BPOV

Босиком я шагнула за порог гостевой комнаты, в коридор. Насколько я поняла, Эдвард был уже дома, однако назойливые сомнения подтачивали мою уверенность. Остановившись на мгновение, я задумалась – интересно, привилегия желанного гостя, в его комнате, останется за мной сегодня или мне придётся вновь довольствоваться общедоступной площадью дома, как и прежде. Но, не успев поразмыслить над этим должное время, меня внезапно ошарашил громкий треск и звук сломанного деревянного предмета, который донёсся из гардеробной.
Подпрыгнув на месте от испуга, я резко втянула в себя воздух – неужели Джеймс или Виктория пробрались в дом? Моё сердце бешено забилось в груди, и я прислонилась к стене, в поисках поддержки. Боясь что-то сделать или хотя бы сдвинуться с места, я инстинктивно застыла. Спустя лишь мгновение из-за угла гардеробной показалась голова Эдварда и его, доселе суровый, взгляд смягчился, едва он встретился со мной глазами.
Спустя секунду он оказался подле меня.
- Прости. Я не хотел напугать тебя, - извинился он. Его прохладное дыхание легко окутало меня, в мгновение ока, успокаивая мои разбушевавшиеся нервы.
Исследуя его с ног до головы, я даже не заметила, как мой страх унесло прочь, словно порывом ветра, его место заняло нечто другое. Волосы Эдварда были беспорядочно растрёпаны, а лицо – прекрасно, как и всегда. Будто водоворотом меня затягивало в его глубокие золотистые глаза, которые сегодня были гораздо светлее, чем вчера. Может, теперь я и не была напугана, но моё сердце ускорило свой ритм.
Абсолютно поглощённая его взглядом, я всё-таки ответила ему, тяжело сглотнув:
- Я не испугалась.
Лёгкая улыбка коснулась его губ, что мгновенно привлекло моё внимание и приковало к мой себе взгляд.
- Правда? А твоё сердце говорит мне об обратном.
Оставаясь неподвижной, я с трепетом наблюдала за тем, как он слегка склонил голову и осторожным движением убрал прядь моих волос за спину. От такого нежного жеста я затаила дыхание, и всё моё естество заполнила радость от электричества, что порождало его касанием. Пальцы Эдварда пропутешествовали за моё плечо, а лицо выражало полную концентрацию и сосредоточенность. Он аккуратно прикоснулся пальцами к моей шее. Его большой палец мягко гладил мою кожу, пока не застыл на синей венке, которая отчетливо виднелась сквозь кожу.
- Да. Твой пульс бьётся, словно крылышки колибри.
Ощутимая дрожь страха прошла по моему телу, но это не имело отношения к его прикосновению. Стоило мне вспомнить, что я узнала вчера об Эдварде и его способностях, как моё лицо залилось стыдливой краской. И мои попытки стереть со своего лица это глупое выражение, мне самой казались такими жалкими.
- Что? - спросил он, так и не убрав руки с моей шеи. Она была такой холодной, особенно, в контрасте с моей разгорячённой кожей, что создавало чувство приятной прохлады. Слишком приятно. Чёрт возьми. Вот эти мысли ему знать совсем не обязательно.
- Не делай вид, что ничего не знаешь, - ответила я, замечая, что он склонился ещё ближе ко мне. Ну почему он выбрал именно этот момент, чтобы стать ближе?
Абсолютное смущение отразилось на его лице, поэтому я решила пояснить более детально:
- Эдвард, я прочла твои журналы. Я знаю, что ты умеешь читать мысли, - эти слова воплотились в реальность в виде униженного бормотания. Причиной этому послужило то, что произнести их чётко и ясно мне смелости не хватало, к тому же, мой мозг превращался в пюре только от одного его прикосновения.
Смущение сменилось пониманием на его лице.
- Нет, Белла. В этом то и всё дело. Я могу слышать любой другой разум, каждую мысль какого-либо примитивного представителя человечества, только не тебя! Твой разум закрыт для меня.
Сейчас он был настолько близок ко мне, казалось, что нас притягивало друг к другу, словно магнитом. Мои руки были будто приклеены к стене позади меня, пальцы плотно прижаты к твёрдой поверхности, скорее всего, это была защитная реакция организма, ведь если бы я, в буквальном смысле, не вцепилась в неё так, то обязательно бы упала на него.
Его палец всё так же оставался на моём пульсе, но мой взгляд был устремлён прямо передо мной, мне было трудно приподнять собственную голову, поэтому я утешалась изучением мужественной линии его скул.
- Но почему? Почему я закрыта для тебя? - прошептала я, меня немало смутило это открытие.
Он усмехнулся уголками своих губ и от его дыхания почти невесомо всколыхнулись мои волосы.
- Я не знаю, Белла. Для меня это определение можно назвать двуликим понятием – одновременно и рай и ад. Спокойствие, которое я ощущаю в твоём присутствии несравнимо ни с чем, тем не менее, желание узнать – о чём ты думаешь, снедает меня изнутри. Всё, что связано с тобой так… противоречиво.
Несколько мгновений мы оставались неподвижными и безмолвными, но вдруг меня осенило, что мне надо сказать хотя бы что-то, пока не наступил вечер. Иначе я могу весь день простоять здесь, в то время, когда каждую минуту, мои ноги могут подкоситься из-за слабости и восторга, в которые меня повергает мужчина, стоявший передо мной.
- Откуда были эти звуки? Банда злостных вампиров атаковала твой дом в поисках меня? - спросила я, пытаясь перевести всё в шутку.
После моих слов рука Эдварда безжизненно упала, и он холодно отстранился от меня. В его потемневших глазах промелькнула едва сдерживаемая злость. Создалось такое ощущение, будто я дала ему пощёчину.
- Прости! Кажется, ещё рановато для вампирского юмора, да? - извиняясь, спросила я, пытаясь хоть каким-то образом исправить ситуацию.
На миг его лицо на миг, но взгляд оставался прежним.
- Нам надо поговорить, - спокойно проговорил он. Я почувствовала, как его ледяная рука коснулась моей и мягко приняла её. Эдвард повёл нас дальше по коридору, по направлению к его комнатам. Когда мы вошли в гардеробную, я увидела дверь, жестоким образом сорванную с железных петель. Мои ноги словно приклеились к полу, хотя он попытался оттащить меня, мирно проходя и не замечая нанесённый ущерб. Не сдержавшись, я выпалила:
- Вот что было источником такого шума? Это ты сделал?
- Да, - остановившись, ответил он, вздыхая.
Мои глаза подозрительно сузились, и Эдвард, сжавшись, стыдливо отвернулся.
- Так это ты сломал систему интеркома? – поинтересовалась я, хотя уже и так знала ответ.
Он нехотя кивнул, подтверждая мои предположения.
- Ты что, серьёзно? Господи, из-за чего?
А затем он посмотрел на меня так, будто это была самая элементарная вещь в мире и я сама обязательно должна знать, почему он это сделал. Однако я и понятия не имела, почему он погромил собственный дом.
- Из-за тебя, Белла. Я «калечу» дом из-за тебя, - с глубоким вздохом изрёк он.
- Из-за меня? - переспросила я, всё ещё не понимая – к чему он клонит.
Мы стояли посреди его гардеробной. Он был настолько выше меня, что со стороны казалось, будто он стеной нависает рядом со мной. Подняв свой взгляд, я вопросительно посмотрела на него, и тогда он соизволил ответить своим чарующим низким голосом.
- Белла, ты едва осталась в живых той ночью. Это почти… закончилось для тебя плохо, - помедлил Эдвард, опуская вниз беспокойный взгляд своих янтарных глаз. - И для меня тоже. У меня был выбор: или интерком, или мы оба. Думаю, я принял правильное решение.
Его слова тяжёлым грузом повисли в воздухе. Сама мысль о том, что всё могло быть совсем иначе, для нас обоих, выворачивала мне нутро. Он крепче сжал мою руку и повёл в свою комнату, мимо сломанной двери. Взглянув последний раз на деревянные щепки, оставшиеся от нее, он покачал головой:
- Мда… следовало бы мне запомнить свой урок, по поводу крушения вещей, получше, - невольно вырвалось у него.
Пройдя в комнату, я привычно направилась к кушетке.
- Урок? О чём это ты? Знаешь, я вроде бы не умею читать мысли, так что, будь добр… - со смешком заметила я, усаживаясь в своё облюбованное местечко.
Эдвард присел рядом, по правде, не так уж и рядом… между нами всё же оставалась широкая полоска тёмной кожи. Заприметив такое дистанционное положение, я нахмурилась. Легким движением своей руки, Эдвард убрал назад волосы, которые упали ему на глаза.
- Когда я сломал систему интеркома, нам пришлось вызвать электромонтёров, благодаря этому, ты познакомилась с Тайлером и пошла на свидание, - объяснил он. Наверное, моё лицо выражало полное непонимание, вперемежку со смущением, поэтому он продолжил: - На твоём свидании ты встретила Викторию и… ну, дальше ты уже знаешь, что случилось…
- Но, на самом-то деле, я не знаю. Я хочу, чтобы ты объяснил мне всё, что происходило и происходит сейчас, - сказала я. Честно говоря, мне действительно этого хотелось.
С ответом он не торопился, и я с интересом наблюдала за тем, как он провёл своими длинными пальцами по щеке, скорее всего, мысленно формулируя свой ответ. Эдвард уже было открыл рот, готовясь сказать что-то, но я вновь заговорила его, опередив его слова.
- Эдвард, мне нужно знать всё. Если нет ни единого шанса, что это, - и я жестом указала на нас, - может быть, то, прошу тебя, будь честен со мной.
Он опустился на спинку кушетки, и я расслышала сдавленный рык. Его пальцы вернулись к беспорядку на голове и, наконец, он прошипел:
- Хорошо. Сейчас я расскажу тебе всё, что знаю сам. Но, пойми, для меня это очень сложно, - парень порывисто приблизился ко мне и положил одну руку на спинку кушетки. - Понимаешь, защищать тебя - заложено в мою природу, а то, что ты сейчас услышишь – самая ужасная и жуткая сторона моей жизни. Я не хочу напугать тебя, - признался он и его тёплые глаза полностью отражали все его эмоции.
- Ты должен дать мне право сделать свой выбор. Но первоначально я хочу услышать все факты, - отыскав своей рукой его ладонь, сказала я.
Я следила за тем, как прекрасные губы Эдварда, шевелясь, формируют слова, которые, в свою очередь, складываясь в единую цепочку истории, предоставляли мне вполне явную картину того ужаса, что сотворили Джеймс с Викторией. Он рассказывал о жестоких убийствах, жертвах и реках крови, пролитой невинными жителями нашего города. С горечью он поведал о том, как узнал, что все эти потери и убийства были некой вендеттой, кровавой местью, направленной именно на него и, возможно, на всю его семью. Джеймс выслеживал его, пока Эдвард пытался защищать других. Глядя на него во время этого холодящего кровь рассказа, я поняла, что сейчас, когда он вспоминал всё, что случилось, описывал свои чувства, когда каждый раз оказывался слишком поздно на месте убийства – это приносило боль ему. Каким тяжёлым для него было это бремя из утраченных жизней, в битве между ним и Джеймсом. Временами дрожь злости сотрясала его тело, ярость вскипала в его жилах.
К тому времени, когда Эдвард закончил свой рассказ, я сидела, плотно сжав зубы и кулаки.
- Так, по твоим словам, Джеймс жестоко убивает людей, обращая их в вампиров, преследует меня и всё это с целью добраться до тебя.
Эдвард кивнул и с интересом потянулся к моему кулачку, поглаживая каждый палец. Очень нежно он начал разгибать их, по очереди.
- Почему ты так важен для него? - спросила я, ещё до конца не понимая всю ситуацию. У меня сложилось такое ощущение, будто Эдвард что-то недоговаривает мне.
Каллен был занят тем, что вертел в пальцах серебряное колечко с бирюзой на моей правой руке, но неожиданно для меня ответил.
- Джеймс убеждён, что у меня есть что-то, что принадлежит ему. Но нам до сих пор так и не удалось понять – что это.
Мне хотелось задать ещё кучу вопросов. Нет, у меня был миллион вопросов, но Эдвард отвлекал меня. Не уверена, знает ли он как его прикосновения действуют на меня, но они реально действовали. Лишь лёгкое поглаживание моей руки останавливало все мыслительные процессы моего мозга. И вот опять, его пальцы нащупали мой пульс. Он ласково взял моё запястье в кольцо своей ладони и накрыл большим пальцем мою пульсирующую венку. Его голова была опущена вниз и волосы едва задевали мою оголенную руку.
- Почему ты постоянно делаешь это? - спросила я заинтересованно.
- Потому что мне нравится слышать биение твоего сердца. Твою жизнь, - ответил он, проводя пальцем по моему запястью.
Я слегка вздрогнула и, несмотря на то, что его голова была опущена, заметила небольшую улыбочку на его прекрасном лице.
- Я могу слышать это… тебя… через весь дом. Иногда даже за его пределами, - сказав это, он задумчиво посмотрел на меня, желая увидеть мою реакцию на свои слова. Но я не произнесла ни слова, мне просто хотелось услышать больше.
- Твоё сердце стало моим компасом. Хотя, поначалу этот звук только дразнил и провоцировал меня. Он выдавал тебя. Но сейчас я чувствую себя потерянным, когда не слышу его.
Его голос был таким мягким, мелодичным. Он гипнотизировал меня своим звучанием, не говоря уже о его нежном прикосновении. Я просто затеряла себя в нём и не могла найти подходящих слов.
- И твой аромат, Белла, - он поднёс моё запястье к своему носу, вдыхая с силой. - Ты даже не имеешь представления.
Эти слова поразили меня, и неконтролируемый смешок слетел с моих губ.
- Разве это смешно? - спросил он, глядя на меня из-под густых ресниц, обрамляющих его волшебные глаза.
- Нет, но ты ошибаешься. Я могу себе представить – какого это, - отрицательно помотав головой, ответила я.
- Значит, можешь? – закатил глаза Эдвард. - Белла, когда я улавливаю даже едва различимые нотки твоего аромата, меня переполняет желание найти тебя. Это охота. Мне хочется взять тебя. За все годы моей жизни я никогда не желал ничего и никого больше, чем тебя.
Он испытывал меня на прочность. Но он недооценивал те чувства и эмоции, которые жили во мне. Я высвободила свою руку из его захвата и потянула её на себя, кладя на своё колено.
- Когда ты говоришь, что хочешь меня, это значит, что ты хочешь меня съесть, так?
Он сузил глаза, видимо обдумывая моё поведение, но ответил кратким «Да».
Поднимая его руку, я заёрзала на кушетке, подогнув под себя ноги, я развернулась лицом к нему.
- И ты думаешь, что я не понимаю этого… желания?
Его глаза больше не были сужены, но он смотрел на меня очень внимательно, следя за каждым моим движением. Подняв его руку к своему носу, я вдохнула его аромат, зеркально отражая его манёвр.
- Эдвард, я, конечно, живу не так долго, как ты, но я жила среди людей, мужчин… и никто из них не привлекал меня настолько, как ты.
Он открыл уже рот, чтобы сказать что-то, опровергая мои суждения, но я остановила его, подняв свою руку. Жестом я попросила его приложить свою ладонь и пальцы к моей раскрытой руке.
- Ты чувствуешь это между нами? Энергию? Это никак не связано с тем, что я могу стать твоим ужином. Но это напрямую связано с нами.
- Ты говоришь это… но не понимаешь истинного значения. Когда я слышу твоё сердце, мой рот наполняется ядом, я готов поразить тебя. В моей природе заложено привлекать тебя, притягивать. Мы все так устроены. Я, Джеймс, Виктория… именно благодаря этим качествам, ей удалось увести тебя с собой в тот вечер.
- И Джаспер с Эмметом? И Эллис?
Он мрачно кивнул, переплетая наши пальцы, вновь устраивая их у меня на коленях.
- Ну да, могу признать, что Эллис тоже пахнет неплохо. И в Джаспера с Эмметом есть что-то притягательное… но это не имеет никакого отношения к привлекательности их аромата так, как… ладно, - я слегка усмехнулась его обеспокоенному лицу. - Эдвард, ты единственный, кого я хочу, пойми меня правильно, - тихо произнесла я.
Понимание отразилось на его лице и, думаю, он, наконец, понял именно то, что я хотела донести до него.
- Жажда моей крови не единственная вещь, которую ты чувствуешь, хотя я и не могу отрицать её присутствия. Но, когда двух людей тянет друг к другу, между ними появляется кое-что другое. Химия и гормоны. Не отрицай того, что я чувствую.
- И не буду, - пообещал он. – Но, скажи мне… что ты чувствуешь? Это просто невыносимо не слышать тебя.
Он был прямо передо мной, это великолепное существо, и он был честен со мной. Я должна вести себя так же и справедливо быть искренней.
- Это пугает меня, - ответила я, на что он попытался отодвинуться подальше от меня, но я лишь крепче сжала его руку в своей. - Не потому что ты – вампир, а потому что я попросту тоже никогда не испытывала этого раньше. Я чувствую, что готова вместе с тобой прыгнуть во всё это с головой.
Когда его взгляд встретился с моим, я отметила спокойствие и решительность, которые читались в них.
- Даже, если это неправильно?
- Именно.
Эдвард поднёс мою руку к своим губам. Своими идеальными губами он нежно коснулся кожи тыльной стороны моей руки и слегка втянул её, от этого воздушного касания по моей спине прошла дрожь.
- Это неправильно, - прошептал он.
- Я знаю, - ответила в тон ему я, но предательская улыбка, словно приклеилась к моим губам.