Белла

Проснувшись рано утром и не обнаружив в комнате Эдварда, я уже было приготовилась расстроиться, как вдруг белый лист бумаги, лежащий на краешке стола, привлёк моё внимание. Я поднялась с кровати; прохладный утренний ветер, проникнув в комнату через приоткрытое окно, заставил меня задрожать, а лист затрепыхаться. Но тот не улетел. Поверх него лежала большая плитка молочного шоколада. Я с улыбкой взяла её, развернула обёртку и надкусила.
- Ммм... божественно! - протянула я.
Вот так: с плиткой шоколада в одной руке и с листом в другой я села обратно на кровать.
- Моя милая Белла, - с этого начиналась записка. - К сожалению сегодня, я не смогу не только отвезти тебя в школу, но и присутствовать на занятиях. Я бы с радостью провёл этот день с тобой, но, увы, не могу. Извини, что я не попрощался уходя, но ты так сладко спала, что я не решился тебя будить. Вечером мы обязательно увидимся. А пока в ожидании его я буду думать о тебе, и предвкушать нашу новую встречу. Люблю тебя. Твой Эдвард.
Несколько раз, перечитав "люблю тебя", я мысленно послала ему своё "люблю" в ответ. Кто знает, может быть, моя родственная душа, находясь за несколько миль от меня, услышит этот мысленный импульс.
После основного текста стояла маленькая приписка. - Не перебей аппетит десертом.
Я улыбнулась и, очередной раз, откусив от плитки шоколада, сказала вслух. - Поздно, уже перебила...
Подойдя к окну и отодвинув штору, я выглянула на залитую солнечным светом улицу. Никакого дождя, никаких облаков; чистое прозрачное голубое небо.
Я сразу смекнула: уж не сегодняшняя ли прекрасная погода, решившая, наконец-то, заглянуть в Форкс, стала причиной его отсутствия? Глубоко вдохнув чистый утренний воздух, я довольно зажмурила глаза, подставив лицо тёплым ласкающим лучам, и счастливо улыбнулась, вспоминая прошедшую ночь. Всё встало на свои места. Эдвард - вампир ушёл на второй план, для меня куда важнее было его признание в любви и мой собственный ответ на него. Всё стало проще: мир изменился. Я изменилась.
Я никак не могла выпустить из рук лист бумаги, словно отложив его, я тем самым оборву невидимую ниточку, протянувшуюся от меня к Эдварду. Воображение нарисовало картину, как аккуратно и чётко он выводил своим каллиграфическим подчерком слова. Интересно, откуда он взял шоколад?
Спустившись вниз, я быстро позавтракала и начала собираться в школу.
Стрелка часов приближалась к критической отметке, после которой любое промедление грозило опозданием. А я всё никак не могла найти хрустальный кулон, подаренный мне Эдвардом. Эта вещица стала просто частью меня. Редко, когда я не надевала его. А сегодня, в преддверии целого дня без Эдварда, мне особенно хотелось, чтобы со мной была частичка его.
- Чёрт, - протянула я, вываливая содержимое ящика на кровать. - Ну где же ты!
Перерыв все вещи, я так не нашла его. Чуть не плача, я закинула рюкзак на плечо и сбежала вниз по лестнице. Приеду - поищу более тщательно.
Я закрыла дверь дома. Ключи практически вываливались из дрожащих рук. Глубоко вздохнув, я попыталась себя успокоить. "Кулон никуда не делся, он в комнате, просто ты, Белла, не заметила его. Всякое же бывает".
Наконец, совладав с ключами, я кинулась к машине. Через 20 минут уже начало урока; я никогда не приезжала впритык к занятиям.
"Да, к комфорту быстро привыкаешь", - подумала я, заводя старенький пикап, поприветствовавший меня бодрым рёвом.

***
Подъехав к дому после уроков, я заметила одинокую знакомую фигуру, стоящую на крыльце. Весьма неожиданно. Вот уж кого не ожидала увидеть. Заглушив мотор, я схватила рюкзак с соседнего сиденья и выбралась из машины.
- Привет, Джекоб, - крикнула я, с трудом захлопывая дверцу. Честно говоря, я была рада его видеть. В этом городе слишком мало людей, которых я могу назвать своими друзьями. Джейкоба я могла считать своим другом, в его присутствии я всегда чувствовала себя легко и непринуждённо. К тому же мы общались на равных, так как знали друг друга с детства.
- Привет, Белла, отлично выглядишь, - он, улыбаясь, спускался мне навстречу. - Давно не виделись!
Я жестом показала ему оставаться на месте и направилась ко входу в дом. - Да уж, точно, давно. Не сочти за грубость... но какими судьбами ты тут оказался? И где Билли? Чарли сегодня на очередном ночном дежурстве, так что, когда появится, я не в курсе.
Джекоб насупился. - А что, нам для встречи обязательно повод нужен?
Я поднялась на крыльцо и, достав ключ, отворила дверь. - Вовсе нет. Входи.
Задрав голову, я посмотрела на Джейкоба. Какой же он стал высокий. Мои глаза находились на уровне рельефно выделенного бицепса левой руки. Я перевела взгляд на его грудь. Под футболкой, одетой явно не по погоде, отчётливо проступали накаченные мышцы. Я сглотнула. В повисшей тишине, звук оказался слишком громким, и я почувствовала, как краска хлынула на мои щёки. И когда это он успел так накачаться? И подрасти... Сделав шаг к порогу, я тут же отступила, так как и он шагнул синхронно со мной. Наши тела на секунду соприкоснулись, меня обдало волной жара, исходящего от его тела. Мы, смутившись, мгновенно отскочили друг от друга.
Джекоб поднял руку и провёл кончиком пальца по брови. Чисто мужской жест, выдающий крайнюю растерянность.
- Дама вперёд, - наконец, нашёлся он, на всякий случай, делая ещё один шаг назад.
Я быстро прошмыгнула мимо него в дом.
- Хочешь чаю или кофе? - любезно предложила я, пытаясь загладить неловкость.
- Эммм... спасибо, нет, я вообще поговорить хотел.
- Ага, - посылая ему лукавый взгляд и качая головой, произнесла я. - Значит повод всё-таки есть.
Джейкоб смутился от собственного прокола. - Ладно, ты меня поймала. Идёт?
Я рассмеялась. - Идёт! Пошли на задний двор, там и поговорим?
Он кивнул, соглашаясь.
Я бросила рюкзак на пол, ключи на столик у двери, выключила свет в гостиной, оставленный по забывчивости Чарли, и направилась в другой конец дома.
Мы прошли через дом, дружески подшучивая друг над другом, и вышли на задний двор, где у нас с отцом был разбит небольшой аккуратный садик. Вероятно, когда-то это было мамино начинание. Немного удивительно, что Чарли до сих пор поддерживал его в неплохом состоянии. Садоводство не было в числе моих любимых занятий, но под настроение я была не против навести тут порядок.
- Как учёба? - любезно поинтересовался Джейкоб.
- Пытается меня побороть, но я пока ещё сопротивляюсь, - попробовала отшутиться я.
- Всё так плохо?
- Схватка неравная, но у меня небольшая фора. Кое-что, - призналась я, - уже было в программе в старой школе. Так что по некоторым предметам ситуация не столь плачевна.
Я улыбнулась и направилась к шезлонгу в дальнем углу двора. Как же мне было легко с Джейкобом. Вот просто так подшутить над самой собой или над ним, подшутить по-доброму без негативных эмоций. Джейкоб потянулся за мной. Я шлёпнулась на сиденье и, оттолкнувшись мыском туфли, привела качель в движение.
- Уверен у тебя всё получится, - рассмеялся Джейкоб и сел рядом.
Я украдкой рассматривала его из-под полуопущенных ресниц. В предзакатном свете я взглянула на него по-новому. Бронзовая кожа словно бы светилась изнутри, решительные черты лица приобрели мужественность, малозаметную ещё пару месяцев назад, когда я впервые увидела его после нескольких лет, в течение которых я не появлялась у отца. Тёмно-карие, почти чёрные выразительные глаза, по обыкновению искрящиеся смехом, сейчас приобрели ту глубинность и серьёзность, что приходит к мужчинам лишь с годами, а к некоторым не приходит вовсе. Правда за всей его серьёзностью, он совсем не растерял юмора. Но Джейкобу всего пятнадцать. А он уже так... возмужал!? Я никак не могла подобрать правильного подходящего слова. Но он больше не походил на своих ровесников. И по каким же причинам изменился его взгляд? Возможно, он пережил некое потрясение, перевернувшее его внутренний мир? Но что? Насколько я знала со слов Чарли, в его жизни всё было вполне гладко. Никаких катастроф, никакого шока, никаких глобальных проблем.
Джейкоб разительно отличался от Эдварда. Не просто как день и ночь или север и юг - это были совершенно две разные планеты из параллельных систем. Сравнивать их в принципе было напрасным, глупым занятием, просто я не могла не обратить внимания на их непохожесть. И дело даже не в том, что Эдвард не был человеком. Эдвард стал моим солнцем, смыслом моей жизни, какая теперь разница, кто он: человек или вампир. Всё меркло по сравнению с нашей любовью. Просто каждый раз в его объятьях я чувствовала себя так, словно возношусь почти к небесам.
Джейкоб был более земным, более понятным, но ни в коем случае не простым. Мне могло казаться, что я знаю его слишком хорошо, но я понимала, что ошибаюсь, что он ещё может удивить меня. Порой я замечала в его глазах что-то... нескромное; они светились обещанием запретных удовольствий.
Если такой парень протянет вам руку, приглашая провести с ним время, разве вы без сомнений, ну, или с небольшими колебаниями, не вложите в неё свою, соглашаясь на любые предложенные авантюры?
А ещё от Джейкоба исходило тепло, вернее он буквально пылал. Сидя рядом с ним, пусть даже не соприкасаясь, я чувствовала волны тепла, исходящие от него.
- Ты не заболел? - с тревогой поинтересовалась я.
- С чего ты взяла? - удивился он.
- У тебя словно бы жар.. ты весь горишь!
- Да, - он отвёл взгляд, - я вообще парень горячий.
- Ммм..., - я теперь уже в открытую окинула его оценивающим взглядом, - да ты тут просто местный... мачо...
Мы расхохотались.
- Ну так должен же кто-нибудь встряхнуть наше болото, - парировал он, смущённо пожимая плечами.
- Да... думаю, ты прав.
Джекоб, поколебавшись, потянулся ко мне и обхватил мой подбородок. Это прикосновение опалило меня. Мой удивлённый взгляд метнулся к его глазам, и на долю секунды, я попала в их сети. Я видела собственное отражение. Собственный растерянный взгляд. Казалось, в его радужке пляшут бесконтрольные языки пламени. Но во взгляде Джейкоба не было силы Эдварда, не было его страсти, его целостности... по крайней мере, для меня...
Взгляд скользнул к моим губам, мне, казалось, ещё секунда и он меня поцелует. Я смущённо кашлянула, возвращая Джейкоба на землю. Он отодвинулся от меня. Какие бы хорошие между нами не были отношения, им суждено остаться лишь дружескими; никаких выходов за рамки. И мне было неприятно осознавать, что Джейкоб расценил моё подшучивание над ним, как проявление интереса определённого рода. К сожалению, он увидел интерес там, где его и в помине нет, к сожалению... для него...
Он внезапно нахмурился и посерьёзнел.
- Белла, вообще я хотел поговорить вовсе не о себе. Чёрт, шутить с тобой очень классно, но сейчас не об этом речь.
Я напряглась от его немного строгого тона.
- И о чём же ты хотел со мной поговорить?
Он, коротко поглядывая на меня, помолчал несколько секунд и произнёс. - О Каллене.
Нет, вернее не произнёс, а просто выплюнул. Выдавил из себя, словно озвучил пренеприличнейшее ругательство.
- Об Эдварде? - удивилась я. Вот уж чего не ожидала так это того, что Джейкоб заведет о нём разговор. Честно говоря, я не подозревала, что Джекоб вообще имел о нём представление.
- Да, о Каллене, - снова повторил он, упорно не желая называть Эдварда по имени. - Вы встречаетесь...
- Встречаемся, - подтвердила я и выгнула бровь, ожидая продолжения.
- Очень плохо...
Я отпрянула от него. - Как это понимать "плохо"?
- Так и понимать... Порви с ним.
- Джейкоб..., - начала я возмущённо.
- Белла, он не подходит тебе... совершенно. Ты знаешь, что люди говорят о его семье.
Я разгневанно опустила сжатый кулак на бедро и развернулась к нему. - Нет, не знаю... может просветишь..?
- Я не разношу сплетни...
- Зато ты о них упоминаешь!
Его затрясло словно в лихорадке. От его дрожжи завибрировала качель, цепочки залязгали, старое дерево заскрипело. - Ты не понимаешь! Быть рядом с ним опасно для тебя! Он нехороший... человек.
- Я думала ты мне друг.
Джейкоб вскочил на ноги. - Я друг!
Я тоже вскочила с качелей. - Раз ты друг, то знай, я всегда считала дурным тоном, обсуждать с друзьями мужского пола свою личную жизнь. Зачем ты заговорил об Эдварде?
Я прищурилась. Интересно, а что Джейкоб вообще о нём знает?
"Он не хороший... человек", - сказал он. И от моих ушей не ускользнула пауза перед последним словом и интонация, с которой оно было произнесено.
Нет-нет... я отмела нежеланно нагрянувшие мысли, он не мог даже догадываться, кем был Эдвард на самом деле. Я примерно знала, о чём шептались люди: о размере банковского счёта отца Эдварда, об излишне тесных отношениях Розали и Эммета, о необщительности его семьи, державшейся особняком, по вполне понятным теперь для меня причинам. Я усмехнулась про себя. Да, а как они могли завязать более тесные отношения с соседями, которые вполне могли стать их потенциальным завтраком или ужином.
От моих мыслей меня отвлёк Джейкоб. Всё его тело ходило ходуном, черты лица исказились, кожа словно бы пылала, постепенно меняя свой оттенок от бронзового до насыщенного красновато-коричневого цвета. Испугавшись за него, я шагнула к нему и протянула руку, но он быстро отпрянул от меня.
- Джейкоб, с тобой точно всё в порядке? По-моему у тебя сильнейшая лихорадка!
- Со мной всё в порядке! - рявкнул он, сквозь стиснутые зубы. - Я чувствую себя превосходно! - Ещё никогда он не говорил со мной в подобном тоне. Я опешила от его резких слов. - Какого чёрта, ты только переехала в этот чёртов Форкс и сразу же напоролась на этого чёртова Каллена! Неужели тут мало молодых людей, которые тебе по вкусу. Почему ты связалась именно с ним!?
Он отвернулся. Его широкие плечи ещё дрожали, но постепенно он приходил в себя. Я снова протянула руку, желая дотронуться до него, успокоить. Но моя ладонь застыла в паре миллиметров от его спины. В неё потоками переливался пламень пылающей кожи. Заколебавшись, я отдёрнула руку.
- Джейкоб, - примирительно начала я. - Я хочу, чтобы мы вообще забыли про этот разговор.
- Нет, Беллз, мы ещё вернёмся к нему, - повернувшись, сказал он.
Джейкоб нахмурился, посматривая куда-то в лес. Глубоко вздохнув, он скривился. - Мне пора.
Резко развернувшись, и бросив через плечо, - Провожать не надо, - он удалился, оставив меня потрясённо стоящей возле шезлонга. От его грубости защипало в глазах.
Да что он вообще себе позволяет! Захотелось просто по детски топнуть ногой. День не заладился с утра и завершился вот этим неприятным разговором. Мало того, что Эдварда не было рядом уже как минимум восемь часов, так я до сих пор не представляла, где мне искать утерянный, ставший бесценным для меня, кулон.
Невидящим взглядом я уставилась на кусты акации. Среди листвы мелькнул короткий белый хвостик. Я подошла и, протянув руку, извлекла из травы Маленького Бродягу, занимавшегося, по-видимому, весьма важным делом: обследованием двора. Он всё ещё перебирал ножками по воздуху, словно пытался побежать дальше.
- Эй, привет, - я погладила его, устраивая у себя на руках, - побудь со мной. Меня сегодня все бросили, не убегай хоть ты, пожалуйста, - жалостливо закончила я.
Развернувшись, я села обратно на скамейку качелей.
Я тоскую... Эдвард, как же я тоскую... по тебе...
"Моя любовь как лихорадка... Мне теперь уже не излечиться..."
Тоскую...
"Я в лихорадочном безумии от вечного смятения..."
Эдвард... Уже почти вечер, а тебя всё нет.
Где же ты?
Одинокая слеза скатилась по щеке и устремилась вниз. Я видела как стремительно, покоряясь силе тяжести, летит она. Я видела отблески заходящего солнца в горькой солоноватой слезинке, я видела кристаллик надежды, сверкающий в её сердцевине, я видела, как она колеблется и видоизменяется, сопротивляясь воздуху, я видела собственное искажённое изображение в ней. А она всё неслась и неслась вниз, пока не приземлилась и не исчезла в белой шёрстке котёнка, лежащего у меня на коленях. Тот недовольно заворчал и уткнулся мордочкой в сложенные лапки.
- Прости, - прошептала я.
Налетевший ветер, всколыхнул мои волосы, растрепал и бросил обратно на плечи. Последние лучи меланхолично скользили по траве, исчезая за наплывающими тучами, мчащимися по небу. Я завертела головой и посмотрела на запад. Солнце медленно скатывалось за кромки сосен. Далёкий горизонт всё ещё был светел. Посмотрев на восток, я увидела, как наступает ночь. Она надвигалась чёрной сплошной стеной, миллиметр, за миллиметром завоёвывая пространство на алеющем закатном небе. Это было устрашающее зрелище: видеть, как ночь накрывает землю тёмным покрывалом. День и ночь… свет и тьма… их противостояние вечно…, но оно обреченно на бесконечную смену побед и поражений, как одной, так и другой стороны.
Котёнок на моих коленях завозился, я отвела взгляд от неба и заметила, что рядом со мной сидит Эдвард.
- Привет, - сказал он.
- Ты как всегда бесшумен…
Всё моё внимание поглотили светлые янтарные глаза. Казалось, я могла вечно смотреть на них, изучая каждое мельчайшее вкрапление чёрного, наблюдая, как меняется их цвет до оттенка жжёного сахара и темнее.
- Я думал, ты уже привыкла, - попытался пошутить он.
Я кивнула с серьёзным видом. – Думаю, я ещё не скоро привыкну.
Эдвард наклонился и провёл пальцем по моей щеке, которая тут же заалела от его прикосновений. Я поймала его серьёзный взгляд.
- Ты плакала, - грустно сказал он. Это был вовсе не вопрос.
Я кивнула.
- Почему?
Я пожала плечами и скрестила ноги под скамьёй.
Маленький бродяга, почувствовав мои движения, вскочил на свои маленькие лапки. Котёнок приветственно замурлыкал и перепрыгнул с моих колен на колени Эдварда. Потопав передними лапками, он выгнул спину и приглашающе заурчал, явно напрашиваясь на ласку. Эдвард рассмеялся и погладил маленького проказника, не забыв предварительно почесать у того за ушком. Котёнок затряс головой, умильно чихнул и, потянувшись, свернулся клубочком.
Я удивлённо смотрела на происходящее.
- Как он дался тебе в руки? Он же тебя боялся, как огня! – воскликнула я. – Просто поразительно…
- Ничего поразительного, Белла! – спокойно ответил Эдвард, печально улыбаясь. - Он просто привык ко мне.
Я наклонилась к Эдварду, желая поймать его взгляд. Он вскинул голову.
"Я скучала, Эдвард", - мысленно произнесла я. - "Сегодня был слишком долгий день... без тебя".
"Прости", - я словно действительно слышала его голос в своей голове, читая ответ по глазам. - "В следующий раз, я постараюсь предупредить тебя заранее. И... я тоже скучал, Белла".
Ушки котёнка зашевелились, он, видимо, уловил какую-то возню в другом конце сада. Не мешкая, он спрыгнул на землю и понёсся в том направление, где что-то привлекло его внимание.
Мы вдвоём с Эдвардом наблюдали за стремительными передвижениями проказника. Я рассмеялась, наблюдая, как маленькие лапки мелькнули в последний раз и скрылись за густо цветущим кустом опрометчиво посаженной в этих северных широтах акации.
- Он забавный.
- Он умный, - Эдвард повернулся ко мне. – Я не хочу, чтобы ты плакала.
- Больше не буду, - торжественно пообещала я.
Он кивнул, принимая моё обещание.
- Я кое-что принёс тебе.
Он поднял и развернул свою руку ладонью вверх, пальцы были сжаты в кулак. Я вскинула голову, силясь отгадать по выражению его глаз, что он держал в руке. Их выражение невозможно было прочитать. И я сдалась. Моя рука легла на его сжатый кулак. Я обхватила его пальцы своими и, потянув, разжала их.
В середине ладони лежал мой кулон… хрустальное сердце, что подарил мне Эдвард. Моя потеря, о которой всего несколько минут назад я плакалась Маленькому Бродяге.
Я робко протянула руку и любовно погладила блестящие грани. Я чувствовала приятную прохладу тяжёлого хрусталя. Маленький кристаллик лежал на раскрытой ладони Эдварда. Я знала, что всего одно движение, сильнее, чем обычно, и он может превратиться в искрящуюся пыль. Я накрыла его руку своей. Кулон оказался зажатым меж нашими ладонями.
- Оно всё ещё твоё, - сказал Эдвард и притянул меня к себе, прикасаясь к губам в лёгком поцелуе. Наши губы медленно соединились, затем прижались крепче. Я чувствовала его вкус, его язык, пытающийся неторопливо проникнуть глубже. Закрыв глаза, я вся отдалась собственным чувствам, тем ощущениям, что дарил мне Эдвард, обводя линию моих губ своими. Поцелуй и дразнил, и успокаивал, и обещал большее одновременно. Меня заполнило предвкушение чего-то большего.
Любовь и нежность нахлынули на меня. Я приникла к Эдварду, наслаждаясь нашей идиллией, чувствуя, как постепенно расслабляется его напряжённое тело. Он откинулся на спинку скамейки. Я подобрала под себя ноги, устраиваясь удобнее на его плече.
И мы сидели, прижавшись, друг к другу и тихо раскачивались, наблюдая, как ночь вступает в свои права.