BPOV

Мы с Анжелой удобно расположились за одним из многочисленных столиков, на терассе кафе, под надежным укрытием огромного тента. Солнце ярко светило и мы, не торопясь, наслаждались своим обеденным перерывом, спокойно обсуждая горячие новости, ведь теперь, когда она так много времени проводила с Беном, у нас не было других возможностей предаться нашим обычным девичьим разговорам.
- Так что, ты пойдёшь с нами на этот музыкальный фестиваль в пятницу? – спросила у меня подруга.
- Да, но, прошу, скажи… Тайлер ведь знает, что это никакое не свидание, так? – ответила я, сделав глоток своего, уже остывшего, кофе.
- Без проблем! Я сказала ему, и теперь он безмерно счастлив, что ему не придётся снова быть третьим-лишним! – утвердительно кивнув, уведомила меня Анжела.
Мы немного посмеялись, потому что, действительно, было не очень-то забавно – находиться в одиночестве в компании двух влюблённых. На секунду я задалась вопросом о том - что чувствует Эдвард, будучи пятым колесом в «телеге» своей семьи, искренне сочувствуя его участи.
- Вообще-то я очень рада, что, наконец, выберусь на свет божий. У меня уже создалось такое ощущение, что я на всё лето заточена в клетку маршрута «Работа-Дом», - сказала я, перебрасывая свои волосы через плечо, слегка обмахивая свою шею.
- Ну, и как там у тебя идут дела на работе, после того, как ты вновь разоблачила своего босса? – выдержав минуту молчания, наконец-то, спросила Анж.
Я фыркнула, прикрывая рот ладонью.
- Всё хорошо. Мы оба были заняты в последние дни, поэтому не часто пересекались.
- Но у вас больше не было таких неловких ситуаций? - вновь спросила она.
- Да нет, не особо. Просто как-то странно, что мы теперь «друзья», учитывая, что он мой босс, но, правда, он мне нравится. (прим. пер.: здесь не подразумевается «нравится» в романтическом смысле)))) Он не такой, как все. В хорошем смысле, - пожав плечами, ответила я, пытаясь скрыть свой реальный интерес. Что-то останавливало меня от того, чтобы рассказать Анжеле о моём обещании Эллис и о той весьма ощутимой связи, которая была между мной и Эдвардом.
- Не такой, как все? Дай-ка подумать. Он просто сногсшибателен. Он богат. И по какой-то неведомой причине, он, кажется, хочет быть твоим другом, в то время как всех остальных он отшивает, - насмехалась Анжела.
- Остановись-ка! Или я больше ни слова не скажу о нём в твоём присутствии, - передразнила я выражение её лица.
Легким движением руки она передвинула свои очки, используя их как изысканный обруч для волос, чтобы я смогла видеть её глаза, после чего продолжила свою тираду:
- Разве он не забирает тебя из дому и не отвозит с работы, потому что беспокоится о тебе? Или это у него требование такое? Чувствую, это нечто большее, чем дружба, Белла.
На какое-то время я задумалась над её словами. Вообще-то, меня смущала перспектива рассказывать во всеуслышание о моём новом чувстве увлечённости Эдвардом. Это было всё ещё немного странным, по сути - он - мой босс и он солгал мне. Но в наших отношениях присутствовало что-то иное… думаю, я бы назвала это притяжением.
- Ладно, я согласна. Что же, вполне уверена, он, возможно, увлёкся мной. Знаешь, просто у меня такое ощущение, что между нами постоянно возникает какая-то энергия. Но иногда она хорошая, мерцающая, а иногда – это нечто тёмное и загадочное. Есть в Эдварде Каллене что-то, что я никак не могу прощупать, - объяснила я.
- Хха! - засмеялась она, - мда… знаю я, что ты хочешь у него прощупать…
- Да заткнись ты! Я серьёзно! - отрезала я, чувствуя, как начинаю краснеть, - Всё, закрыли тему!
Потом мы перешли к обсуждению намечающегося пятничного фестиваля. В основном, там должны были выступать местные группы, плюс местная еда и напитки, но, проблема была в том, что прошёл целый год с тех пор, как мы с Анжелой выбирались на подобные мероприятия, в частности, после нашего выпускного. Вскоре подруга засобиралась, ей нужно было возвращаться на работу. Я же намеревалась посидеть здесь ещё немного, почитать книгу, наслаждаясь тёплой, солнечной погодой. Не успела она со мной попрощаться, как к нашему столику подлетела официантка, чтобы собрать грязную посуду. Я подняла свой взгляд и узнала в ней ту милую темноволосую девушку, что обычно стояла за барной стойкой. Улыбнувшись, я сказала:
- О, привет! Как дела? Давно я тебя здесь не видела.
- Я в порядке. Да так, уезжала домой, на побережье, поэтому меня не было несколько недель. А ты как? – она вернула мне дружелюбную улыбку.
- Неплохо, кстати, я собиралась рассказать тебе, что мне постоянно снятся кошмары о той пропавшей девочке с плаката, - даже подумав об этом, я вздрогнула. Это утро не отличалось от всех предыдущих, я всё так же преследовала Бри, едва не срываясь с обрыва и, как по программе, всё заканчивалось тем, что я оказывалась в руках Эдварда. Это уже начинало надоедать.
Она с сочувствием посмотрела на меня.
- Правда? Как же так?
Она указала на стул, стоящий рядом со мной, безмолвно спрашивая разрешения присесть, на что я кивнула, и быстро отодвинув его, девушка присела.
- Это, конечно, долгая история, но я родом из племени Квилетов из Ла-Пуш. Вся моя семья живёт там. Из всего моего выпускного класса в школе я была единственной, кто покинул резервацию. Просто для меня там всё происходит так медленно и отстало. Я устала жить в «прошлом» и решила испытать судьбу, приехав в город.
Я была заинтригована её рассказом и с любопытством осматривала её смугловатую кожу, прежде чем задать свой вопрос:
- Что ты имеешь в виду под «жить в «прошлом»?
- Мой клан всё ещё следует многим древним традициям и живёт легендами. У нашего клана есть предводитель, глава и разнообразные традиционные церемонии. Для меня, как для женщины, единственная перспектива в будущем – это быть женой и матерью. И на данный момент я не заинтересована ни в одном, ни в другом.
Наигранно скривившись, я пожала плечами, думая о таких перспективах, и мы обе рассмеялись над идеей связать себя такими серьёзными обязательствами, как замужество и материнство.
- Так что ты хотела мне сказать о том объявлении, о той девочке Бри, какое отношение она имеет ко всему этому? - спросила я, пытаясь понять, к чему она клонит.
- Вообще-то, я не должна тебе ничего рассказывать. То, что происходит во время совета племени, как правило, считается священным, - после этого она осмотрелась вокруг, словно убеждаясь, что нас никто не подслушивает, - Но, на самом деле, я ни во что из этого не верю. Всё это – пропаганда старейшин. Буги Мэн и вервольфы.
- Пожалуйста, если ты чувствуешь себя неуютно, то не обязана мне ничего рассказывать, мне просто было интересно, - предупредила её я.
- Нет, я не шучу, я не верю ни единому слову из их сказок. Когда я приехала домой, то мы, как обычно, устроили посиделки с едой, у костра. После этого наши старейшины, по обычаю, рассказывали старые истории и легенды, и этот раз не был исключением, единственное отличие было в том, что они упомянули Сиэтл и происходящие там убийства. Несколько людей уговаривали меня остаться дома и не возвращаться обратно, но я всю жизнь провела в борьбе с их промыванием мозгов и не собиралась давать слабину на этот раз. Старейшины вовсю пустились рассказывать о вражеском племени, с которым они боролись ещё со времён наших прапрадедов. Это племя состояло из тёмных демонов, которые пили кровь своих жертв, тем самым утоляя свою жажду. Их кожа ледяная, их зубы остры, как сталь, и если они захотят, то могут обратить человека в особь их вида лишь одним укусом.
Абсолютно захваченная историей, я прошептала:
- Вампиры.
Она закатила глаза на моё открытие, саркастично реагируя:
- Да, вампиры. Они их так не называют, но смысл тот же. Легенда гласит, что они очень красивые существа, которые могут увлечь тебя своей внешностью и ослепительно-идеальными чертами. Наши предки утверждают, что раньше они уже бывали в этих местах и теперь вновь вернулись, именно они, питаясь, убивают невинных.
- И… эти старички думают, что Бри стала жертвой этих демонов? - спросила я. И вновь начав прокручивать в своей голове сюжет своего сна: Бри, зовущая на помощь, языки пламени касаются её босых ног.
- Да. Они полагают, что либо она мертва, либо – обращена в одного из демонов.
- И что они собираются с этим делать? - поинтересовалась я. Моя фантазия во всех красках начала выдавать мне картины сражений, - У них есть кто-то, кто может противостоять вампирам или борцы против демонов? Чёрт, это восхитительно.
- Да, я знаю, - рассмеявшись, ответила она, - Это всего лишь страшилки, которыми взрослые любят пугать детей, чтобы те не покидали резервацию. Как иронично, они утверждают, что есть две вещи способные защитить человека. Первая – это другая легенда, согласно которой, люди нашего племени обращаются в волков гигантских размеров, защищая наш народ и земли. Оказывается, у нашего племени есть особый договор с некоторыми из этих демонов, согласно которому они не могут ступить на нашу землю. Пока они держатся на расстоянии, все будут в безопасности или, если человек остается гнить в этой резервации, то ему тоже не о чем беспокоиться, - она поморщила носик в отвращении от своих же слов, - Это очень удобный способ навечно привязать людей к своему племени. И это, определённо, работает с теми из нас, кто поддаётся влиянию.
- Значит, по твоим словам, ты принадлежишь племени, чья история включает в себя вервольфов и вампиров, и ты не хочешь быть частью всего этого? - шутливо спросила я, - Знаешь, киношные вампиры обычно очень даже хорошенькие. О, кстати говоря, знаешь что?
- Что? - спросила она, всё ещё смеясь над мифическими существами из легенд своего племени.
- Ты ошибалась на счёт мистера Каллена, он не гей. Возможно, ты просто не в его вкусе, - поддразнила её я.
Её брови удивлённо взлетели вверх.
- Хха… Интересно. Если я не в его вкусе, то мне очень интересно, кто же?
Я почувствовала жар, приливающий к лицу, и, пожав плечами, обрадовалась, когда она сообщила, что ей необходимо вернуться к работе, прежде чем администрация поймает её за беседой с клиентами. Да и мне пора было возвращаться на работу. Поднимаясь и одновременно проверяя, всё ли сложила в сумку, я решилась быстро спросить её:
- А где именно расположен Ла-Пуш? Я родом не из Вашингтона, поэтому мои географические познания данной области минимальны.
- Ла Пуш - это затерянная в пространстве дыра. Ближайший к нему город – Форкс. Но, я уверена, что ты и об этом городишке никогда не слышала, - смеясь, сообщила она и, развернувшись, направилась обратно в кафе.

****

Позже, этим же днём, я сидела за своим рабочим столом, когда Эдвард вдруг появился в дверном проёме. Вновь от чего-то нахмуренный.
- Белла, ты случайно не знаешь, где могут быть мои коричневые ботинки?
Когда я услышала, как он обратился ко мне по имени, короткой форме моего имени, то почувствовала себя как-то иначе, это звучало так по-другому, более интимно, особенно из его уст.
Эдвард только вернулся с работы и переоделся из своего рабочего строгого костюма. Я оглядела его с ног до головы, он выглядел забавно, стоя в дверном проёме, без обуви, а на его ногах красовались носки в коричневую и бежевую полоску.
- Конечно, я не уверена, но, мне кажется, Эллис отправила их в коробке «благотворительность». Они не удостоились пометки «классика». И, кажется, она сказала, что сейчас июль и… цитирую - «кто носит высокие коричневые ботинки на шнуровке в разгаре лета», - ответила я, стараясь выглядеть невинно.
На его лице промелькнуло раздражение, но он поторопился прогнать его, выступая в свою защиту с речью:
- Я ношу ботинки весь год. И так было всегда.
- Что ж, может, тебе стоит решиться на перемену, - сказала я намеренно покровительственным тоном, прекрасно зная, что этому не бывать. Этот мужчина просто погребён в своих привычках.
Минуту он обдумывал то, что я сказала, но потом, развернувшись, поднялся обратно, в свой сверхсекретный кабинет.
Я продолжила заниматься своими делами, приступая к сегодняшнему ежедневному отчёту, как вдруг он вновь «вырос» у моего стола. Посмотрев вниз, я увидела, что на нём была другая пара коричневых ботинок.
- Видишь, я могу меняться. Я нашёл другую пару. И совсем не против этой, - сказал он со сдержанной улыбкой, - Мне абсолютно удобно в них.
С минуту я осматривала его, зная, что моя челюсть совсем немного поздоровалась с клавиатурой и столом, от этого абсурда. Всё в Эдварде было идеально, как и обычно. Его волосы и светлая кожа, его рубашка, слегка облегающая его грудь, и прекрасно сидящие, прямо на бёдрах, джинсы. И его ботинки. Они так же были идеальны, но абсолютно точно такие же, как и предыдущие. По его довольному выражению лица могу сказать, что он был горд собой, он сознательно решил раздвинуть границы своих привычек. Я не могла больше сдерживаться и улыбнулась, как же умилительно он выглядел, он так искренне был убеждён, что сделал большой шаг вперёд, когда, на самом деле, его чахлые попытки «роста» не увенчались успехом.
Чёрт!
Только глупые, наивные и влюблённые девчонки находят что-то подобное умиляющим.
- Эдвард, - обратилась я к нему, изо всех сил стараясь сдержать смех, - Я знаю, ты думаешь, что ты предпринял попытку, но они точно такие же.
- Но они же другие. Обычно я не ношу эту пару, - смущенно нахмурив брови, сказал он.
Вот теперь я не сдержалась, взрываясь смехом.
- Так, давай-ка встряхнём тебя немного, - сказала я, выходя из комнаты и проходя мимо Эдварда, на лице которого застыло шокированное и встревоженное выражение, направляясь к лестнице и его гардеробной.
Добравшись до конечного пункта нашей мини-экскурсии, я опустилась на колени, начиная атаковать своим взглядом бесчисленные ряды с обувью. Наконец, я нашла то, что искала и вытащила их. Повернувшись, я присела рядом с его ногами.
- Вот, надень-ка эти, - сказала я, протянув ему пару.
Он скептически оглядел их, однако, уселся на пол напротив меня, удерживая по одному руке. Его длинные пальцы, специально, слабо удерживали их, придавая обуви жалкий вид.
- Эти? Даже не знаю, Белла, - дискомфорт так и сквозил в его голосе.
- Да, эти. Сейчас лето и ты собираешься идти на какое-то официальное мероприятие, а ботинки – это зимняя обувь. Или походная. Для лета больше подходят кеды, - я решила надавить, - Если хочешь, я могу найти тебе симпатичную пару шлёпанец.
На его лице отразилась чистая паника, и он быстро начал развязывать шнурки на своих ботинках. И вновь я залюбовалась его плавными движениями, но была отвлечена от созерцания, когда он вдруг остановился и помедлил в нерешительности, казалось, он никак не мог согласиться с мыслью носить кеды.
Вздохнув, я подняла с пола кеды и начала развязывать шнурки на них. Это были классические, тёмные, низкие конверсы. Я заметила их ещё в тот раз, когда мы с Эллис занимались сортировкой одежды и, могу сказать, что эти кеды не были надеты ни разу. Они всё ещё пахли резиной и новой тканью.
- Давай-ка мне свою ногу, - указала я, протянув руки вперёд.
Он так посмотрел на меня, как будто я только что попросила его снять передо мной штаны. Закатив глаза, я, не выдержав, сказала:
- Эдвард, просто вытяни ко мне свою ногу.
Он медленно вытянул ко мне свою ногу в полосатом носке. Он сидел на полу, согнув ноги в коленях и, опираясь на свои руки. Я взяла его ногу и просунула её в кед, после чего начала затягивать длинные белые шнурки. Не отрывая взгляда от своего занятия, тем не менее, я всем телом чувствовала, что Эдвард наблюдает за моими руками и внезапно я отчётливо услышала, как он тяжело сглотнул.
Когда я аккуратно подтянула шнурки до конца шнуровки и завязала их в тугой узелок, то начала быстро перебирать в своей голове темы, на которые мы могли бы поговорить, чтобы заполнить повисшее молчание.
- Когда мне было шестнадцать, я нашла себе работу в торговом центре, в обувном отделе. Это было ужасно. Люди приходили в отдел и хотели перемерить всё подряд. Они называли мне свой размер ноги, и я должна была идти в другой конец отдела, чтобы найти нужную модель по размеру. Там были огромные стеллажи с обувью. Бесконечные ряды полок с обувью казались мне абсолютно одинаковыми. Каждый раз, когда мне приходилось идти туда, я чувствовала себя потерянной. Им нужно было тогда найти Эллис, она бы уж точно справилась с этой работой, - я на миг подняла взгляд и столкнулась с его пристальным взглядом. Я слегка улыбнулась ему и подняла его другую ногу, поправляя шов и немного разглаживая носок, перед тем, как надеть второй кед.
- Через несколько недель я больше не могла там находиться. Я сообщила боссу, что мне не хватало времени на учёбу и моя мама оформила моё увольнение. Знаю, повела себя, как тряпка, но эта работа, действительно, была не для меня.
Закончив со шнуровкой, я почувствовала, как Эдвард слегка подтянулся, он обернул руки вокруг согнутых ног и положил подбородок на колени. Мои руки всё ещё лежали на носочках кед, самовольно пытаясь пригладить шнуровку в идеальную линию.
- Хотел бы я знать тебя тогда, - внимательно посмотрев на меня, сказал он.
Помотав головой, я ответила:
- Уверяю тебя, ты не много потерял, - помотав головой, ответила я, - Угловатая и неловкая девчонка. К моему стыду, я была ещё более неуклюжей, чем сейчас. Кроме того, я носила брэкеты и очень нервничала в окружении парней. Не думаю, что даже разговаривала с ними до того, как перешла на последний, выпускной год.
Эдвард не выглядел убеждённым.
- Сомневаюсь, что всё было настолько плохо. Могу поспорить, ты была прелестна.
Я почувствовала, как к моим щекам приливает жар и решила, что самое время выбираться из этой интимной ситуации. Поднявшись на ноги, я чуть не упала, но от падения меня спасли быстрые руки Эдварда.
- Спасибо, - сгримасничав, поблагодарила я, - Кажется, моя неуклюжесть всё ещё со мной. Кстати, кеды просто отлично смотрятся. Перемены не так уж и плохи, да?
Он посмотрел в длинное зеркало, висящее на стене, оценивая свой вид. Я тоже повернулась, чтобы взглянуть в зеркало и увидела нас в отражении. Эдвард выглядел таким высоким и подтянутым, он возвышался надо мной, и снова я застыла в созерцании идеала. Я заметила, что хоть он и держался со мной сдержанно и был отстранённым, всегда пытаясь держаться на расстоянии, сейчас язык его тела говорил совсем о другом. Он немного склонился в мою сторону, едва заметно, почти незаметно вторгаясь в моё личное пространство, его глаза не покидали моих. Если бы я отклонилась немного назад, то наши тела бы встретились.
Он прервал наш зрительный контакт через зеркальное отражение и посмотрел вниз на меня:
- Нет, Белла, я начинаю понимать, что перемены, хоть они для меня и сложны, но могут быть очень полезными.