BPOV
На обратном пути, из почтового отделения на работу, я решила зайти в небольшую кофейню, в которую частенько наведывалась в последнее время. Я проехала по шумной, наполненной людьми улице, в поисках места для парковки недалеко от здания. После инцидента с Викторией, когда я находилась одна, то сильно нервничала, поэтому и предпринимала дополнительные меры безопасности. Как и раньше, я предпочитала прогуливаться пешком к бизнесс-центрам, тем более, что они располагались недалеко от дома мистера Каллена, но комфортно я себя не чувствовала.
На работе дела шли получше, но всё ещё не идеально. Мистер Каллен оставался верен своим словам и обещанному поведению. Его обращение со мной, хоть и медленно, но улучшалось. Я была просто завалена "пожалуйста" и "спасибо", похвалой моей работе и, помимо всего этого, мои поручения не включали в себя ничего возмутительного.
Проблема была не в приложенных им усилиях обращаться со мной с большим уважением, проблема была в нём самом.
Он действительно озадачивал меня. Физически он был таким красивым и грациозным. Буквально вчера я была просто загипнотизирована его элегантными руками, пока он вытаскивал пластинку из её обложки, осторожно придерживая чёрный диск за края, чтобы не коснуться звуковых дорожек. Я наблюдала за тем, как он аккуратно поднёс диск к лицу и вдохнул особый виниловый запах, и лёгкая улыбка удовлетворения украсила его губы.
Но, когда я спросила его, что за песня играла и попросила рассказать немного об исполнителе, его тело напряглось на секунду, а затем живая, настоящая улыбка на его лице сменилась вынужденной. Его ответ был вежлив, но это звучало так... будто со мной разговаривал робот, будто он принуждал себя к этому, а потом он в скором темпе покинул комнату.
После того, как я нашла свободное место для парковки, я направилась в кофейню. Остановившись в проеме дверей, я заметила приклеенный к окну лист. Это было фото девочки лет пятнадцати или шестнадцати, у неё были тёмные волосы, светящиеся радостью, голубые глаза и широкая улыбка на лице. На её шее висел серебристый кулон в форме сердца. Под фотографией были слова "ПРОПАЛА - Кто-нибудь видел меня?". У меня было ощущение, что мои внутренности подпрыгнули, когда перед моими глазами, словно наяву, промелькнула огненно-рыжая вспышка волос Виктории. Меня переполнял страх за эту девочку, и я молилась, чтобы она не стала жертвой кого-то, на подобие этой психопатки. Ниже был текст, в котором говорилось, что девушку зовут Бри и она пропала ещё в апреле.
Встряхнув головой, я толкнула дверь и вошла внутрь, направляясь к барной стойке, за которой стояла официантка.
- Привет, - улыбнулась я, - я бы хотела заказать чай...желательно с успокаивающим эффектом, - сквозь меня пробежала волна тошноты и я постаралась прогнать из мыслей портрет девочки.
Девушка передо мной задумалась на пару секунд, после чего сказала:
- У нас есть отличный ромашковый чай, Вам подойдёт такой?
Я кивнула и, постукивая пальцами по стойке, начала ждать, когда его приготовят. А из моей головы никак не могло исчезнуть лицо этой девочки, Бри. Оторвав взгляд от отполированного дерева, я обратилась к официантке:
- Вы знаете что-то об этом объявлении на окне? О пропавшей девочке?
Девушка повернулась ко мне, и я увидела серьёзность в её глазах.
- Её мать приходила сюда и развешивала эти объявления. Оказалось, что она пропала в один вечер, когда пошла в кино с друзьями. Она вышла из кинозала, чтобы купить что-то в фойе кинотеатра и больше не вернулась. Полиция предполагает, что она просто сбежала, но её мать уверена, что с ней что-то случилось.
- Ох, - неуверенно пробормотала я, - Это очень печально. Надеюсь, что её найдут.
Девушка кивнула и поставила передо мной чашку чая.
- Вы недавно переехали в этот район? Я заметила, Вы довольно часто появляетесь здесь.
- Нет, я не живу здесь, но устроилась на работу, недалеко отсюда, несколько недель назад, - ответила я ей.
- Правда? А где Вы работаете? - спросила она, пробивая в кассе мой заказ.
- Я работаю на мистера Каллена, его персональный ассистент. Не думаю, что Вы его знаете. Он редко выходит отдохнуть куда-нибудь, - объяснила я, делая глоток чая из своей чашки.
- Эдвард Каллен? Секси-причёска? Остро очерченные скулы? Злобно-равнодушный? Мужчина, взгляд на которого, заставляет болезненно сжиматься Ваши внутренности? - смеясь, говорила она, - Этот Эдвард Каллен?
Я присоединилась к её смеху, ведь во многом она оказалась права, хотя я не уверена на счёт болевых ощущений.
- Так, значит, ты его знаешь.
- Он приходит сюда несколько раз в неделю, заказывает всегда одно и то же, улыбается мне и садится за свой любимый столик на улице. Несколько раз я намекала ему, что я свободна, но, - она со свистом выдохнула, - он не кажется заинтересованным в этом.
Я была в шоке. Переведя взгляд на девушку передо мной, я изучала её. Она была симпатичной, с длинными тёмными волосами, гладкой загорелой кожей и длинными ногами, по которым можно было вскарабкаться. Если бы мы были где-то в Лос-Анджелесе или Нью-Йорке, то я бы решила, что она актриса или модель.
- Правда? Он немного замкнутый в обществе, может, он просто не заметил, что ты флиртуешь с ним, - ответила я.
- Нет, это было более, чем очевидно. Не то, чтобы это прозвучит эгоистично, но у меня появилась другая теория на этот счёт, - сказала она, перекидывая прядь волос за плечо.
Захваченная её рассказом, я поинтересовалась:
- Теория... расскажи мне.
Она снова рассмеялась и наклонилась поближе ко мне, как будто собиралась рассказать мне какой-то секрет.
- Всё просто. Любой мужчина, который так привлекательно выглядит, такой богатый и одинок, который может устоять перед этим, - и она указала на свою грудь, изящно обтянутую узкой чёрной маечкой, на которой было написано название заведения, - играет в другой лиге.
- Ты думаешь, он гей? - спросила я недоверчиво.
Она уверенно кивнула и на её лице появилась усмешка.
Я мысленно вернулась в недавнее прошлое, когда мистер Каллен, с грудой мусора в руках и с великолепным блондином за его спиной, спускался вниз по лестнице из своей приватной комнаты. Я могла почти что представить себе эту картину, как эти двое стоят близко друг к другу, упиваясь красотой их стройных и высоких тел за закрытыми дверями. Думая об этом я тяжело сглотнула.
Да, в этом определённо был смысл.
Всё его странное поведение и капризы могут быть обоснованы этим фактом. У него был громадный секрет, который удивил и напряг бы всех. А если к этому ещё и добавить образ его жизни и род занятий, то всё усложнится ещё больше.
Усмешка вернулась на моё лицо, и мы с девушкой продолжили смеяться над тем, как мало свободных привлекательных мужчин и над тем, что уже давно стало неписаной истиной - все хорошие мужчины либо заняты, либо геи. Я расплатилась за свой чай и, помахав девушке на прощание, вышла из кафе.
***
EPOV
- Да, Эллис. Она в порядке.
Эллис. За последнюю неделю она звонила мне по два раза в день, доводя до белого каления вопросами об Изабелле, но не давая никакой ценной информации о её будущем.
- Нет, я не могу её видеть в данный момент, но на улице солнечно, поэтому я подумал, что будет безопасно послать её в почтовое отделение, не опасаясь очередного столкновения.
Стараясь оставаться спокойным, я отчаянно ударил рукой по своёму лицу. Вот причина, по которой я больше не живу дома. Мне нужно личное пространство, отсутствие людей в моей голове и моё будущее.
Мне надо было прощупать почву.
- У тебя было какое-то видение? Ты мне это пытаешься сказать?
- Нет? Тогда успокойся. Позвони мне, когда будет что-то важное, чем ты захочешь со мной поделиться, - это было грубо, но необходимо.
Вздохнув, я сказал:
- Я тоже по тебе скучаю. Да, передай, пожалуйста, остальным, что я по ним тоже скучаю.
Захлопнув свой телефон, я продолжил просматривать файлы, которые хранил на чердаке, на третьем этаже. Единственный выход туда был из моего кабинета. Здесь у меня было что-то наподобие архива, здесь было собрано множество газет и тому подобных источников информации по тем "случаям", с которыми я работал. Также, здесь я хранил своё пианино, которое запрятал в самый дальний угол и, которое было накрыто плотным материалом. Всего лишь очередное напоминание о той жизни, от которой я отказался.
Я стал просматривать информацию о каких-либо странных инцидентах, возвращаясь на полгода назад. Может быть, я что-то пропустил. Что-нибудь, например, ссора между Изабеллой и Викторией. В то время я искал информацию, содержащую что-то о ритуальных убийствах, но ничего больше. Разложив газеты по полу, я начал утомительный процесс выборки интересующей меня информации.
Маркером я помечал различные статьи, которые хоть отдалённо казались мне подозрительными, включая вандализм, грабежи с применением насилия и похищения. Наполовину просмотрев мартовские выпуски газет, я понял, что у меня закончились наклейки и я спустился вниз, на кухню, чтобы взять ещё, из шкафа с канцелярскими принадлежностями.
Когда я достиг второго этажа, мне пришлось сдержать себя, меня окутал аромат Изабеллы. Я услышал звук открывающейся двери гаража и понял, что она дома. Сделав выражение лица, которое другие расценивали, как уместное, я вошел в кухню.
- Добрый день, Изабелла, - поздоровался я и наблюдая, как она потянулась за кофейной чашкой, которая стояла на верхней полке шкафчика.
- Добрый день, - развернувшись, сказала она и поднялась на носочки.
Несколько секунд я оценивал ситуацию, наблюдая её борьбу с высоко расположенной полкой, и волна раздражения на самого себя прокатилась по мне.
- Давайте, я помогу Вам достать её, - сказал я, с лёгкостью доставая чашку и ставя её на столешницу.
Подобные жесты постоянно озадачивали меня. Такие простые вещи, как придерживать дверь открытой, позволяя кому-то пройти вперёд, или предложить кому-то помочь донести коробки или сумки из машины. Вещи, о которых я не задумывался на протяжении долгих лет. И у меня возник вопрос, как остальные люди воспринимали моё поведение.
Подойдя к шкафу с принадлежностями, я начал искать и довольно-таки быстро нашёл нужные мне наклейки, благодаря великолепным организаторским способностям Изабеллы. Я уже был готов развернуться и сказать это ей, когда боковым зрением заметил, что она очень пристально смотрела на меня.
В её глазах был написан вопрос, она немного сузила их и продолжала изучать меня. Её интерес привёл меня в восторг, потому что раньше никто не уделял мне большого внимания. Когда это кто-то делал, я всегда знал, о чём думает этот человек. Женщины обычно были впечатлены моим появлением, а мужчины были напуганы моей устрашающей натурой. Всё во мне притягивало людей на какой-то момент, но потом, так же быстро, как притягивало, те самые качества заставляли людей чувствовать себя некомфортно в моём присутствии.
Изабелла стояла позади меня, её сердцебиение было в норме и дыхание ровное, она всё ещё разглядывала меня.
И снова у меня не было ни малейшего представления, о чём она думает. Это убивало меня.
В конце концов, я развернулся к ней, замечая, как лёгкий розоватый оттенок окрасил её шею.
- Спасибо Вам за то, что так хорошо рассортировали все в шкафу. Я нашёл именно то, что мне было необходимо, - при этих словах я поднял руку, в которой были наклейки розового цвета.
- Всегда пожалуйста, - ответила она, всё с тем же шутливым выражением лица.
- Я буду наверху и было бы предпочтительно, чтобы меня не беспокоили. Если я Вам понадоблюсь, позвоните мне на мобильный, хорошо? - ответил я её изучающему взгляду. Я немного приподнялся на ногах, чувствуя себя слегка некомфортно, словно мне было трудно уйти отсюда.
Мы так и стояли на кухне, Изабелла и я. И вновь в воздухе витало какое-то напряжение, пока она не развернулась спиной ко мне, сгорбив плечи, и начала размешивать свой чай. Я сделал шаг назад, готовый уйти и вдруг она заговорила слегка дрожащим голосом.
- Я знаю, кто Вы.
Моё мёртвое сердце упало в мой древний желудок, наполнившийся страхом и ужасом. Она знает? Это были слова моих самых больших страхов. Во рту пересохло и мне пришлось заставить себя дышать, чтобы казаться нормальным. Я выровнял свой голос и спросил:
- Кто я?
Звук металлической ложки, скользящей по краям её чашки, был единственным звуком в комнате, прежде чем она сказала:
- Вы невероятно аккуратны и опрятны.
Ладно. Это была правда, но это с трудом можно было отнести к опознавательным чертам вампира. Я приготовился к большему.
Её сердце трепыхало, как крылышки колибри и я практически мог чувствовать, как жар исходит от её тела, показывая, что ей неловко. Только эта глупая женщина будет смущаться, пока рушит мою жизнь. Она обрывисто вдохнула и сказала:
- Вы явно тренируетесь. Много. Ваше тело восхитительно.
Она думала, что я выгляжу восхитительно. Самодовольная улыбка проскользнула по моим губам, прежде чем я прогнал её, в миллионный раз задаваясь вопросом, что за мысли посещают её голову. Мне было известно, что женщины находили меня привлекательным, но когда я услышал это из уст Изабеллы, лавина разнообразных чувств, к которым я не привык и которых не знал, накрыла меня. Хотя, неужели это так важно, упоминать об этом сейчас?
- Ваша кожа безупречна. Вы ведь делаете пилинг, да? - спросила она, прерывая поток моих мыслей, я заметил, что она немного развернулась и её глубокие карие глаза оценивали выражение моего лица. Я немного встряхнул головой, боясь заговорить. Я и понятия не имел, что такое "пилинг", но точно знал, что никогда этого не делал.
- Ха... - заключила она и повернулась обратно, к столешнице. Её длинные волосы всколыхнулись немного, когда она сделала ещё один глоток чая, - У Вас идеальные волосы и одежды у Вас больше, чем у Пэрис Хилтон.
Тяжёлый узел в моём животе превращался в озадаченность. Пэрис Хилтон? Неужели Изабелла думала, что она тоже вампир?
Она продолжила свои догадки:
- Иногда Вы так разговариваете, будто никогда не были в обществе женщины, Вы никогда не сидите с какой-то компанией, и единственный раз, когда эта компания у вас была - это был мужчина. Который по случайности оказался таким же невероятно великолепным.
Что? Я буквально не мог следовать логике её мыслей. О каком мужчине она говорит? Покопавшись в памяти, я вспомнил единственного посетителя, который у нас был.
Джаспер.
Она стояла неподвижно, ладони на столешнице. Когда она заговорила, её голос был низким и уверенным:
- Как я уже сказала, я знаю, кто Вы.
Ну, вот и момент истины. Картинки того, что сейчас произойдёт замелькали перед моими глазами. Она убежит с криками? Мне придётся её убить? За все восемьдесят лет у меня не было такого момента. Я заставил себя дышать ровно, как человек, собрав всё своё мужество, чтобы выложить всю правду перед ней. Но сперва, мне нужно выяснить, знает ли она.
- Скажите, - приказал я, мой голос был пронизан паникой.
Она помедлила.
- Скажите, - вновь приказал я, - Громко.
Изабелла развернулась ко мне и посмотрела прямо в глаза. На её лице были не те эмоции. Вместо страха от неё исходила... поддержка, понимание?
- Вы гей, - сказала она спокойным и сильным голосом.
На секунду я онемел, руки сжаты, готовые к действиям, но затем до меня, словно эхом, донеслись её слова.
Гей?
- Я... эммм... что? - я путался в словах. Никогда ещё не запинался в разговоре. Всё, что хоть как-то связано с этой женщиной изумляло меня. Она сделала из меня какого-то неуклюжего идиота.
Как оказалось, неуклюжего идиота-гея.
Она шагнула вперёд, принося с собой новую волну её мучительного аромата, который моментально заполнил всего меня. Её, обычно бледные щёки, были окрашены смущением. Её глаза сияли, а губки стали надутыми от удовлетворения, что она "разоблачила" меня.
Ещё никогда она не казалась мне более привлекательной, чем сейчас.
- Вы - гей, - повторила она, произнося слова медленно, - Это нормально. Я абсолютно поддерживаю Вас и Ваши решения. Ну... не решения, учитывая, что все мы родом из одного места, но... Неважно, я думаю, это отлично.
Она думает, что я гей и это отлично. Полагаю, что эта альтернатива получше, чем правда о том, что я - кровожадный монстр.
Но она всё ещё продолжала говорить и я "проснулся" от своих размышлений.
- ... и, знаете, пусть это не кажется стереотипом, но у Вас действительно огромный гардероб для обычного парня. Не говоря уже о девушке из кафе, о симпатичной девушке. Она рассказала мне, что тоже ни разу не видела Вас с девушкой. Мало того, она оставляла Вам свой номер и не раз, только для того, чтобы потом найти его нетронутым на столе. Я о том, что она действительно хорошенькая. Да ладно, Вы - молодой, невероятно красивый, богатый, успешный. Вы, - она подошла ко мне вплотную и ткнула своим пальчиком в мою грудь, - абсолютный гей.
В то мгновение, когда её тёплый пальчик прикоснулся к моей груди, даже через одежду, меня захлестнуло эмоциями.
Я окончательно сбился с толку. Люди думали, что я гей? Девушка из кафе рассказывала Изабелле свои предположения о моих сексуальных предпочтениях? Как только я развеял беспорядочно роящиеся мысли в моей голове, я понял, что был более, чем удивлён, не говоря уже о том небольшом участке кожи на моей груди, который жгло, как от прикосновения раскалённого металла. Вся ситуация была настолько нелепа и её предположения были настолько далеки от истины, что я даже не знал, как реагировать на это.
Она убрала свой пальчик от моей груди и мне тут же стало его не хватать. Неосознанно я потёр это место своим большим пальцем, пытаясь вернуть те ощущения. Она отошла назад, подняв свою чашку с чаем, произнося равнодушно:
- Но Вы не переживайте, я никому не расскажу. Это будет Вашим решением, когда Вы захотите, чтобы мир узнал об этом, - она улыбнулась и подмигнула мне, направляясь к своему рабочему столу в другой комнате.
На минуту я застыл с открытым ртом, пытаясь побороть желание разубедить её. Как бы смехотворно это не звучало, но, пожалуй, это - её самое большое заблуждение. Мой настоящий секрет, был в том, что я - навечно застывший в своём физическом развитии, в возрасте семнадцати лет, вампир, который для поддержания этого спектакля жизни притворялся президентом мульти-милионной корпорации - был ужасающим. Если ещё ко всему этому добавить тот факт, что у меня была и другая работа - борьба с преступностью и отслеживание плохих парней в течение моих бесконечных и бессонных ночей, то ситуация станет вообще абсурдной. Единственное, что было ещё более абсурдным, так это мои проявления голода и похоти по отношению к самой хрупкой девушке, с которой мне только приходилось сталкиваться.
Я поднял руки к лицу, сжимая свои волосы. Чёрт, даже не уверен, когда моя жизнь превратилась в какой-то эпический плохой фильм ужасов, но, несомненно, такой она и стала. Ох, подождите. Я знаю, когда. Это был день, когда Изабелла Свон вошла в мою жизнь. Это просто какая-то космическая судьба, которая теперь включала в себя ещё и термин "гей" по отношению к Президенту-Вампиру-Преследователю-Преступности.
Как бы болезненно для меня это ни было, но, вместо отрицания её догадок, я решил оставить всё без комментариев. Если мой статус "гея" объясняет моё странное поведение и физическую внешность, то я смогу быть с ней, не знающей правды. Это даже давало мне немного свободы от её наблюдений за мной, а также, возводило определённый барьер между нами, который поможет мне сдерживать себя в будущем. Это отбросит меня назад от тех чувств и эмоций, которые возникали во мне со дня её появления в моём доме. Это была всего лишь очередная ложь в моей выдуманной жизни, но мне было необходимо, чтобы она оставалась рядом со мной, пока я пытался разобраться в том, как её защитить. И если это означало, что с настоящего момента в своём собственном доме Эдвард Каллен станет геем, значит, так оно и будет.
Я бросил один, последний взгляд на Изабеллу, которая сидела за своим столом и, накручивая локон волос на свой пальчик, проверяя электронную почту, прежде чем начал подниматься наверх. Глядя на неё, сидящую здесь, защищённую, я понял, что у меня были задачи поважнее, на которых нужно сконцентрировать всё своё внимание, поэтому я поднялся наверх, чтобы начать работать над ними.