. Я силился игнорировать внутренний голос, вопящий о том, чтобы я не поступал так, который в свою очередь, вторил мертвому сердцу, щемящему и ноющему, просящему передумать.

Она вытерла слезы, скатившиеся по щекам, и только тогда я заметил темные круги под глазами Беллы, и поинтересовался: «Ты совсем не спала?»

«Нет», - однозначно ответила она, и направилась в сторону машины.

Я последовал за ней, подавляя возникшее во мне желание осушить ее слезы, схватить ее, раздеть и заняться с ней любовью.

«Мы поедем на другой машине», - опередив ее вопрос, сказал я, когда Белла направилась к Aston Martin, стоящей на подъездной дороге к дому.

Зайдя в гараж, я жестом указал на Mercedes-Benz, и мы молча уселись в салон автомобиля. Лишь бешеное биение ее сердца нарушало мою тишину.

«Хочешь что-то сказать, Белла? Что случилось еще?»

«Все нормально, Эдвард… » - тоскливо пробормотала она, тяжело вздохнув.

«Не могу согласиться с тобой», - резко оборвал я ее, глядя, как она нервными движениями натягивала ремень безопасности.

«Эдвард, ты совсем меня не знаешь… »

«Да, к сожалению. Я понял это вчера вечером. Однако, это не означает, что я не понимаю и не вижу изменений в поведении… живых существ».

«Все это неправильно, Эдвард… Ты и я, мы… должны быть вместе и жить счастливо! Неужели ты настолько беспощадный, что не сможешь простить одной единственной ошибки? Ведь ты тоже бывал несправедлив ко мне и не всегда твои поступки были примером для подражания. Порой ты вел себя жестоко, а порой - словно глупец! Но я прощала тебя!»

Зашипев и с яростью вонзив пальцы в руль, пытаясь оградить себя и защитить ее от возникшего дикого желания вонзиться в ее шею, я гневно взглянул на нее, и сквозь зубы процедил: «Не смей так говорить. Не терплю, когда в столь унизительной форме позволяют выражаться обо мне! Тебе прекрасно известно, что ты поступила неправильно, что виновата. Ты обязана признать это и ответить за происшедшее!»

«Это не моя вина, это – ошибка!» - горячо запротестовала она.

«Ошибка? - вспылил я, и, задыхаясь от гнева, вновь зарычал на нее. - Это – предательство, Белла! Не ищи для себя оправдания в том, что Джеймс якобы сильнее. Ты могла закричать и позвать на помощь, могла сделать хоть что-то, да даже сопротивляться ему и выставить его из комнаты! А ты пустила все на самотек, сдалась и позволила ему делать с тобой то, что позволено только мне... Неслыханная дерзость и вседозволенность в моем доме. Ты оскорбила меня!»

«Только тебе позволено?.. Но я - не собственность… ни твоя, ни чья-либо еще!» - ее спокойный голос перешел на крик.

Повернув ключ и заведя машину, мы помчались по лесной дороге.

Начался дождь... Просто отлично!... Теперь настроение стало еще более скверным и паскудным.

Что я делаю? Зачем отпускаю Беллу? Ведь я все еще люблю ее, почему не могу простить и закрыть глаза на небольшую… ошибку?

Не-е-ет! Это - не ошибка, и чудовище внутри меня напомнило мне об обманутой легковерности. Скрежет зубов выдал мой гнев и, глубоко вдохнув, я включил радио погромче, чтобы звук мелодии заглушил хныканье Беллы, но случилось обратное – мягкая, печальная мелодия еще больше стала терзать мою измученную душу и заставила чувствовать себя намного хуже, хотя куда уж более.

Я так устал от пребывания здесь,
Так надоели все мои страхи,
И если ты должна уйти,
Я хочу, чтобы ты сделала это поскорее!
Я чувствую твое присутствие здесь, оно ощутимо,
И не дает мне покоя!
Эти раны исцелятся,
Но сейчас эта боль так реальна…
Время не вернешь назад!

«Эдвард, - прошептала Белла, а я, дабы отвлечься от назойливых слов песни, повернув голову, внимательно посмотрел на нее. - Съедь на обочину, пожалуйста».

«Нет!»

«Эдвард, пожалуйста, прошу тебя!» - повторила она свою просьбу, погладив меня по руке.

Вздохнув, я все же остановился в стороне от дороги, не задавая вопросов и не глядя в ее сторону. Молчание воцарилось между нами, и только звуки завывающего ветра и капли дождя, барабанящие по машине, да быстрый стук сердца Беллы и ее учащенное дыхание, нарушали тишину.

«Эдвард!» - позвала она меня и медленно переместилась ко мне на колени так, что я оказался между ее ног. От тепла ее тела, я задрожал, и чуть было не застонал, когда она прижалась ко мне и обхватила лицо своими ладошками, прикоснувшись губами к щеке.

Я был очень зол на нее, но стоило ей коснуться меня, как моя злость странным образом растворилась.

«Эдвард, любимый, я очень сожалею, что сделала тебе больно... - прошептала она мне на ухо и, отстранившись, непрерывно глядя в мои глаза, продолжила: – Клянусь, больше такое не повторится… Пожалуйста, дай мне шанс, ведь каждый заслуживает еще один шанс. Да, ты прав… Это моя вина. Эдвард, я так тебя люблю!»

Всматриваясь в глубину ее глаз, в то, как менялось выражение ее лица, я видел все эмоции, одолевавшие ее изнутри и отражавшиеся на лице: страсть в глазах… горечь, блестевшая слезинками на длинных ресницах… Черт, а может и в самом деле все так?..

Потянувшись к ней, я инстинктивно прижался к губам Беллы, а руки сами по себе очутились на ее талии, жадно обнимая и поглаживая, будто я вечность нуждался лишь в этом и ни в чем другом.

Она обвила руками мою шею… я почувствовал, как мои волосы заструились сквозь ее пальчики… она немного приподнялась надо мной… наш поцелуй углубился и я, коснувшись ее языка, не смог сдержаться – стал посасывать ее влажненький тепленький язычок, отчего сразу же ощутил тяжесть внизу живота и возбуждение. Повернув рычаг под сиденьем, я резко, до упора, опустил сиденье назад, откинулся на него и подтянул Беллу к себе.

«Ах, Белла... » - только и произнес я, когда она, положив голову мне на грудь, тихо всхлипывала. Я лишь крепче прижал ее к себе, наслаждаясь минутой примирения.

«Эдвард... »

«Белла, мне жаль, что не поверил тебе… Просто, если быть честным, ревность поглотила меня как лавина. А может… то была зависть, что ты так отреагировала на кого-то. Мне искренне жаль», - прошептал я ей на ушко, губами прикасаясь к щеке, на что ее тело отозвалось чувственной дрожью.

«Эдвард, пожалуйста, только отвези меня домой... к себе. Я не могу без тебя!» - покорно проговорила моя девочка.

Улыбнувшись, я кивнул, приподнял ее голову за подбородок и стал целовать. Она застонала и обхватила руками мои локти. Прищуренные от желания глаза, прерывистое дыхание, вздымающаяся грудь… Она напоминала ангела любви. Милое зрелище!

«Белла, пересядь… - сдавленным от волнения голосом вымолвил я и, вернув сиденье в прежнее вертикальное положение, подмигнул ей. - Ты так и поедешь, сидя на моих коленях? Пересядь!»

Она никак не отреагировала на мои слова, только вздохнула и обессилено откинула голову назад.

«Белла, Белла, Белла… » - проговорил я, с легкостью переместив ее на пассажирское сиденье, пристегнул ремень безопасности и развернул машину.

Мы ехали обратно… Мы возвращались в наш дом… Я улыбался…