- Выглядишь ужасно, - это были первые слова, которые я услышала, проснувшись первого января. Каллен, улыбаясь одним уголком рта, лежал рядом с нарочито небрежным видом. Несмотря на усмешку, глаза его оставались серьезными.
- Почему ты здесь? – тихо спросила я, не собираясь пока выбираться из-под одеяла. Тело было сковано ужасной слабостью, голова соображала с трудом.
- Не хотел оставлять тебя одну, - ответил Эдвард, переводя взгляд на окно. Словно смущаясь чего-то.
- Эдвард, не беспокойся так, я не хрустальная ваза, не рассыплюсь от пинка, - пробормотала я. – Просто вчера…
При воспоминаниях о вчерашнем дне опять подступили слезы. Я отвернулась, судорожно пытаясь сглотнуть застрявший в горле комок. Не хватало еще опять разреветься. От хваленого умения держать себя в руках не осталось и следа. Вчерашний день оказался непосильным даже для него.
- Не нужно стыдиться чувств, Изи, - зазвучал бархатный голос. – На тебя слишком много свалилось. Ты отлично держишься.
Да нет, Каллен. До отлично мне очень далеко.
Справившись с эмоциями, я села и вытащила из-под одеяла руки. Черт… На тех местах, где меня лапал Роберт, отчетливо проступали синеющие следы пальцев. Моя светлая кожа не прощала такого, синяки появлялись и от меньших усилий. Взглянув на Каллена, я ужаснулась. Его глаза смотрели на отметины насилия и медленно наливались чернотой.
- Эдвард, ты меня пугаешь, не надо…
Он несколько раз глубоко вздохнул и посмотрел мне в лицо.
- Я не сделаю тебе больно. Не бойся.
Вспоминая его руку на своем горле, я промолчала. А он понял, почему.
- Изи, прости. Тогда я подумал, что ты собираешься выдать тайну моей семьи. Они для меня дороже всех, пойми. К тому же тот твой… поцелуй, - он замялся, словно подбирая подходящие слова. – Столь близкий контакт… С человеком. Для меня это непросто. Я потерял контроль. Этого больше не повторится.
- Ты первый начал с поцелуями, - нахмурилась я, вспоминая его бенефис для Вероники. - Кстати, я так и не сказала тебе спасибо за то, что… Так вот спасибо.
- Я должен был прийти раньше.
- Откуда ты взялся, кстати? Тебя же не было, когда… - мне почему-то было трудно произносить вслух имя Роберта, черт бы его побрал.
- Охотился, - лаконично ответил Каллен. – А когда услышал, то запрыгнул в окно в кухне. Кстати, кажется, я его сломал.
- Неважно. И что ты с ним сделал? – я задавала вопрос не без волнения. Несмотря ни на что, мне бы не хотелось, чтобы Эдвард марался об убийство. Из-за меня.
- Провел воспитательную беседу и отпустил, - пробормотал Каллен и опять отвернулся к окну.
- Отпустил?
- Ну предварительно придал ускорения пинком, - ухмыльнулся Эдвард. – Хотя хотелось… - он не договорил.
Не сомневаюсь. Мне тоже хотелось. Что там! И сейчас хочется. Но все же выражение «С волками жить – по волчьи выть» - не мое жизненное кредо.
Безумно хотелось кофе. И, хоть тело казалось ватным, лежать в кровати целый день – это не дело. Выпрямившись, я невольно охнула. Ныли ребра, руки, раскалывалась голова.
- Обморока не ожидается, - решительно сообщила я оказавшемуся рядом Эдварду и побрела вниз.
Сидя с чашкой крепкого кофе на кухне, я размышляла, что же мне делать дальше. Завтра я отдам Эдварду фото, и он вернется к привычной жизни в Форксе. А вот у меня привычной жизни уже не осталось. Нужно искать новую работу, но до этого поговорить с Ричардом и хотя бы попытаться разобраться с тем, кто заказал мое увольнение.
Я оперлась локтями об стол и положила пальцы на виски. Голова разрывалась от тысячи мыслей.
- Ты точно нормально себя чувствуешь? – уточнил Эдвард, молча сидевший на соседнем стуле с очередной газетой в руках.
- Да. Только никак не решу, что делать…
- С чем именно? - невинно поинтересовался Каллен.
- Со всем. С увольнением, с недоброжелателями. Ну да ничего. Завтра съездим за фото и можешь быть свободен. Я разберусь.
- Я хочу помочь, - заявил Эдвард и свернул газету, положив ее на стол.
- Не нужно.
- Изи, не упрямься. В конце концов, мы виноваты в том, что в нужный момент тебя не было в Сиэтле, - твердо сказал Каллен.
Помощь вампира – это очень заманчиво. Но лучше пусть он возвращается к семье. Мне не стоит привыкать к излишней опеке. Раньше же как-то выкручивалась сама, и сейчас выкручусь.
- Спасибо за предложение, но я возьму свою жизнь под контроль самостоятельно.
Каллен глянул возмутительно недоверчиво, но не ответил.
Остаток дня прошел вяло. Подавленное настроение не располагало к долгим беседам, да и Эдвард не проявлял особого рвения в этом направлении. Я то и дело ловила на себе его быстрые обеспокоенные взгляды, что в какой-то момент стало даже раздражать. Ко всему же, мне было стыдно, что я вывалила на него вчера все это, проявила слабость, да еще какую! Это было совершенно лишним, хотя мне почему-то стало легче. Вот только смотреть в глаза тому, кто попался под горячую руку, до сих пор неудобно. Сейчас я не испытывала к Каллену ни злости, ни обиды. Все сгорело в огне вчерашней истерики. Остались только усталость и темнота в душе. Но это пройдет.
А вот сам Эдвард, кажется, принял все слишком близко к сердцу. Или что там у него внутри. По-моему, он слишком ответственно ко всему относится: к семье, к сохранению своей тайны, а теперь вот и ко мне. Чувство вины заставляло его проявлять заботу. Он то и дело порывался мне помочь и даже вызвался приготовить завтрак, но я засомневалась, что он изучал кулинарные книги, как Эсми, а потому решительно отказалась от его поварских услуг.
- Послушай, а как так получилось, что вы стали жить семьей? Почему-то не уверена, что это свойственно вампирам, - спросила я, когда мы расположились вечером в гостиной перед пустующей тумбочкой из-под телевизора. Я на диване, Эдвард напротив в кресле.
- У Изабеллы Свон появились новые вопросы? – вдруг засмеялся Каллен. – Ты определенно приходишь в норму.
Я вспыхнула было, но заставила себя успокоиться. В конце концов, завтра мое знакомство с жизнью вампиров закончится, нужно же напоследок узнать то, что не успела.
- Да так, интересно, - я делано равнодушно пожала плечами.
- Я отвечу тебе, - в глазах Эдварда была улыбка. – Но только при одном условии – вопрос за вопрос. По очереди.
Вот уж не думала, что вампирам интересны детские игры. Но заняться все равно нечем.
- Годится. Отвечай первым.
Эдвард подошел к вопросу со всем тщанием. Он коротко, но информативно рассказал мне историю появления в семье ясновидящей Элис в компании с бывшим вампирским гангстером Джаспером, трогательные и печальные подробности знакомства Карлайла и Эсми, выдал сведения о неудачной для Эммета схватке с медведем, а также поведал шокирующую историю Розали. Черт, несмотря на то, что Розали показалась мне холодной и высокомерной, я рада, что у нее есть весельчак Эммет. А у Эсми – Карлайл. Непросто пережить то, что выпало на долю этих женщин.
- Мы все придерживаемся идеологии гуманного отношения к людям, - закончил рассказ Каллен. – Объединил нас Карлайл. И Эсми, конечно. И мы готовы на все друг ради друга.
- А ты? Какова твоя история?
- Эй, это уже второй вопрос, - помахал пальцем Эдвард. – Теперь моя очередь. Ты родилась в Сиэтле?
- Да, хотя мама родом из Финикса. Родители познакомились на отдыхе, и она согласилась переехать к отцу…
Следующие несколько часов у нас была дуэль вопросов. Каллен настойчиво выяснял все о моем детстве и юности, я злилась на порой неуместный интерес, но была вынуждена отвечать, желая узнать о его человеческой жизни и смерти, о том, как Карлайл первым смог перейти на кровь животных, а также о многом другом.
- Ты хорошо помнишь свою человеческую жизнь? – глаза уже слипались, но вопросы с обеих сторон не иссякали.
- Плохо, она словно в тумане. Зато сейчас у меня идеальная память, все, что попадает в голову, сохраняется навсегда.
Я содрогнулась. Звучит красиво, но страшно. Помнить все? Всегда? Человеческая память милостива, со временем она позволяет забыть почти все. Или хотя бы размывает воспоминания, возвращая их, быть может, лишь в снах… А у них нет даже сна, чтобы получить передышку от себя же.
- И как вы с этим справляетесь? – я задала вопрос вне очереди, но Эдвард не стал придираться.
- С воспоминаниями? – уточнил он, и я кивнула. – Не все из них плохие. Стараемся переключаться, искать себе все новые увлечения.
- Например?
- Изучение языков, игра на музыкальных инструментах, наука, астрология, путешествия, литература, - Каллен улыбнулся. – Ты не представляешь, как много нового можно узнать, если не нужно тратить время на сон…
Увы, нам, людям, тратить его приходится, и я на половине фразы отключилась прямо на диване. А вот проснулась уже в спальне и уставилась в окно, за которым шел… снег. Скорее всего, он по старой доброй привычке Сиэтла, растает к обеду, но пока было ощущение сказки.
В кухне меня ждал сюрприз в виде Эдварда, который сварил яйца и гордо взирал на свое кулинарное творение. Его вид меня рассмешил. Но яйца получились вполне приличными.
- Поедем на моей машине, - отрезал Каллен, когда я собралась.
Не понимаю, что ему не нравится в фиолетовом «форде», но спорить я не стала. Кстати, машину-то мне нужно вернуть в редакцию… Или лучше сжечь к чертовой матери? Обдумаю на досуге.
По дороге к почте мы дружно молчали, но уже беззлобно. Попросту каждый думал о своем.
Я забрала свою посылку, которую должны были доставить адресату через семь дней, подписав целую гору документов.
- Держи, - я торжественно вручила ее Эдварду, сев в машину, а он небрежно засунул пакет с фотографиями в бардачок.
- Домой? – уточнил он, заводя двигатель.
- Постой…
Я набрала номер Майка.
- Привет, дружище! – я с трудом прорвалась сквозь его верещание и поздравления со всеми праздниками сразу. – Ричард на месте?
Сбросив вызов, я попросила Эдварда забросить меня в редакцию. Я не собираюсь откладывать этот разговор на завтра.
- Домой я доберусь на такси, возвращайся в Форкс, - пробормотала я, когда он припарковался.
- Но…
- Я обойдусь без твоей помощи, Эдвард, спасибо, ничего не нужно, - мой голос звучал ровно и равнодушно. – Передавай привет Эммету и Эсми.
Каллен, не сводя с меня взгляда, кивнул. Я замерла на пару секунд, запоминая напоследок его удивительные глаза, и решительно покинула роскошный автомобиль.
Сегодня опять дежурил Фил.
- Изи, ты числишься в списке уволенных, я не имею права тебя пускать, - извиняющимся тоном начал охранник.
- Фил, ты меня сто лет знаешь, я не собираюсь устраивать скандал, мне нужно поговорить кое с кем. Пропусти по старой дружбе, а? – мне не хотелось подставлять добряка Фила, но другого выхода не было.
Охранник легким движением головы указал мне в сторону лестницы и занялся другими посетителями. Подчинившись его немой просьбе, я не воспользовалась лифтом. Между вторым и третьим этажом я остановилась, успокаивая колотящееся вовсе не от подъема по ступенькам сердце. Только что я распрощалась с самым невероятным, что случалось в моей жизни. Прикоснувшись к сверхъестественному, можно ли остаться прежней? Глубоко вздохнув, я распрямила плечи, твердо решив обдумать это потом. Сейчас есть более важные дела.
А в редакции тем временем бурлила привычная жизнь – кто-то кому-то звонил, кто-то куда-то бежал, кто-то что-то печатал. Бывшие сотрудники, мимо которых я проходила, провожали меня странными взглядами. Интересно, какие слухи о моем увольнении ходят? Наверняка женская часть коллектива уверена, что я спала с Капланом, за что он меня и уволил.
- Привет, Ричард! Есть минутка? – я тихо закрыла за собой дверь в кабинет.
Глаза редактора округлились, он тут же нажал на кнопку сброса звонка на мобильном, который держал в руке, и положил его на стол.
- Изи? Что ты тут делаешь? – пробормотал Каплан и потер рукой лоб.
- В любом случае я же должна была забрать свои вещи, правда, я сделала это раньше, - я улыбнулась и села на стул напротив.
- Извини, что так получилось, - негромко сказал Ричард и развел руками.
Извини? Нет, одним «извини» тут, боюсь, не обойтись.
- Ричард, мне не нужны ни извинения, ни скандал. Просто расскажи, что случилось.
- Каплан отвел глаза и потянулся к ящику стола, достав оттуда сигареты.
- Ты же бросил.
Раздраженно передернув плечами, редактор закурил. Я последовала его примеру.
- Изи, они не оставили мне выбора, - сказал он спустя добрую минуту.
- Кто они?
- Учредители. У меня дочь учится в колледже, я не могу потерять эту работу…
- Ричард, меня меньше всего волнуют твои семейные проблемы. Кто надавил на учредителей? Я не верю, что они тебе не сказали, чтобы предотвратить появление подобных статей на будущее.
Каплан молчал. А я начинала заводиться.
- Я имею право знать, ты не считаешь? – голос стал на тон выше, и я сердито потушила сигарету в его недопитой чашке кофе.
- Не могу тебе сказать, - к редактору возвращалось привычное самообладание. Он откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня снисходительно.
- Ты трус, Ричард, - выплюнула я. – И поступаешь, мягко говоря, некрасиво.
- Изи, ты отличный журналист. И найдешь себе работу в любой газете. А то и вовсе иди на телевидение, у тебя все получится! – Каплан заулыбался.
- Спасибо за рекомендацию, но я как-нибудь сама разберусь. И все же ты не руководитель, а тряпка! Я в тебе крепко ошиблась.
- Да что ты себе позволяешь?! – тут же налился кровью бывший шеф. Он начал привставать с кресла, а я вскочила со стула. Похоже, скандала все же не избежать. Но нас прервали. Дверь резко распахнулась, и в кабинет вошел… твою мать, Каллен!
- Здравствуйте, мистер Каплан! – широко улыбнулся Эдвард и подошел ближе. – Очень рад познакомиться с вами лично!
- Вы кто? – Ричард озадаченно посмотрел на наглого бледнолицего незнакомца.
- Это мой… - я решила вмешаться, чтобы не дать Каллену наделать глупостей.
- Адвокат. Я адвокат мисс Свон! – продолжал сиять белыми зубами Эдвард. – Вы знаете, что уволили ее незаконно?
- Откуда... Что вы такое говорите? – поправился Каплан, отчего я поняла, что юридические основания для моего увольнения, видимо, подкачали.
- Оттуда, - многозначительно хмыкнул «адвокат». – И мы намерены подавать в суд на редакцию и лично на вас!
На последних словах Эдвард беззаботно взмахнул рукой, очевидно желая продемонстрировать, что засудить Каплана будет проще простого. Только сейчас я заметила, что на Каллене красовался приличного вида серый костюм, хотя, когда мы прощались, он был в старомодных брюках и водолазке. И когда успел? Ладно, не самый важный вопрос.
- Почему вы уволили мисс Свон? – неожиданный вопрос Эдварда был резок, как укол рапирой.
- Я… Я имел на это право! – собрался Каплан, а «адвокат» удовлетворенно кивнул.
- Увидимся в суде, - посерьезнев, заявил Каллен и вежливо показал мне на дверь. – Пойдемте, мисс Свон.
Я шокировано направилась к двери. Что это за представление было сейчас? И зачем?! Да он испортил мне все! Не исключено, что в процессе грязного скандала, который я собиралась устроить Каплану, он бы и сболтнул что-то важное.
- Что ты творишь? – зашипела я на Эдварда, едва он закрыл за нами дверь.
- Потом, - заявил Каллен и пошел на выход. Я побрела за ним, размышляя над доступными мне способами убийства вредных вампиров.
- Изи! – Майк налетел на меня в коридоре и заключил в объятия. – Я скучал!
- Верю, Майки, - я одобрительно похлопала его по оранжевой рубашке с милыми рюшами.
Каллен наблюдал за нами, нахмурившись.
- А это кто? – стрельнул глазками приятель.
- Это? – я прищурилась, бросив взгляд на Каллена. – Мой телохранитель! Хорошенький, да?
Майк в ответ восхищенно закатил глаза и показал поднятый вверх большой палец.
Мы бы еще поболтали с Майком о свежих сплетнях, но тут в коридоре показался чертов Роберт, который, чуть прихрамывая, вышел из какого-то кабинета.
Я взглянула на Каллена, у которого уже сжались кулаки. Он сделал шаг вперед…
- Стоять! – заорала я так, что остановились все: и Эдвард, и Майк, и Роберт, и даже уборщица в дальнем конце коридора.
Я подбежала к Роберту и, пока он только собирался протестующе выставить перед собой руки, зарядила ему коленом в то место, в которое собиралась попасть еще у себя дома, в тот долбанный вечер. Роб заорал и рухнул на пол, а я, стремительно подойдя к Каллену, схватила его за рукав пиджака и потащила на выход.
- Пока, Майк! – бросила я через плечо открывшему рот приятелю.