BPOV

Выпускной пришёл и ушёл, как обычно это бывает - шляпы с кисточками, мантии и фотографии. Мои родители приехали из Аризоны на церемонию вручения дипломов, это было мило, ведь я думала, что наша встреча состоится гораздо позже. Мне было грустно видеть как они уезжают и, в то же время, я была взволнована началом моей новой работы. Всю последнюю неделю я провела, консультируясь с Ким и чувствовала себя довольно уверенно в управлении, знала, что от меня требуется, когда останусь одна. Я всё ещё ни разу не сталкивалась с мистером Калленом, потому что его не было дома, пока я находилась там. Ким сказала, что у него очень много встреч в офисе, а также он посещает множество проектов, поддерживаемых PNT.
Когда я подъехала к дому Каллена, конечно, шел дождь. К сожалению, я не смогла найти место для парковки около дома, поэтому мне пришлось припарковываться у обочины. Ворча себе под нос, я достала зонтик и повесила свою сумку на плечо. Я дошла до дома почти не вымокнув, открыла дверь ключом, который мне вручила Ким, и понеслась по лестнице наверх. Встряхнув зонтик, я сняла свой плащ и задержалась ненадолго, чтобы повесить его на вешалку, прежде чем подойти к своему столу.
Мой стол.
Ким забрала с собой все личные вещи, так что стол был чист. Прежде чем усесться на своё рабочее место я помедлила, наслаждаясь моментом. Моя первая настоящая работа и мой первый настоящий рабочий стол. Это было, своего рода, ребячеством.
Я взяла лист, адресованный мне мистером Калленом. Его почерк был самым аккуратным и красивым из всех, что мне пришлось повидать. Он выглядел очень старомодно, с оттенком женственности. Я даже позавидовала плавным линиям и завиткам его букв. Надеюсь, что мне никогда не придётся писать ему что-либо своим кривым девчачьим почерком. Но, выкинув из головы эту мысль, я продолжила просматривать список своих поручений, в которые входило: забрать бельё из прачечной, организовать некоторые необходимые заказы в магазине и аптеке. Также ему нужна была определённого типа ручка из специального магазина к северу от города. И мне было необходимо сходить к почтовому ящику и забрать оттуда его почту и доставленные газеты. Очевидно, мистер Каллен подписался на получение пятнадцати газет ежедневно, он просматривал их каждую ночь. Я и понятия не имела, каким образом он был способен поглощать такое количество информации после полного трудового дня, но, уверенна, это - не моя забота.
Я просмотрела ещё раз список моих поручений, сделала звонок в один из магазинов и сделала заказы. Еще, к записке была прикреплена серебристая кредитная карточка с надписью Pacific Northwest Trust, выделенная рельефными буквами. В записке было сказано, что я могу воспользоваться карточкой в необходимых случаях. Пройдя в холл я вновь надела свой плащ и достала зонтик. Вздохнув, я понеслась к своей машине, перепрыгивая через лужи.
6 часов, 8 магазинов, одна остановка для заправки, другая на ланч, одно попадание в лужу и я - снова в офисе. Истощенная и полностью промокшая от дождя. Всё, чего я хотела - это поехать домой и забраться в постель. Но, до конца рабочего дня оставалось ещё 2 часа, тем более, мне надо было разложить все покупки по местам и сделать ещё кое-какие небольшие задания по дому.
Я провела некоторое время, заменяя лампочки в библиотеке и комнате. Очевидно, мистер Каллен решил переключиться на сохранение галогенов в экологических целях. Я чувствовала себя расточительной, выбрасывая прежние превосходные лампочки, но это не было моим решением.

В библиотеке я немного отвлеклась на книги, заполняющие ряды с полками, которыми была обставлена комната. Так же, как и многие другие вещи в этом доме, книги были своеобразным коктейлем из старинного и современного, к тому же, здесь было большое количество книг на иностранных языках: немецком, французском и итальянском. Я остановила свой выбор на томиках Шекспира, изданных в кожаном переплёте. Они были потрепанными и мягкими. Так же тут присутствовали копии Гомера и Стейнбека, длинный ряд толстых медицинских журналов. Я уже поняла, что он, должно быть, гений, но трудно поверить в то, что он мог всё это перечитать. Представив претенциозность и эго моего босса, я внутренне фыркнула.
После того, как я закончила спасать мир при помощи лампочек, то поднялась на второй этаж, неся с собой его вещи из прачечной и другие личные вещи в гардеробную. Повесив принесённую одежду на спинку стула, я начала раскладывать газеты на небольшом столике, таким образом, что название каждой газеты виднелось из-под другой, как и гласила моя инструкция. После этого я разместила его почту в специальном органайзере - большие конверты снизу, а маленькие - сверху.
Вернувшись к чистой одежде, я сняла с неё обёрточный материал и вытащила вешалки. Я усмехнулась расточительности использования толстых деревянных вешалок, они висели в ряд. Повесив на них одежду, я расположила её в отведенных местах. Я знала, какие именно места были "отведенными", ведь у меня была, своего рода, шпаргалка, которую дала мне Ким. Каждая вещь была сфотографирована, что позволяло определить её место. Пройдя по комнате, я удостоверилась, что всё на своих местах. По каким-то причинам мне нравилось находиться здесь, наверху. Должна признаться, было немного одиноко находиться в этом доме без какой-либо компании и во время работы, самый близкий контакт с человеком ощущался именно здесь, в гардеробной. Остальная часть дома казалась какой-то нежилой, безликой. И только здесь, я могла немного больше узнать о неуловимом мистере Каллене.
Впервые я заметила коллекцию старых пластинок. Я провела по ним пальчиками, читая названия и просматривая эмблемы: The Beatles, The Rolling Stones, The Who, The Grateful Dead, The Doors, Janis Joplin, Pink Floyd, Led Zeppelin, David Bowie, Queen, и KISS. Я обратила своё внимание на одну из пластинок KISS и провела пальчиком по гладкой поверхности с изображением лица Gene Simmons, по до смешного длинному языку. Их было слишком много, чтобы рассмотреть каждую, но, кажется, они все были расположены в хронологическом порядке и, подходя к концу, я заметила имена Cher, Elton John, Nirvana и самым последним был диск Madonna 'Hard Candy Tour'. Впечатляющая коллекция. Наверное, он нашёл специальный магазин, прямо работающий на производителя. Мне стало интересно, отвечала ли Ким за их поиски и покупку.
Ах, жизнь богатых.
Я вышла из комнаты, выключила свет и закрыла за собой дверь. Спустившись вниз по лестнице и пройдя к своему столу, я заполнила свой отчёт о проделанной работе. Я набрала его на компьютере, не желая писать своим корявым почерком, и оставила его на краю стола, как мне было сказано.
Это был хороший день, но меня больше радовала перспектива вернуться домой, заказать пиццу и обсудить все сегодняшние дела с Анжелой. Я собрала свои вещи. Интересно, как скоро я увижу мистера Каллена, мой интерес возрастал день ото дня.
Конечно, мне придётся столкнуться с ним лицом к лицу в какой-то момент.

EPOV

Цветы.
Этот аромат проник в мои ноздри, и теперь, я понял, что он принадлежит моему новому персональному ассистенту. Это был один из тех запахов, который первоначально очень притягателен. Затем его становится "слишком много" и он становится неприятным. Я колебался между этими двумя вариантами, что начинало раздражать меня. Неважно, завтра я оставлю ей записку с просьбой перестать пользоваться этим парфюмом, поясняя тем, что он вызывает у меня мигрень. Звучит натянуто, но так или иначе, этот запах затуманивал мне голову, и мигрень звучит вполне приемлемо, чем что-либо ещё придуманное мною.
Я был в своей гардеробной и снимал с вешалки рубашку из старинной коллекции. Сегодня мне предстоял выход. Я должен был пойти туда. Когда я был по ночам дома, то всегда молчал, это компенсировало долгие дни на работе. Обычно я не посещаю офис так часто, но сейчас предстояло завершение финансовых дел этого года. Было множество встреч с бухгалтерами и директорами комитета, во время которых рассматривались бюджеты организаций, которые мы финансировали. И у меня не было выбора, кроме как появляться там и исполнять мою роль президента.
Я надел светло-голубую рубашку и натянул джинсы, застегивая пуговицу. Прежде чем подойти к столу, чтобы просмотреть сегодняшнюю почту, я завершил процесс одевания, выбирая пару коричневых ботинок и пиджак. Когда я поднёс конверт к носу, то вздрогнул, почувствовав острую боль.
Чёртовы цветы.
Я фыркнул в адрес конверта ещё раз, прежде чем покинул комнату; захватив с собой несколько газет я покинул дом, пользуясь парадной дверью, вместо задней. Голова всё ещё была словно в тумане, когда я направился пешком в более оживлённую и престижную часть города. Свежий воздух очистил мою голову и я стал чувствовать себя лучше, но всё ещё оставалась легко ощутимая боль. Я решил, что причиной тому являлся этот цветочный запах и встряхнул головой, словно пытаясь отогнать его.
Пересекая улицу, я направился к своей цели, обращая внимание на проходящие группы людей и прислушиваясь к их болтовне. Был понедельник, поэтому группки людей были небольшими и их мысли были направлены на работу или другие повседневные раздражители.
Ни капли оригинальности.
Я проследовал к кафе на углу, с выступающей вперёд терассой и поприветствовал улыбкой работницу заведения. Моё лицо и мои привычки были достаточно знакомы ей, так как я регулярно бывал здесь. Деловые встречи частенько проходили тут, это местечко было здесь примерно около полугода и для меня было просто идеальным. Достаточно долго, чтобы быть примеченным, но недостаточно для того, чтобы создать устойчивое мнение окружающих о нем.
Я вернулся на крытую терассу и, расположив свои газеты и напиток на столе, выдвинул стул присаживаясь. Выделяя маркером интересующие меня темы, я просмотрел первую газету. Здесь было несколько упоминаний об интересующих меня инцидентах, причём, они были на удивление близко к городу, это заставило меня задуматься. Возьму отмеченные статьи с собой и проверю их дома, позже.
Во время чтения ноющая боль всё ещё не покидала меня. Возможно, кто-нибудь из сидящих здесь пользовался тем же чёртовым парфюмом. Для меня это станет проблемой, если запах станет популярным. Раздражённый, я втянул носом воздух - ничто не привлекло моего интереса. К моему удивлению, этот ужас исходил от меня. Я приподнял ворот своей рубашки и понюхал.
Вот чёрт!
Аромат с силой ударил мне в голову и она начала кружиться. Оставив рубашку, я глубоко вдохнул свежий воздух. Окей, лучше. Хорошо владея своей дисциплиной, я был искренне удивлён своей реакцией и решил, что просто должен привыкнуть к этому запаху, раз он так сильно беспокоил меня.
Эдвард Каллен любит ставить себе задачи.
Поэтому я присел обратно, и продолжил читать, игнорируя пульсирующую боль. Хотя, иногда я наклонялся к рубашке и делал быстрые вдохи, чтобы проверить оказывал ли этот запах на меня прежний эффект.
Оказывал.
Но меня это не останавливало. Как наркоман, жаждущий принять новую дозу, каждый раз, когда я вдыхал этот аромат, я чувствовал взрыв внутри, сопровождаемый болью, а затем отвращением.
После часа, проведённого в этих смешных испытаниях, я вылил свой нетронутый кофе и собрал газеты. Я был больше, чем встревожен своим поведением и раздражён той властью, которой обладал надо мной этот аромат. Стоя на углу улицы, я внутренне метался, не уверенный в том - что же делать? У меня было два варианта. Пойти домой - это нормально, или утолить свой голод.
Во второй раз мой голод взял верх и я, отвернувшись от дороги к дому, выбросил газеты в мусор и направился к той единственно определённой вещи, которая могла утолить мой голод.