Белла

Постепенно я возвращалась на нашу грешную землю: вновь возникло ощущение реальности, яркая радуга цветов перед глазами стала колебаться, рассеиваясь до тех пор, пока не исчезла вовсе. Надо мной возвышалось склонённое лицо Эдварда. Его ладонь легла на мою щёку, кончиками пальцев он ласково стирал последние следы слёз. Не знаю, когда успела заплакать, а, возможно, это произошло непроизвольно, - так велико и так необъятно оказалось наслаждение, подаренное мне Эдвардом.
Его взгляд сфокусировался на моих приоткрытых губах, кончик пальца скользнул к ним, и я скорее поняла, чем ощутила, как он поглаживает мою нижнюю губу в том месте, где я особо сильно прикусила её. Мои губы дрогнули и растянулись в слабой улыбке. Ещё некоторое время я была отчасти дезориентирована, а тело продолжало упрямо отказываться подчиняться мне. К тому же безумно не хотелось двигаться.
Там, где меня ласкал Эдвард, всё ещё не стихли до конца слабые импульсы, мышцы непроизвольно сокращались, сердце тоской отозвалось на это. Нарастало непонятное чувство одиночества. Пытаясь прогнать его, я обняла Эдварда и потянула его к себе. Без возражений, он опустил голову, покрывая мою шею лёгкими поцелуями и вдыхая аромат волос.
- Я люблю тебя, - прошептали мы друг другу.
Я зажмурилась и сильнее прижала его к себе, пытаясь задержать, ускользающее чувство лёгкости и невесомости. - Почему ты остановился?
- Ты уверенна, что готова для этого?
Была ли я уверена? Сейчас - нет. А вот несколько минут назад, когда он ласкал меня - да. Я просто забыла обо всём. Забыла о самой себе. Мне хотелось... сама до конца не уверена, чего же мне хотелось. Поэтому я не нашла ничего лучше, чем просто сказать правду. - Я уверенна в одном: стоит тебе лишь прикоснуться ко мне, и вся моя воля тут же улетучивается.
- Знаю, Белла, - в его голосе сквозила печаль.
- Знаешь?
- Да, знаю. Ты теряешь волю под воздействием яда. Видишь ли, вампиры ядовиты, и я не исключение.
Ядовиты? Но я вовсе не чувствовала себя отравленной, одурманенной или потерявшей контроль, словно под воздействием наркотика. В памяти чётко сохранилось каждое движение, каждый жест, каждый вздох, каждое слово... и я отвечала за себя и знала, попроси я остановится в любой момент, Эдвард бы так и сделал. Нет, рядом с ним я всегда полностью владею собой.
- Значит, я теряю контроль от твоего яда? - осторожно уточнила я.
- Да.
- А яд выделяется во время охоты?
- Да.
- То есть, если я теряю голову от желания, это значит - ты потерял голову от жажды?
- Да.
- Как интересно... - нет, тут наши теории не сходились. Несколько раз я наблюдала Эдварда, готового к атаке. Тогда у ресторана или при встрече с пьяной компанией недалеко от клуба. Весь его облик почти незримо изменялся: тело напрягалось, словно готовилось к прыжку, глаза темнели и приобретали выражение нарочитой расслабленности. Но, вот чтобы подобное было направлено в мою сторону - такого я ни разу не видела. Эдвард, безусловно, заблуждался. Чуть помедлив, я добавила. - Скажи, а сегодня ты тоже "охотился" на меня?
- Почему ты спрашиваешь, Белла?
- Ну, - протянула я, позволяя образам, мелькавшим у меня в голове, полностью завладеть собой, - сегодня было все как-то иначе... ярче... сильнее... ну, как бы тебе это сказать... - наконец, я замолчала, не в силах подобрать нужных слов, описывающих собственные ощущения. Чувствуя, как щёки начинают пылать, я, смутившись, окончила. - Эдвард, я действительно была готова сказать "да" сегодня...
И тут я совсем не лукавила, я была честна и перед Эдвардом, и перед собой.
Эдвард, откинувшись, сел и улыбнулся, а я медленно последовала за ним. - Белла, я сегодня первый раз не охотился...
Изучая его улыбающееся лицо, я в очередной раз попала под магическое действие его улыбки, сердце забилось в ломаном ритме. Мне опять не верилось, что это происходит на самом деле, я снова стала убеждать себя в том, что это не сон. Иногда, мне было страшно, что кто-то придёт и заберёт у меня, нежданно появившееся из ниоткуда, ничем не заслуженное мной счастье. Любовь ранит. Любовь несёт неуверенность. И сколько бы раз я себя не убеждала, что все мои мысли по этому поводу абсурдны, они возвращались вновь.
Я подумала о том, что происходило на этой кровати несколько минут назад, и снова попала в плен воспоминаний. Мне надо было коснуться его, это было жизненно важно.
Опустив ладони ему на грудь, я бережно обвела твёрдые мускулы, попутно лаская прямую линию плеч. Прекрасное мужское тело. И оно, так же как и его владелец, полностью и безраздельно принадлежит мне. Мне... Я видела, как Эдвард закрыл глаза, склонив голову на бок, отдаваясь моим ласкам с лёгкой улыбкой на губах. Дарить наслаждение - это было внове для меня. Наблюдать за тем, кому я его дарю, - тем более. С внезапным удивлением, пришло осознание, что видеть реакцию Эдварда на мои безыскусные ласки, доставляло мне не меньшее удовольствия. Я эгоистично перетянула всё на себя, в то время как он, наверняка, так и остался неудовлетворённым. Эти рассуждения подхлестнули меня к тому, на что мне было, ох, как сложно решиться. Мой взгляд следовал за движениями рук. С мрачной решимостью мои ладони скользнули ниже к плоскому животу, пока не достигли пояса джинс. Пока смелость окончательно не покинула меня, я, внимательно наблюдая за собственными руками, взялась за пряжку ремня и, потянув её, расстегнула.
- Что ты делаешь? - резкий вопрос Эдварда моментально заставил меня отдёрнуть руки и, испуганно, уставиться на него.
Проигнорировав его вопрос, я смущённо пролепетала. - Я все никак не привыкну к твоей скорости.
- Извини, я не хотел тебя напугать, - снова ровным тоном произнёс он.
Я опять потянулась к его ремню, собираясь предпринять вторую попытку, и при этом, пытаясь выглядеть достаточно беззаботно, проклиная своё взбесившееся сердце, отбивающее глухие удары о грудную клетку, и, надеясь, подарить ему хотя бы толику того буйного сладостного вихря, в который он сам вверг меня не так давно.
- Зачем? - всего одно слово.
- Ну, - начала я, всё ещё не отнимая рук, от пряжки, - мне кажется, я должна сделать для тебя то же, что ты сделал для меня, - закрыв глаза, я удручённо прошептала, - правда я совсем не умею... не знаю, как...
- Белла, зачем? - уже два слова.
- Ну, ты же не получил никакого удовольствия... - прошептала я ему свои соображения.
Он потянулся ко мне, мимолётно коснувшись подбородка, приподнял моё алеющее лицо. - Белла, более яркого наслаждения я не испытывал за всю свою жизнь. О чем ты говоришь?
Эдвард пытается меня успокоить? Или это правда? Мне сложно было поверить в его слова, мысли всё ещё крутились вокруг собственного удовольствия. Бросив, как бы взгляд со стороны, я увидела саму себя, распростёртую на кровати, извивающуюся под умелыми руками Эдварда. Острые вспышки наслаждения, пронзающие меня, даровали мне освобождение от сладкой пытки, длившейся неопределённое время. Я получила своё, а он нет. Тут же в память ворвалось воспоминание, как я тянулась к Эдварду, но он отвёл мою руку. Почему?
- Но ты же не...не... - слова отказывались произноситься, и я вновь замолчала.
- Нет, - быстро подтвердил он.
Что я знаю о том, что происходит между двумя? Мало. И знания мои исключительно теоретически. Замешательство лишь усилилось, но на ум так кстати пришла, услышанная когда-то фраза: любовь - это то, что происходит между двумя людьми, которые любят друг друга. Просто и логично. Если читать между строк, можно увидеть - сердце подскажет. Сейчас оно мне подсказывало, нет, оно молило прикоснуться к Эдварду, отплатить лаской на его ласку, страстью на его страсть, ответить взаимностью на взаимность, доказать, утвердить, подарить наслаждение. И пусть я ничего не умела, я была уверена, Эдвард не ждёт от меня большего, чем я могу предложить. Глубоко вздохнув, я приготовилась к длинной речи.
- Ну вот, значит, я должна... - я посмотрела на него и встретила спокойный внимательный взгляд серьёзных янтарных глаз. - Ты не подумай ничего такого... - я вновь запнулась, он молчал, позволяя мне собрать в одно сумбур моих мыслей. - Но ты, наверно, ожидаешь от меня...
- Белла, - он потянулся и легонько сжал мои плечи. - Белла, любимая моя, ты сама этого хочешь?
Честность. Только честность. Я не могла ему врать. Хотела ли я? Хотела, но боялась, и страх пересиливал все остальные чувства во мне. Я боялась показаться нелепой, неумелой... неинтересной.
- Нет, но я... должна...
- Ничего ты не должна, моя Белла. Всему свое время.
- Но ведь я... а ты не... - я никак не могла заставить себя называть вещи своими именами.
- Белла, это не имеет никакого значения. Совершенно. Поверь мне, пожалуйста. Когда любишь, единственное, что имеет значение, - это наслаждение возлюбленной, а его я получил в полной мере. Все остальное настолько не важно. Ты даже не представляешь, насколько я счастлив сейчас. Я счастлив оттого, что ты выслушала меня, оттого, что у меня не осталось от тебя никаких тайн. Я счастлив оттого, что ты доверилась мне. Я счастлив оттого, что слышал твой стон. Ты подарила мне все, даже то, на что я и не смел надеяться. Я люблю тебя.
- Я люблю тебя, - прошептала я, откидываясь на подушки.
Он вытянулся рядом, затем, потянув одеяло, укрыл нас им. Его рука по-хозяйски легла на мою талию и притянула ближе.
- Спи, Белла, завтра будет новый день.
Закрыв глаза, я спрятала лицо на его груди и, улыбнувшись, погрузилась в спокойный сон.

***
Мои глаза широко распахнулись, первое, что я увидела перед собой, склонённое надо мной лицо Эдварда. По-видимому, это входит в привычку - видеть его по утрам. Я недоуменно поморгала, пытаясь привести в порядок свои мысли, задаваясь вопросом, отчего мне так легко и сладостно. Я смотрела на Эдварда и изучала его улыбку, пытаясь понять саму себя, пытаясь вспомнить... И вдруг... совершенно внезапно... мою память заполнили картины прошедшей ночи... дом Эдварда... его комната... кровать... признания... поцелуи и ласки более откровенные, чем обычно мы позволяли себе... Ох, сердце ускорило свой ритм. Я тут же представила, как мы лежали в постели, а наши полуобнажённые тела касались друг друга, и тут же почувствовала зарождающееся возбуждение.
Эдвард улыбнулся и, наклонившись ближе, прошептал. - Доброе утро.
- Доброе, - я потянулась к нему за утренней порцией поцелуев, затем, перевернувшись, легла на живот, положив подбородок ему на грудь. Он выглядел очень довольным и... очень счастливым. Я изучающе смотрела на него, его янтарные глаза просто сверкали и были необычайно светлы. Не знаю почему, и, наверное, это было отчасти глупо, ко мне пришла уверенность, что теперь я имею право открыто прикасаться к нему тогда, когда пожелаю. Да, и он не возражал, против моих проявлений нежности и любви. Правда, он вообще никогда не отказывал мне в ласке.
- Эдвард Каллен, если ты скажешь, что мне все приснилось я... я... тебя побью.
- Нет, моя Изабелла, тебе ничего не приснилось, - ответил он, переворачиваясь и нависая надо мной. Его руки легли по сторонам от меня, своим великолепным телом, он припечатал меня к кровати и, по-прежнему улыбаясь, произнёс, - но если ты сомневаешься, я могу повторить...
Почувствовав, как кровь прилила к моим щекам, а сердце застучало в несколько раз быстрее, я попыталась сдвинуться под ним, но он не давал мне двигаться. Тяжесть его тела на моём, возбуждала, воскрешая воспоминания о прошедшей ночи. Я прикусила губу, пытаясь сдержать, рвущееся наружу «да, повтори…», когда в сумке, стоящей возле стола, зазвонил телефон.
- Это Чарли, что-то случилось, слишком рано для звонков!
Эдвард тут же откинулся в сторону, освобождая мне путь. Выпутавшись из одеял, я подлетела к телефону. – Папа!
- Привет Беллз, - голос его звучал спокойно, я облегчённо выдохнула; значит ничего катастрофического. - Я буду не раньше обеда. В соседнем городе произошло нападение на человека, то ли волк, то ли другое животное, … что-то странное.
- Хорошо пап, будь осторожен.
- Я всегда осторожен.
Связь прервалась и я, поджав губы, обернулась к Эдварду. – Ну, вот, мало того, что он вчера довольно рано уехал на дежурство, так ещё и этот внеплановый вызов...
- Да, ничего хорошего, но ты не переживай, он же скоро вернется, - попытался успокоить меня Эдвард, но мои мысли потекли уже в другом направлении.
- Знаешь, во всем этом есть и хорошая сторона.
- Какая? - изумился он.
- Сегодня у нас образовалась масса свободного времени.. Только я сначала схожу в душ, - «в холодный», - добавила я про себя…
Я собрала вещи из шкафа и ушла в ванную. Когда же я вернулась, Эдвард возлежал на кровати, с видом довольного человека, листая какой-то журнал. Я тряхнула ещё слегка влажными волосами и направилась к зеркалу, намереваясь привести в порядок хаос, творящийся на моей голове. Руки потянулись к застёжке цепочки с кулоном, я помедлила и решила не снимать его.
Через зеркало я посматривала на Эдварда, всё ещё расположившегося на кровати и не прекращающего своё чтение. Ленивая расслабленная поза не вводила больше меня в заблуждение. Я знала, как за долю секунды, Эдвард может поменять своё положение, став предельно внимательным и собранным.
Мой взгляд переместился к его рукам и задержался на пальцах, неторопливо перебирающих страницы, мои щёки вмиг запылали, стоило мне вспомнить, что творили со мной эти руки. Он точно знал, какая ласка, какое прикосновение заставит меня потерять голову, лишиться разума.
Мои мысли приняли иной оборот, и, вот, я уже хмурилась. Явно, что опыт его почерпнут не из теории, вероятно, нет, так и есть, он занимался этим разными способами с разными женщинами... вернее с сотней женщин. Не понятно, откуда взявшаяся ревность начала туманить моё восприятие, неимоверным усилием, я попыталась прогнать её, внушить себе, что всё в порядке и меня ни капли не волнуют эти мифические женщины.
Вскинув голову, я намеревалась очередной раз подсмотреть за Эдвардом. У меня вырвался изумлённый вскрик. Эдвард стоял прямо за моей спиной и лукаво улыбался.
- Эдвард, чертовски сложно встречаться с парнем, который двигается столь бесшумно, - выдавила, наконец, я.
В ответ он лишь улыбнулся, откинул волосы с моего плеча и прижался поцелуем к шее. - Ммм... ты такая сладкая, - он глубоко вдохнул, - твоя кожа такая тёплая и пахнет ещё слаще после сна. - Я наблюдала за его движениями в зеркале. Вот его ладонь обхватила моё предплечье и заскользила вверх, губы переместились на мочку уха, холодное дыхание всколыхнуло мягкий завиток волос на моём виске.
- Белла, - протянул он, отстраняясь от меня. - Не надо этого делать.
- Не делать чего? - рассеянно произнесла я, всё ещё находясь под воздействием его ласк.
- Соблазнять меня.
- А я соблазняю?
Эдвард провёл рукой по моим волосам, перекидывая ещё слегка влажные пряди мне за спину.
- Ещё как!
За этим последовала долгое молчание. Мы испытующе смотрели друг на друга через зеркало. Эдвард, как всегда, первым вернул нас к реальности.
- Чем сегодня займёмся?
- А чем ты хочешь заняться?
Совершенно непроизвольно это прозвучало как приглашение.
Эдвард улыбнулся. - Чем угодно. А ты чем хочешь заняться?
"Тем же, чем и вчера", - подумала я, но в слух сказала. - Я открыта для любых предложений.
- Ну, - начал Эдвард, - мы можем провести день за обычными человеческими делами: сходить в кино, погулять в городе, посидеть в кафе. Как ты на это смотришь?
- Определённо положительно, - с улыбкой ответила я, - ведь всё мы это будем делать вместе.

Эдвард

Мы лежали в темноте. Она смотрела в никуда, а я смотрел на нее. Я мог бы променять все звуки мира за тихий стук ее сердца под моей холодной ладонью. Я вдохнул полной грудью, вбирая в себя ее аромат. Я видел, слышал, чувствовал, осязал ее и был совершенно счастлив. Ее дыхание постепенно успокаивалось, а кровь замедляла свой бег. Подняв руку, я осторожно смахнул слезинку с ее щеки, потом другую... Эти легкие прикосновения были для меня словно продолжением того, что уже закончилось. Не менее прекрасным и восхитительным. Она медленно возвращалась из нибытия, и в ее глазах читался восторг. Ее губы под моими ласковыми пальцами были нежнее шелка.
- Я люблю тебя Эдвард, - прошептала она.
- Я люблю тебя, Белла.
- Почему ты остановился?
- Ты уверенна, что готова для этого?
- Я уверенна лишь в одном: стоит тебе лишь прикоснуться ко мне, и я теряю всю свою волю.
- Я знаю, Белла, - похоже признания на сегодня еще не закончились. Но это будет самым последним, утешил я себя. - Ты теряешь волю под воздействием яда. Вампиры ядовиты, и я не исключение, - грустно улыбнулся я,
Она удивленно посмотрела на меня.
- Наш яд подобен наркотику, он заставляет жертву ощущать почти неземное наслаждение, - я на секунду запнулся, но заставил себя продолжить. - Так мы охотимся. Близость с женщиной - часть охоты. Яд нужен для того, чтобы лишить ее возможности сопротивляться.
- Значит, я теряю контроль от твоего яда? - она ничуть не казалась напуганной, но меня это уже перестало удивлять.
- Да.
- А яд выделяется во время охоты?
- Да.
- То есть, если я теряю голову от желания, это значит - ты потерял голову от жажды?
- Да.
Три "да" - и никакого сожаления. Спасибо, Белла. Я тот, кто я есть.
- Как интересно, - она мечтательно закрыла глаза и откинулась на кровать. Немного помолчав, она спросила. - Скажи, а сегодня ты тоже "охотился" на меня?
- Почему ты спрашиваешь, Белла? - я был удивлен.
- Ну, - она смутилась, - сегодня было все как-то иначе... ярче... сильнее... ну, как бы тебе это сказать... - она замолчала. - Эдвард, я действительно была готова сказать "да" сегодня...
- Белла, - я не мог скрыть счастливой улыбки, - я сегодня в первый раз не охотился...
Она приподнялась на локте, посмотрела на меня, а потом и вовсе села рядом. Ее ладошки заскользили по моим плечам, шее, груди. Я закрыл глаза, всецело отдавшись сладкой истоме, которую дарили ее руки. Меня заполнило нежно щемящее чувство ее тепла. В этой минуте я был готов оставаться вечность. Из блаженного небытия меня вывел звук расстегиваемой пряжки на моем ремне.
- Что ты делаешь? - я резко сел, и она испуганно отдернула руку.
- Я все никак не привыкну к твоей скорости, - смущено улыбнулась она.
- Извини, я не хотел тебя напугать.
- Уже все в порядке, - заверила она меня и снова нерешительно взялась за ремень на моих джинсах.
- Зачем? - изумленно спросил я.
- Ну, мне кажется, я должна сделать для тебя то же, что ты сделал для меня, - она окончательно смутилась, - правда, я совсем не умею...
- Подожди, - перебил я ее и опять повторил свой вопрос, силясь понять, что же ее мучает. - Зачем?
- Ну, ты же не получил никакого удовольствия...
- Белла, более яркого наслаждения я не испытывал за всю свою жизнь. О чем ты говоришь?
- Но ты же не... не... - теперь она выглядела совсем несчастной.
- Нет, - быстро ответил я, спасая ее от неприятной обязанности называть вещи своими именами, она и так была растерянна.
- Ну, вот, значит, я должна... Ты не подумай ничего такого... Но ты, наверно, ожидаешь от меня...
Наконец-то, я понял, о чем она. Она возомнила, что дала мне меньше, чем я ей, решила, что я ожидаю от нее ответных действий, компенсирующих мои.
- Белла, - я взял ее за плечи и посмотрел в ее глаза. Казалось еще минута, и они наполнятся слезами. Я совершенно не знал, как ей объяснить, я знал лишь, что простое "нет" ее не остановит.
- Белла, любимая моя, ты сама этого хочешь?
- Нет, но я должна...
- Ничего ты не должна, моя Белла. Всему свое время.
- Но ведь я... а ты не... - снова принялась спорить она и вновь запуталась в словах.
- Белла, это не имеет никакого значения. Совершенно. Поверь мне, пожалуйста. Когда любишь, единственное, что имеет значение, это наслаждение возлюбленной, а его я получил в полной мере. Все остальное совершенно не важно. Ты даже не представляешь, насколько я счастлив сейчас. Я счастлив оттого, что ты выслушала меня, оттого, что у меня не осталось от тебя ни каких тайн. Я счастлив оттого, что ты доверилась мне. Я счастлив оттого, что слышал твой стон. Ты подарила мне все, даже то, на что я и не смел надеяться. Я люблю тебя.
- Я люблю тебя, - прошептала она в ответ, откидываясь на подушки. Я осторожно опустился рядом с ней.
- Поспи, моя Белла, завтра будет новый день, - прошептал я, притягивая ее к себе.

***
За несколько часов до рассвета я спустился вниз выгнать машину из гаража, что бы отвезти Беллу домой. В саду я наткнулся на Джаспера и Эмметтa.
- О, Эд! - радостно завопил Эммет. - Поздравляю, ты наконец-то ее уговорил!
Я остановился как вкопанный, не веря своим ушам.
- Ну, ему все-таки Элис помогла, - добавил Джаспер, как всегда серьезно.
- Ну, хорошо, помогла, - покладисто согласился Эммет, - но все равно здорово. Хотя, конечно, можно было и не ждать так долго.
- Это да, согласен.
- С женщинами всегда так, - самодовольно сообщил Эммет. - Чем больше их уговариваешь...
- Можно было и не уговаривать... - начал Джаспер, но договорить я ему уже не дал. Он был более опасным противником, поэтому его я ударил первым. В то место, которое у людей принято называть солнечным сплетением. Следующим был Эммет. От неожиданности он отлетел с дорожки и наткнувшись на молодое деревце переломал его по полам
- Эдвард, ты что сбрендил? - обиженно спросил он, поднимаясь. - Я только хотел сказать, что на ней свет клином не сошелся...
На этот раз удар пришелся по его челюсти.
Из гаража показалась перемазанная в машинном масле Розали.
- Какого черта здесь происходит? - спросила она.
- Ничего нового, - невозмутимо ответил Джас, - Эдвард сошел с ума.
- И что он вытворяет на этот раз? - рассмеялась Розали. У нее было явно прекрасное настроение. Впрочем, оно у нее всегда было такое, когда она возилась в машинах. А, судя по всему, именно от этого увлекательного занятия ее отвлек шум.
- Он напал на нас, только потому, что мы сообщили ему, что ты, наконец-то, прочистила коробку передач в его машине. Ведь он тебя давно просил.
Я растерянно переводил взгляд с одного на другого.
- Так вы о Розали? - наконец, спросил я.
- Ну, да, - буркнул Джаспер. - Элис ей сегодня все уши прожужжала, про то, что мотор хрипит и кашляет, а ты, помнится мне, еще неделю назад просил ее посмотреть.
- Ага, - подхватил Эммет, - я, между прочим, все пытался тебе сказать, что не обязательно отдавать машину Роуз. Можно и в сервис отогнать...
Я сосредоточенно изучал землю под ногами...

***
Вернувшись в комнату, я подхватил ее на руки и отнес в машину. "Конечно Эдвард" - прошептала она сквозь сон, обвивая мою шею руками, - "я тоже этого хочу". Я улыбнулся. Похоже, она все еще находится во власти прошедшего.
Поставив машину за несколько километров, я медленно понес Беллу до дома. Было бы очень трудно прояснить Чарли присутствие моей машины утром под окном. Тихонько, стараясь не разбудить, я внес ее в дом и, уложив на кровать, устроился рядом с ней. Она не проснулась. Я провел несколько восхитительных часов, разглядывая ее спящую. Иногда, я касался ее рукой, просто чтобы удостовериться, что все это правда. Внезапно, я обратил внимание, что ее кожа слишком прохладна. Уж не замерзла ли она? - перепугался я. Немедленно отодвинувшись от нее на самый край, я накрыл ее одеялом. Она, не просыпаясь, скинула одеяло и, не открывая глаз, принялась шарить рукой по кровати. Нащупав меня, она переместилась и прижалась ко мне всем телом.
- Ты вся дрожишь, - слабо попробовал возразить я.
- Мне не холодно, - пробормотала она сквозь сон и я, притянув к себе, вдохнул запах ее волос.
Солнечный луч, скользнув сквозь шторы, осветил ее лицо, и она открыла глаза.
- Доброе утро, - улыбнулся я.
- Доброе, - радостно ответила она и потянулась поцеловать меня. Потом она перевернулась на живот и положила подбородок мне на грудь.
- Эдвард Каллен, - как-то очень серьезно произнесла она, - если ты скажешь, что мне все приснилось, я... я... тебя побью.
- Нет, моя Изабелла, тебе ничего не приснилось, - ответил я, переворачиваясь и приподнимаясь над ней, - но, если ты сомневаешься, я могу повторить...
Ох, одних этих слов было достаточно, чтобы ее аромат вспыхнул новыми красками. Да и я хотел только одного, вновь почувствовать жар ее кожи под своими пальцами. Она устремила на меня взгляд своих серьезных глаз, и я внезапно понял, что сейчас она ответит "да".
И тут из ее сумки настойчиво зазвонил мобильный.
- Это Чарли, - воскликнула она, подлетая к сумке. - Он никогда так рано не звонит! Папа! - она нажала на кнопку приема разговора.
- Привет, Беллз, - послышался с другой стороны голос Чарли. - У меня очень мало времени. В соседнем городе произошло нападение на человека, то ли волк, то ли другое животное. Вобщем, что-то странное. Я буду не раньше обеда.
- Хорошо Чарли, она казалась взволнованной, но держала себя в руках. Будь осторожен.
- Я всегда осторожен, ответил он и отключился.
- Ну вот, - она подняла на меня расстроенные глаза, - мало того, что он не спал ночь... теперь еще и на вызов поедет.
- Да, ничего хорошего, - согласился я. - Но ты не переживай, он же скоро вернется.
- Зато, во всем этом есть и хорошая сторона, - улыбнулась она.
- Какая? - изумился я.
- У нас есть еще масса свободного времени.. Только я сначала хочу искупаться, - и не дожидаясь моего ответа, она упорхнула в ванную комнату.
Я вернулся на кровать и чисто автоматически взял в руки журнал, лежащий на прикроватной тумбочке.
Через несколько минут из душа послышался шум воды. Пока она купалась, в моей памяти всплывали воспоминания о события последней ночи.
Ощущение ее нежной кожи под моими пальцами, первый стон... Я был готов дарить ей наслаждение снова и снова, изобретая тысячи разных способов вознести ее на вершину. "У нас есть масса свободного времени..." - Это намек?
Я бы с радостью не покидал этой комнаты до возвращения Чарли. Хотя, боюсь, так мы далеко зайдем. Скорее всего, она не имела в виду ничего конкретного, - отдернул я сам себя, - и не стоит так торопиться. Она еще испугается чего доброго, или бросится выполнять действия, к которым совершенно не готова. Нет-нет, Эдвард, возьми себя в руки и выбрось эти мысли из головы...
Этот диалог сам с собой продолжался ровно до того момента, пока она не появилась в комнате. Мне стоило лишь бросить на нее один взгляд, и все мое благоразумие исчезло, как и не бывало.
Я автоматически перелистывал страницы журнала, изо всех сил сохраняя выражение спокойствия на лице.
После душа ее аромат лишь усилился. Она согрелась, и на лице выступил легкий румянец. Ее волосы пахли лесными ягодами, а к дурманящему запаху кожи прибавился запах воды и шампуня.
Она подошла к зеркалу, слегка тряхнула волосами, сбрасывая с них капельки воды. Я чуть не задохнулся и, предприняв воистину титаническое усилие, опустил глаза на глянцевую страницу журнала.
Меня хватило меньше чем на минуту. Когда я в следующий раз взглянул на нее, она изучала мое отражение в зеркале. Столкнувшись со мной взглядом, она смущено отвела глаза. Я не мог слышать ее мыслей, но я мог догадаться о них, в ее запах вплетался аромат желания, который усиливался все больше и больше.
Похоже, воспоминания о прошлой ночи были волнительными не только для меня. Ох, моя Белла, сколько же всего тебе предстоит открыть, подумал я с нежностью. Внезапно по ее личику пробежало облачко недовольства, но тут же исчезло.
Eё руки потянулись к кулону на цепочке, и она прикоснулась пальцами к своей шее. Словно сквозь увеличительное стекло я видел, как ее тонкие пальчики скользнули по разгоряченной после душа кожи. Это было уже больше, чем я мог вынести. В мгновение ока я оказался рядом с ней, обнимая ее сзади. Она вздрогнула.
- Эдвард, чертовски сложно встречаться с парнем, который двигается столь бесшумно,
Я лишь улыбнулся и сделал то, о чем мечтал с той самой минуты, когда она проснулась. Прижался губами к ее шее, вдыхая неповторимый аромат ее кожи, крови и страсти.
- Ммм... ты такая сладкая, твоя кожа такая теплая и пахнет ещё слаще после сна.
Я обхватил ладонью ее плечо, скользнул пальцами по ключице, постепенно теряя голову... Мои руки помнили каждое прикосновение к ее коже, и сейчас, находясь в такой опасной близости от нее, я уже был не в состоянии желать ничего кроме как продолжения ... Я буквально физически ощущал ее возбуждение, чистое, бессознательное... прекрасное в своей неопытности.
- Белла, не надо этого делать,- прошептал я, с огромным трудом отрываясь от нее.
- Не делать чего?
- Соблазнять меня.
- А я соблазняю? – казалось, она действительно не понимает, как сильно я хочу ее.
Я пропустил ее еще влажные волосы, сквозь пальцы. - Ещё как!
Я долго, не отрываясь, смотрел на нее. Она еще не понимает, что с ней происходит, напомнил я себе. Не знает, почему ее тело реагирует на меня так быстро и не двусмысленно. Стоит мне лишь прикоснуться к ней, и она ответит "да".
Она пойдет за мной туда, куда я поведу ее, ни на секунду не усомнившись в правильности моих действий. А вот уверен ли в этом я? Я уверен лишь в одном: я желаю ее слишком сильно... мучительно сильно. И на этот раз я могу и не остановить ее ищущие руки... Если мы продолжим в том же духе, то видит Бог, мы далеко зайдем...
Ответственность за каждое принятое решение лежит на мне, а я не уверен сейчас в своей собственной силе воли... Произошедшее прошлой ночью явилось для меня таким же откровением, как и для нее. Для меня тоже все было впервые. Весь мой прошлый опыт, красота женщины в моих руках, свои собственные яркие ощущения - все это померкло рядом с нежданным стоном той, которую я любил. Я испытывал такое чистое, незабываемое наслаждение, что с трудом мог представить себе, что же произойдет со мной дальше. Если одни лишь мои прикосновения к ней, почти лишают меня рассудка, что же будет, если она прикоснется ко мне? Нет... Это слишком рано, слишком быстро...
Да и не так все должно происходить. Во всяком случае, не тогда, когда мы все-таки ограниченны во времени, когда в любой момент может вернуться Чарли, освободившись неожиданно рано, или просто зазвонит мобильный телефон.
- Чем сегодня займёмся? - спросил я, выныривая из своих размышлений.
- А чем ты хочешь заняться? - быстро ответила она.
- Чем угодно. А ты, чем хочешь заняться?
"Тем же что и вчера", - подумал я, как всегда, пожалев, что не умею читать ее мысли. Интересно, что она подумала по этому поводу минуту назад.
- Я открыта для любых предложений.
- Ну, мы можем провести день за обычными человеческими делами, - осторожно начал я, - сходить в кино, погулять в городе, посидеть в кафе. Как ты на это смотришь?
- Определённо положительно, ведь всё мы это будем делать вместе.
На моем лице расплылась радостная улыбка. Что может быть лучше, чем провести весь день рядом с ней?